Я никогда не восхищался В. И. Яздовским. Он неправдив, недисциплинирован, но у него большой и очень ценный опыт — более десяти лет работы над космическими проблемами. Не использовать этот опыт было бы глупо. В последние месяцы, подгоняемый тщеславием («Я создал новую науку космическую медицину»;), корыстью и оскорбленным самолюбием, Яздовский просил себе звания Героя, генерала и члена-корреспондента АН СССР. Он развернул организаторскую работу и сумел быстро сколотить вокруг себя очень дружный коллектив своих сторонников. Волынкин, Денисов, Генин и десятки других — это все исполнители его воли. Институт и даже партийный комитет института на 80 процентов за Яздовского и против ВВС. В такой обстановке выгнать Яздовского, как об этом мечтает Руденко, дело не только трудное, но и не умное. Потребуется значительное время, чтобы поставить институт на правильный путь, а Яздовского и всех его подхалимов утихомирить.
20 апреля.
Гагарин попросил разрешения взять с собой в поездки по Австрии и Японии Валентину Ивановну. Эта просьба несколько запоздала: все документы уже в ЦК КПСС. Пришлось уговорить маршала Руденко позвонить прямо Ф. Р. Козлову. Козлов дал согласие. Сегодня буду окончательно редактировать доклад Титова, который он будет делать 3 мая в Вашингтоне на Конгрессе международной организации по освоению космического пространства. Доклад необходимо показать еще Вершинину, Келдышу и Королеву, а затем перевести на английский язык.
Вчера на 14-м съезде комсомола выступал Хрущев, а сегодня съезд закончил свою работу. Я хотя и имел пригласительный билет на заседания съезда, но не сумел вырваться ни на одно из них: необходимо было тщательно подготовить поездку Гагарина в Австрию и Японию, а Титова — в Америку. Кроме того, очень много текущих дел. Вчера отправили все необходимое в Феодосию для проведения там парашютных прыжков в скафандрах Николаева, Поповича, Нелюбова и Быковского.
21 апреля. Муся чувствует себя немного лучше, но иногда жалуется на угнетенное настроение. Особенно плохо на нее влияют мои заграничные поездки. В связи с этим и у меня пропал всякий интерес к таким поездкам. 30 апреля нужно будет лететь в Америку. В другое время и в другой обстановке я бы очень радовался возможности посмотреть Америку, а сейчас это не радует, и, если бы было возможно, я с удовольствием отказался бы от предстоящей поездки. Добрынин, наш посол в США, сообщил, что вполне вероятны поездки в Нью-Йорк, Сан-Франциско, Сиэтл и другие города. Возможен прием у вице — президента США Джонсона, который непосредственно занимается космосом. Наш приезд в Америку по времени совпадает с предстоящими испытаниями серии американских водородных бомб на острове Рождества. Эти взрывы — очень плохой аккомпанемент для выступлений на темы мирного использования космоса. Взрывы наверняка состоятся, а это испортит не только нашу поездку, но и очень серьезно осложнит всю международную обстановку. Добрынин принимает все меры, чтобы максимально использовать «эффект Титова»; в пользу СССР и не ограничиваться лишь сессией КОСПАР.
Только что позвонил Новиков из МИДа: «Из Нью-Йорка сообщили, что У Тан хочет принять Титова в ООН 30 апреля или 1 мая, так как после 1 мая он уезжает в командировку».
23 апреля.
Вчера провел отличный выходной день на даче. Много работал: обрезал и подвязывал малину, собирал и сжигал мусор. Посадил две березки и два куста сирени. Учил Олю кататься на трехколесном велосипеде. Пока ей трудновато: ноги не достают до педалей.
Только что забегал Герман Титов. Как заметно он изменился после полета! До этого он производил впечатление стойкого, очень выдержанного человека, а сейчас какой-то мятущийся, все время спешит, все делает на ходу. Его нервная возбужденность бросается всем в глаза. Сегодня в 16:00 открывается первая сессия Верховного Совета СССР шестого созыва, а в 12:00 собирается партгруппа сессии. Герман приехал доложить, что он не сможет быть на партгруппе, а будет только на сессии. Я дал ему проект его доклада на сессии КОСПАР в Вашингтоне и кое-какие материалы, с которыми ему необходимо ознакомиться до поездки. Он просил разрешения взять с собой в Америку жену. Я объяснил ему, что до нашего отлета осталось только пять суток, и за это время невозможно оформить выездные документы и получить американскую визу. Да, до вылета остается только пять дней, а решения, как лететь — рейсовым или специальным самолетом — еще нет. Генерал-лейтенант Цыбин уже несколько раз звонил: он опасается, что не хватит времени на оформление полета.
25 апреля.
Вместе с Благонравовым и Скуридиным вчера были у Келдыша: редактировали директивы для нашей делегации в КОСПАР, а также для Германа Титова. Ничего нового и полезного в этих директивах нет, они составляются по инерции и поддерживаются перестраховщиками. В решении ЦК КПСС поручено Малиновскому, Громыко и Келдышу утвердить директивы для Титова. Директивы пишу я, фактически для самого себя.
Только что был у Главкома и узнал от него о следующих перемещениях. Маршал Москаленко назначается генерал-инспектором Вооруженных Сил вместо Рокоссовского. На место Москаленко — Главкомом Ракетных войск — назначается Бирюзов, Главкомом ПВО — маршал авиации Судец, командующим дальней авиацией назначается генерал-полковник Агальцов, заместителем Главкома ВВС по боевой подготовке назначается генерал-полковник Миронов. Место Миронова генерал-инспектора ВВС — Главком предложил мне. Он сказал: «Мне некем заменить вас на космосе и очень жаль отпускать с этой должности, но у вас штатная категория генерал-лейтенант, а вам надо расти — подумайте и скажите ваше мнение». Я уже 18 лет в звании генерал-лейтенанта. Сейчас моя работа меня вполне устраивает, кроме оклада и штатной категории: и то и другое здесь ниже, чем у генерал-инспектора. Я не против очередного воинского звания и более высокого оклада, но променять любимое дело на эти блага едва ли будет разумно.
Получили сообщение нашего посла из Мексики, что есть вероятность приглашения Титова в Мексику. Судя по всему, наш полет в Америку продлится до 15–20 мая. Американская печать довольно широко пишет о предстоящем прибытии Титова в Нью-Йорк и Вашингтон. Общий тон благоприятный, но газета «Дейли ньюс»; в редакционной статье под заголовком «Были ли вы там, Герман?»; пишет: «Майор Герман Титов, который, по заявлению русских, облетел вокруг Земли 17 раз, хочет присутствовать на международном совещании по космосу, открывающемуся в Вашингтоне 30 апреля. Мы надеемся, что он немедленно получит визу. Миллионы американцев хотели бы узнать, что действительно произошло в том, до странности секретном, русском полете. Лично мы были бы рады посмотреть, как несравненная Мей Крейг бросит ему на пресс-конференции несколько вопросов».
26 апреля.
Американцы начали серию атомных и водородных взрывов на Тихом океане. Это значительно осложнит наше пребывание в Америке. Было бы лучше ограничиться посещением ООН в Нью-Йорке и докладом на симпозиуме КОСПАР в Вашингтоне, а все другие приглашения американцев, кроме встречи с Гленном, отклонить. Сегодня я говорил с Келдышем и Новиковым (из МИДа) о проекте директивы Титову. Оба они не предложили никаких изменений в подготовленном мною документе. Это говорит или о негибкости дипломатического мышления наших МИДовцев, или о высоком уровне документа. Состоялось решение ЦК о включении в состав делегации жены Титова — Тамары Васильевны. Кроме того, корреспондент АПН Павел Барашев упорно добивается разрешения лететь вместе с нами.
27 апреля.
Вчера на орбиту был выведен «Зенит»; («Космос-4»). Все его характеристики близки к «Востоку», но главная цель «Зенита»; фотографирование земной поверхности. Через четверо суток он должен приземлиться в районе восточнее Акмолинска. Интересно, как будут реагировать на этот запуск американцы и что они знают о действительном назначении «Космоса-4». Второй запуск «Зенита»; состоится, по-видимому, после 5-10 мая, а пуск двух пилотируемых кораблей «Восток», если с «Зенитами»; все будет отлично, может состояться не раньше 20–30 мая. Сегодня Николаев, Нелюбов, Попович и Быковский возвращаются из Феодосии. Там они провели парашютные прыжки в скафандрах на сушу и на море с тем снаряжением подвесной системы, которая будет в космическом корабле. Прыжки прошли удачно. Главный конструктор Алексеев звонил мне из Феодосии и доложил об удовлетворительных результатах испытаний и тренировок.
28 апреля.
Вчера узнал ошеломляющую новость: генерал-майора Епишева одним росчерком пера Хрущева сделали генералом армии и начальником Главного политического управления (Голиков очень серьезно болен и больше уже не вернется к своей работе). С Епишевым мы старые знакомые. В 1938-39 годах он также был внезапно выдвинут из рядовых армейских инженеров на должность первого секретаря Харьковского обкома. Вместе с ним мы были делегатами 18-го съезда партии. На фронте он был членом Военного Совета одной из армий 1-го Украинского Фронта, мы встречались с ним на Букринском плацдарме. После войны он был послом в Румынии, а последние годы — в Югославии. Головокружительная карьера!
