Орден оглянулся: в центре зала по-прежнему стояли Вера и двое охранников, с которыми явилась Орлана. Вера отвела взгляд от дочери, нервничала - её выдавали руки, сжатые на груди. Взглядом она спросила его: 'Что там?', - он успокаивающе кивнул ей в ответ.
- Какое заклинание? - Орден снова прошёлся взглядом по императрице.
Она недолго тянула, не задыхалась, перед тем как выпалить, словно проклятье, на одном дыхании:
- Мгновенная смерть.
Орден ткнулся лбом в драпированную бархатом стену. Осколки солнечного света ложились на пол причудливыми узорами, горели отблески красного и тлели все остальные цвета; сквозь витражные окна сияло утреннее солнце.
- Если ты собираешься таким образом прикончить меня, то огорчу. Сидя в изгнании, я сочинил премного защит от этого заклятья.
- Орден, - перебила его кукольная императрица совсем не кукольным, жёстким тоном, - мне не нужна твоя смерть. Не сейчас, по крайней мере. Успокойся.
Орден обернулся к Вере и движением головы пригласил её подойти.
- Уговорила, я согласен. - Пока каблуки Веры стучали по мраморному полу, у него было время рассказать о своих условиях. - Но обучение начнётся сегодня же. Растягивать наше общение я не собираюсь.
Первой из залы вышла Вера, то и дело тревожно оборачиваясь на них. За ней последовали воины, которым Орлана негромко приказала:
- Выйдите все.
Они быстро поклонились и оставили её один на один с дядей. Над стеклянным куполом залы восходило солнце, и цветные блики витражей лежали у них под ногами - бери и топчи коронацию Эртерига. Орден, не глядя на неё, натягивал тонкие чёрные перчатки. Мантия, лежащая у него на плечах, даже на вид была тяжёлой. Вышитый золотыми нитками край едва не касался пола.
Орден начал ещё до того, как Орлана решила его поторопить.
- Надеюсь, основы объяснять не нужно? Заклинание трудное... для тебя, я имею в виду. Ты, надеюсь, помнишь, как ты три дня в кровати провалялась после попыток его использовать.
Орлана молчала, давая Ордену выговориться. Почти три года изгнания. Наверняка он не раз и не два произносил обличительную речь - но мысленно, - кому там было дело до его обличительной речи.
- Суть в том, чтобы не умереть самому, когда накладываешь это заклинание, ясно? - Блеснула в солнечном луче брошь в виде кленового листа, и Орден отбросил мантию в сторону, прямо на пол. - Выпускай его из себя сразу же, не жди, когда смерть сожрёт тебя изнутри. Как читается, помнишь?
Орлана кивнула.
- Пробуй.
Он зашагал назад и остановился возле тонкой тёмной колонны, подпирающей прозрачный свод - в её тени, словно специально выбрав её во всём ярко освещённом зале.
Со времени январского переворота Орлана кое-чему научилась: пользоваться порталами оказалось удобно, а несколько заклинаний касты природы она выучила ради собственного удовольствия, изредка меняла температуру в комнате, когда появлялось желание - призывала дождь. Небольшой дождь, от которого едва намокали волосы, а потом обязательно появлялась радуга.
Заклинание мгновенной смерти было совсем другого естества, у Орланы дрожали руки, когда она поднимала их - ладонями в сторону Ордена. Дрожали, потому что боялись обжигающей боли от горячего ветра.
- Ну? - крикнул Орден.
- Confectium elapsus... - прошептала Орлана: не смогла себя заставить произнести громче.
В зале потемнело: поблекли радужные отблески витражей, поблекло солнце над прозрачным куполом. Засаднили ладони, она едва удержалась, чтобы не сжать пальцы в кулаки.
- Что ты бормочешь? - скривился Орден. - Это тебе не рецепты блинчиков.
- Letum, - уже громче повторила Орлана, руки дрожали.
И когда последнее слово заклятья сорвалось с онемевших губ, свет в зале потух совсем, бледно мерцающий коридор соединил её и Ордена. Тот стоял, с показной скукой привалившись к колонне, и прядь чёрных волос выбилась из-за уха, трепетала на горячем ветру.
Только стоило заклятью сорваться с пальцев Орланы, Орден наискось взмахнул рукой. Он щёлкнул пальцами - скорее для Орланы, чем для магии, - и на пути мутного изваяния воплощённой смерти возникла светящаяся стена. В полной тишине заклятья столкнулись, и смерть разбилась на множество осколков. Звеня и светясь, они ещё мгновение висели в воздухе, а потом рухнули вниз и умерли на чёрном мраморе. Агония оказалась быстрой.
Орден сделал шаг вперёд и сощурился от света, хлынувшего сквозь прозрачный купол. Разноцветные блики витражей скорчились у него под ногами.
- Да... признаться, я был о тебе лучшего мнения. Ещё раз.
Орлана тяжело дышала, под маской по лицу текли капли пота. Руки всё ещё дрожали, а кончики пальцев чувствовали дыхание жгучего ветра. Даже под страхом смерти она не стала бы повторять пробу, но смерть уже стояла за спиной императрицы, и её палящее дыхание Орлана ощущала затылком.
- Слышишь? Я сказал, ещё раз.
От голоса Ордена её тело вздрогнуло, и Орлана заставила себя ещё раз поднять руки. Глаза щипало от заливающего их пота.
И всё повторилось: смерть даже не долетела до щита. Осколки рассыпались во все стороны, как порванные бусы, а солнце беспощадно уничтожило то, что осталось от заклятья.
Орден сквозь зубы припомнил самого жуткого демона и сцепил руки на груди.
- Знаешь ли, молодые маги режут себя, готовы душу вынуть, чтобы получить хоть часть твоей силы. А ты просто выбросила драгоценный дар в сточную канаву. Папаша даже не озаботился мыслью, что ты позоришь весь свой род.
- Не трогай моего отца!
Орден горестно усмехнулся, глядя на то, как Орлана хватает воздух ртом. На мгновение он склонил голову, массируя точку между бровями. Ей почудилось, как в выражении боли скривились его губы.
- Ещё раз, - без надрыва произнёс Орден.
- Ещё? - Она не поверила своему слуху, впрочем, в ушах звенело, и каждый шорох в зале заставлял морщиться.
- Ты оглохла? - Орден повысил голос. - Ты сдохнешь прямо здесь или научишься. Меня, в общем-то, устроит и то, и другое.
Он ждал, когда Орлана отдышится, когда сглотнёт комок в горле. Когда снова поднимет обожжённые дыханием ветра ладони.
- Confectium elapsus... - Она дрожала вся, не дрожал только голос.
- Читай быстрее!
Остаток заклинания Орлана выкрикнула: не было больше сил держать в себе сгусток тёмного Ничто, и ладони жгло, будто пламенем из мира демонов.
Изваяние смерти метнулось вперёд. Удар - и щит Ордена раскололся, мгновенно пробежала по нему трещина, похожая на молнию. Его останки рассыпались в воздухе, а на пути смерти возник ещё один, преодолеть который она уже не смогла.
Свет опять вернулся в залу, и Орлана упала на колени. Кровь стучала в висках, уши заложило, и к горлу подкатила тошнота. Она почувствовала холод мрамора: чуть не уткнувшись в пол лицом, она всё-таки успела задержать падение, упереться руками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
