Читаем без скачивания Лобное место. Роман с будущим - Эдуард Тополь

Акимов опешил:

– Как это?

– Очень просто. Когда твоя актриса снова прилетит за тобой и вы будете телепортироваться в две тысячи тридцать четвертый, вы пригласите меня в эту турпоездку.

– Это не турпоездка, – оскорбился он. – Это по бизнесу. Я должен там снимать…

Я улыбнулся:

– Тем более. Ты же будешь снимать по моему сценарию. Не так ли?

Он напрягся, чувствуя, что я тащу его в ловушку.

– Ну?

– Если уже известно, что ты будешь снимать по моему сценарию, а я его напишу только если полечу с вами в будущее, то тут и обсуждать нечего – я полечу с вами, это как пить дать. Кофе заваривать?

Он молчал, вникая в мою железную логику. А потом промямлил:

– Но… Я не знаю… Она прилетит или нет…

– Серега, не трынди! – сказал я. – Она уже прилетала, когда меня не было, и прилетит еще.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что я знаю тебя. Ты можешь зашиться и перестать пить, ты можешь купить себе костюм у Бриони и туфли Гуччи, но я никогда не поверю, что ты сам выбрал себе эти духи. У тебя с ней роман в самом разгаре, и я рад за вас обоих.

Он расплылся в улыбке, и я узнал наконец прежнего Серегу Акимова.

– Старик! – сказал он. – Ты все-таки гений, сука!

2

ПРАВДА, 21 августа 1968 года

ТАСС уполномочен заявить, что партийные и государственные деятели Чехословацкой Социалистической Республики обратились к Советскому Союзу и другим союзным государствам с просьбой об оказании братскому чехословацкому народу неотложной помощи, включая помощь вооруженными силами. Это обращение вызвано угрозой, которая возникла существующему в Чехословакии социалистическому строю и установленной конституцией государственности со стороны контрреволюционных сил…

http://militera.lib.ru/h/20c2/09.html

Советское руководство еще весной 1968 г. приняло решение о необходимости проведения мероприятий по подготовке своих вооруженных сил к действиям на территории Чехословакии… К 20 августа была готова группировка войск, первый эшелон которой насчитывал до 250 тыс., а общее количество – до 500 тыс. чел., около 5 тыс. танков и бронетранспортеров…

В ночь на 21 августа войска СССР, Польши, ГДР, Венгрии и Болгарии с четырех направлений в двадцати пунктах от Цвикова до Немецка в режиме радиомолчания пересекли чехословацкую границу… Одновременно с вводом сухопутных войск на аэродромы Водоходи (Чехия), Турокани и Намешть (Словакия), а также на аэродромы под Прагой с территории СССР были переброшены контингенты ВДВ… По словам очевидцев, транспортные самолеты совершали посадку на аэродромы один за другим. Десант спрыгивал, не дожидаясь полной остановки. К концу взлетно-посадочной полосы самолет оказывался уже пуст и тут же набирал ход для нового взлета. С минимальным интервалом сюда стали прибывать другие самолеты с десантом и военной техникой.

На боевой технике и захваченных гражданских автомобилях десантники уходили в глубь территории, и к 9.00 ими были блокированы в г. Брно все дороги, мосты, выезды из города, здания радио и телевидения, телеграф, главпочтамт, административные здания города и области, типография, вокзалы, а также штабы воинских частей и предприятия военной промышленности…

Спустя четыре часа после высадки первых групп десантников важнейшие объекты Праги и Брно оказались под контролем союзных войск. Основные усилия десантников направлялись на захват зданий ЦК КПЧ, правительства, Министерства обороны и Генерального штаба, а также здания радиостанции и телевидения.

ПРАВДА, 22 августа 1968 г.

Все советские люди твердо и решительно поддерживают действия, предпринятые для защиты дела социализма и мира

Многотысячный коллектив Московского автозавода им. И.А. Лихачева единодушно одобряет действия Советского правительства и правительств других социалистических стран, направленные на защиту и укрепление социалистического строя в Чехословакии и оказание помощи чехословацкому народу…

ПРАВДА, 23 августа 1968 г.

Единство и сплоченность братских народов восторжествует!

СОВЕТСКИЙ НАРОД ВЫПОЛНИТ СВОЙ ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ ДОЛГ

В Москве продолжаются митинги и собрания, на которых рабочие, служащие, деятели культуры и науки, все трудящиеся выражают свою безраздельную поддержку Ленинскому Центральному Комитету КПСС и Советскому правительству…

«Накануне прошел дождь, но в воскресенье с самого утра было ясно и солнечно. Я шла с коляской вдоль ограды Александровского сада; народу было так много, что пришлось сойти на мостовую. Малыш мирно спал в коляске, в ногах у него стояла сумка с запасом штанов и распашонок, под матрасиком лежали два плаката и чехословацкий флажок…

Флажок я сделала еще 21 августа: когда мы ходили гулять, я прицепляла его к коляске – когда были дома, вывешивала в окне. Плакаты я делала рано утром 25-го: писала, зашивала по краям, надевала на палки. Один был написан по-чешски: “At’ žije svobodné a nezávislé Československo!”, т. е. “Да здравствует свободная и независимая Чехословакия”. На втором был мой любимый призыв: “За вашу и нашу свободу”…»

Так начинаются мемуары Натальи Горбаневской, и не знаю, как вам, а мне было интересно буквально с первых строк.

«…Проезд между Александровским садом и Историческим музеем был перекрыт милицией: там стояла очередь в Мавзолей… Но когда я обошла Музей с другой стороны и вышла на площадь, она открылась передо мной просторная, почти пустынная, с одиноко белеющим Лобным местом…»

Конечно, я заглянул в Интернет посмотреть, как выглядела эта Горбаневская. К сожалению, ни одной ее фотографии в молодости не нашел, но зато нашел координаты ее сыновей Ярослава и Иосифа – того самого, который малышом «мирно спал в коляске, в ногах у него стояла сумка с запасом штанов и распашонок, под матрасиком лежали два плаката и чехословацкий флажок…». Понятно, я тут же позвонил им обоим. Но Иосиф был занят переездом на другую квартиру, его телефон не отвечал, а старший, Ярослав, не только прислал мне разрешение на цитирование книги матери, но и подсказал, где можно найти ее фотографии в молодости – в Фейсбуке. И что я увидел? Я увидел, что Акимов был прав – Наталья Горбаневская была маленького росточка, метр пятьдесят! – и худенькая, как Юлия Савичева. Ничего геройского, простая библиотекарша на полставки, двое детей, пишет стихи… Но какой должен был быть стержень внутри, чтобы в стране, где «все трудящиеся твердо и единодушно поддерживают Ленинское Политбюро КПСС», вдоль огромной очереди этих трудящихся к покойнику, создавшему эту империю, идти с грудным сыном в коляске мимо сотни ментов и кагэбэшников в штатском!..

И я тут же представил, как это будет на экране: общий план Манежки и Александровского сада, снятый с помощью дрона, с операторского крана или с крыши отеля «Националь» – светлая минорная музыка, солнечный августовский день, огромная очередь трудящихся тянется вдоль забора Александровского сада, ее не то сторожат, не то охраняют молодецкие менты, одетые в белые парадные кители, а мимо них, обгоняя эту медленную очередь, целеустремленной походкой идет одинокая маленькая женщина с детской коляской. И сразу – музыкальный удар – ее крупный план: эта женщина смотрит прямо перед собой, опускает глаза на коляску… видит (и мы вместе с ней) спящего трехмесячного сына… и снова смотрит вперед, только вперед… И мы вместе с ней видим (общий план) приближающийся, вырастающий и нависающий над ней краснокирпичный Исторический музей с гигантским панно «Верной дорогой идете, товарищи!». Макроплан – с этого панно Ленин смотрит ей в глаза… Макроплан – она смотрит ему в глаза… И – средний план, в профиль, панорама с движения: проход Горбаневской вдоль очереди, мимо милиционеров и гэбистов – это длинный, под напряженную музыку, проход… И детская коляска со спящим ребенком, которого мать везет на самое Лобное место страны! О, это будет эпизод, пробивающий души! Кто напишет музыку к нему? Максим Дунаевский? Надеюсь, он доживет до 2034-го…

«Я подошла к Лобному месту со стороны ГУМа, с площади подошли Павел Литвинов, Лариса Богораз, еще несколько человек. Начали бить часы. Не на первом и не на роковом последнем, а на каком-то случайном из двенадцати ударов, а может быть и между ударами, демонстрация началась. В несколько секунд были развернуты все четыре плаката (я вынула свои и отдала ребятам, а сама взяла флажок), и совсем в одно и то же мгновение мы сели на тротуар…»

Я благодарю братьев Горбаневских за разрешение цитировать «Полдень» Натальи Горбаневской, но вы можете и сами скачать эту книгу в Интернете и прочесть потрясающую повесть, которая просто просится на экран. Едва те восемь безумцев сели у Лобного места и развернули свои самодельные плакаты, как со всех сторон Красной площади к ним бросились гэбэшники и гэбэшницы, стали рвать плакаты, бить, кричать «Бей антисоветчиков!» и тащить их в две светло-голубые «Волги», подкатившие к Лобному месту.