- Кроме того, Ты нравишься Кэнке.
- Мне он тоже понравился.
- Он знает, что Ты - сильный мужчина, и что тебе нужна женщина.
Я пожал плечами.
- Ты носишь ошейник, - объяснил Кувигнака. - В стойбище это является для тебя препятствием. Ты не можешь даже тронуть нагую, бледнолицую рабыню без разрешения, не говоря уже, чтобы оторвать её от работы, например очистки коже или шитья.
- Для этого есть Васнаподхи, - напомнил я.
- Но она часто находится в другом месте, ведь Грант, в интересах своего бизнеса, часто передаёт её другим мужчинам, иногда больше, чем на день или два.
- Это верно, - признал я.
- Итак, почему Ты должен протестовать, если Кэнка, из дружеских соображений, в подходящей ситуации, на день, дарит тебе Виньелу? – поинтересовался Кувигнака.
- Я и не возражаю, - засмеялся я. - Просто, я думаю, что, по крайней мере, сегодня, она была достаточно наказана.
- Кажется, решение о наказании принимал Кэнка, а не Ты, - заметил Кувигнака.
- Несомненно, Ты прав. Он - её владелец.
- И Ты позволяешь ей лечь поспать! – с издёвкой сказал Кувигнака.
- Да, - развёл я руками.
- Насколько же Ты мягкосердечный!- рассмеялся мой юный друг.
- Возможно, - усмехнулся я, прикинув, когда же последний раз кто-либо выдвигал против меня подобные обвинения.
Кувигнака вновь склонился над шкурой, яростно работая костным скребком.
- О чём Ты задумался? - вдруг спросил он.
- Интересно, что сейчас делает Васнаподхи.
Кувигнака рассмеялся.
- Скорее всего, она делает то же, что и я, очищает кожу.
- Не хочешь, чтобы я тебе помог? – поинтересовался я.
- Нет, - отказался Кувигнака. - Это - работа женщин.
Я засмеялся. Этот ответ, шутливый со стороны Кувигнаки, банален среди остальных краснокожих. Предложение мужчины помочь с женщине в её работе почти всегда отвергается. У мужчины должны заниматься своим делом, а женщины своим. У разделения работы по половому признаку вполне оправдано и рационально. Как мне кажется, для мужчин лучше всего подходит быть воинами, а женщинам в таком раскладе отводится роль прекрасных и желанных призов для этих воинов. Уверен, что мужчины, с их силой, агрессивностью и ловкостью, лучше подходят для охоты, где надо преследовать быстрого, воинственного, вооружённого тремя рогами кайилиаука, чем слабые и нежные женщины. И уж конечно, женщины, с их терпением, вкусом, с их маленькими ловкими пальцами, гораздо более подойдут для напряжённых и тонких работ, таких как вышивание бисером и шитьё одежды. Точно так же естественно ожидать, что общие, обусловленные полом предрасположенности и склонности, оправданные с точки зрения мужской и женский природы людей, по-видимому, являются следствием генетических и гормональных различий. Эти различия проявляются в широком спектре работ, которые представители каждого пола имеют склонность выполнять наиболее эффективно и находят наиболее для себя подходящими.
Конечно, с биологической точки зрения некоторые работы, могут показаться, так сказать сексуально-нейтральными. Существуют ли такие работы, или нет, интересный вопрос. Такой работой, казалось бы, можно считать ту, в которой половая принадлежность человека, со всеми его сопутствующими физиологическими и психологическими последствиями, не важна. Может показаться, что сексуально-нейтральные работы, по крайней мере с точки зрения природы, не существуют. Однако, с целью доказательства от противного, мы предположим, что таковые всё же существуют. Давайте предположим, например, что нарезание кожи для мокасинов -именно такая задача. Среди краснокожих эта работа, предположительно сексуально-нейтральная, всегда, или почти всегда, выполняется женщинами. Это привлекает внимание к интересному, с точки зрения антропологии, факту. Исполнения даже тех работ, которые могут показаться сексуально-нейтральными, работ у которых, кажется, нет очевидного биологического оттенка относительно пола, в различных культурах, всё же имеют тенденцию быть разделенными по половому признаку. Интересно, что точно так же, исторически это обусловлено или нет, но эти культуры склоняются к тому, чтобы согласиться с подобным разделением труда. Например, почти во всех культурах, хотя есть и исключения, работа у ткацкого станка считается женской. Таким образом, ясно видно, что во многих культурах половые различия в отношении труда, так или иначе, чётко разграничены.
Как бы там ни было, но размывание половых различий, с его сопутствующими вредными последствиями для сексуальных отношений и особенностей, снижением мужской активности и расстройством женских функций, не должно поощряться среди нормальных людей. Отказ и отрыв от природы, предательство и ниспровержение своего пола, как мне кажется, в долгосрочной перспективе, не являются наилучшим выходом для человеческой цивилизации. Таким образом, дискриминация по половому признаку, в некотором смысле, не недостаток, но надежда на поступательное развитие. Не стоит считать унисекс, чем-то само собой разумеющимся, поскольку такой аспект патологической культуры, может быть понятен и представлять интерес, только некоторым близоруким или странным организмам.
Я увидел обнажённую белую рабыню, идущую мимо нас. Чей-то бисерный ошейник был завязан на её горле.
Мне не дали хлыст, украшенный бисером хлыст разрешения, который мог бы дать власть рабу мужчине рабыни над такими женщинами. Я присмотрелся к ней. Она была привлекательна, вот только даже прикоснуться к ней я не имел права.
- Что Ты собираешься делать? - поинтересовался Кувигнака.
- Пойду, поищу Васнаподхи, - признался я.
- Думаю, это не запрещено.
Я осмотрелся.
- Ты случайно не видел Гранта? – спросил я краснокожего юношу, полагая, что Васнаподхи должна быть где-нибудь неподалёку от него.
- Я видел его этим утром, - припомнил Кувигнака. - Он показался мне чем-то обеспокоенным.
- Почему?
- Не знаю, - Кувигнака пожал плечами.
- Я вижу Блокету и Ивосо поблизости, - предупредил я, заметив парочку во время беглого осмотра стойбища. - Кажется, что они прогуливаются.
- Конечно, чем им ещё заниматься - заметил Кувигнака, продолжая обрабатывать шкуру.
- Как получилось, что Блокету так ненавидит тебя?
- Понятия не имею, - отозвался Кувигнака. – Когда-то мы были друзьями.
- Они идут сюда, - отметил я.
Кувигнака ещё сильнее согнулся над шкурой. Казалось, что его движения наполнились плохо скрываемой злостью.
Само собой, для свободных женщин дразнить таких как Кувигнака, является обычным делом. Что касается Блокету, то кажется, что она получает от этого своеобразное извращённое удовольствие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
