Матео наносил удары направо и налево, а Рокко страховал его со спины. Братья окружили Дэни, стараясь отвести от нее удары. Шпага на таком коротком расстоянии была бесполезна. Отбросив ее, она схватилась с каким-то солдатом врукопашную, затем в ход пошли ноги и ногти.
Внезапно кто-то ударил Дэни в лицо, чуть не ослепив ее. Она покачнулась и упала на мостовую.
Она пыталась отдышаться, хватая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на песок, но тут ее грубо подняли с земли и куда-то поволокли.
Через пятнадцать минут Матео, Алви и Рокко снова оказались в тюрьме.
На этот раз с ними была и Дэни.
Бал продолжался, и гости даже не подозревали о том, что на городской площади, всего в миле от дворца, возник стихийный бунт.
Однако Рэйфа тут же проинформировали обо всем, и он с нетерпением ждал развития событий. Он был сердит и взволнован. Все его мысли сосредоточились на рыжеволосой девушке.
«Какого черта ее понесло на площадь? Как ей удалось проскочить мимо охраны? Разумеется, это она освободила Джанни. Но зачем она сделала это? Каковы ее планы? Является ли она организатором мятежа?»
Он с нетерпением ждал о ней новостей, а пока вернулся к друзьям, жаждавшим ее крови. Здесь было много таких, кого она ограбила. Новость о том, что этим бесстрашным разбойником оказалась юная девушка, привела их в ярость. Но кроме того, они чувствовали себя униженными и теперь строили планы мести. Слушая их, Рэйф содрогался от ужаса.
— Я поеду на площадь, чтобы увидеть, как ее повесят, заявил Никколо, хотя менее часа назад сам флиртовал с ней и этот факт, судя по всему, теперь приводил его в смущение.
— Надеюсь, на этот раз они ее схватят! — не сдержался Адриано. — А когда они это сделают, думаю, ты не позволишь этой маленькой сучке сорваться с крючка, а Рэйф? Она представляет опасность для всех нас!
— Она чудо, — тихо сказал Рэйф, но его слова были встречены бурей негодования. Еще никогда в жизни его не целовали столь невинно, думал он, расхаживая по комнате.
Его собственная гордость пострадала так же, как и гордость его друзей, но он не знал что и думать. Даниэла Кьярамонте была головоломкой, которую ему предстояло разгадать. Она разозлила его, поставила в тупик, обвела вокруг пальца — и вызвала в нем чувство глубокого уважения, так как не была похожа на тех, с кем ему приходилось сталкиваться до сих пор. И подумать только, она до вчерашнего вечера никогда не целовалась!
Возможно, она считает его самым последним дураком на свете, думал он сердито. Возможно, она думает о нем как о последнем негодяе. Нет, это просто невыносимо! Ее нужно поставить на место!
— Кто она такая, Рэйф? — спросил виконт Элан Берелли, самый разумный из его друзей.
«Моя Немезида», — раздраженно подумал Рэйф.
— Кьярамонте. Даниэла Кьярамонте. Элан сдвинул на нос очки.
— Кьярамонте? Она, случайно, не родственница маркиза Кьярамонте, который погубил себя пьянством и игрой в карты, еще когда мы были мальчишками?
— Полагаю, он ее отец, — пробурчал Рэйф. В это время раздался резкий стук в дверь. Лейтенант королевской гвардии отдал честь и с трудом переводя дыхание доложил:
— Ваше высочество, пожар потушен, бунт подавлен. Бандиты арестованы.
Все? — нетерпеливо переспросил Рэйф.
— Мальчишке удалось сбежать.
— А Всадник в маске?
— Взят под стражу, ваше высочество.
Радостные крики наполнили комнату, так радуются люда на бегах, когда чья-то лошадь вырывается вперед. Рэйф тяжелым взглядом окинул своих друзей, удивленный их жестокостью, которую они даже не пытались скрывать.
— Не упустите ее! — приказал Федерико.
— Успокойся, — резко оборвал его Рэйф, затем повернулся к лейтенанту: — Скажи своим людям, что я доволен ими. Забудьте о ребенке. Он не несет ответственности за дела взрослых.
— Нам допросить их, ваше высочество?
— Предоставь это мне. И запомни, я не хочу, чтобы с ними плохо обращались… И пусть эту ночь Всадник в маске проведет в одиночной камере.
— Рэйф! — запротестовал Адриано. — Она не заслужила особого обращения!
— По-твоему, я должен позволить ей провести ночь в одной камере с самыми отъявленными негодяями королевства? К утру от нее ничего не останется. Побойся Бога, она же девственница.
— Девственница? Тогда отдай ее нам! — Никколо разразился пьяным смехом.
Рэйф посмотрел на него, затем на других, словно видел их впервые. Он вспомнил невинный взгляд Даниэлы. Чем больше они кричали, требуя ее крови, тем сильнее ему хотелось защитить ее, особенно сейчас, когда Элан напомнил ему о грандиозном скандале, происшедшем несколько лет назад, который, как он подозревал, погубил отца Даниэлы и лишил будущего ее семью.
Он был чертовски зол на девушку, но что бы та ни сделала ему самому или его друзьям, она была молода, отважна и красива.
— Мы преподадим ей урок, которого она никогда не забудет!
— Вы не посмеете дотронуться до нее! — прорычал Рэйф, поочередно оглядывая своих друзей.
В комнате наступила тишина. Слегка протрезвев, все недоуменно смотрели на него.
— Завтра в семь утра приведи Всадника в камеру допросов, — приказал Рэйф лейтенанту. — Но она должна провести эту ночь в неповрежденной камере, — сухо добавил он.
— Повреждена только одна камера, ваше высочество. Каменщик уже осмотрел ее и сказал, что быстро заделает пролом в стене.
— Звучит обнадеживающе, ты свободен.
— Да, ваше высочество! — отчеканил лейтенант, вытягиваясь в струнку и отдавая честь.
Рэйф кивком отпустил его, подавляя в себе желание немедленно выпустить Даниэлу из этой мрачной и опасной тюрьмы. Он навлечет на себя неприятности, если обойдется с ней мягко. А оставив ее на ночь в тюрьме, он может быть по крайней мере уверен в том, что она снова не сбежит и его разгневанные приятели не доберутся до нее. Он надеялся, что когда они протрезвеют, им станет стыдно. Что же касается синьориты Даниэлы, то если она проведет долгую ночь в камере, одна, в полной темноте, то к утру, возможно, станет сговорчивее.
— Не могу поверить, что ты на ее стороне, а не на нашей, — проговорил Адриано, покачав головой.
— Я пока не принял ничью сторону. Ее судьбу решит суд.
— Я тебя знаю. Ты попытаешься найти способ снять ее с крючка, так как не можешь устоять, когда видишь хорошенькую мордашку. Не попадайся на ее лживые речи, Рэйф. Она преступница! Она воровка! Мы уже это проходили, разве ты забыл?
— Будь осторожен! — рявкнул Рэйф, не желая признавать, что намек Адриано попал в точку. Этой девушке с большими невинными глазами и нежным податливым ртом будет очень легко обмануть его, и, однако, тот факт, что он не может предсказать ее дальнейшее поведение, сильно его возбуждал.
