class="p1"/>
Леонард невольно позавидовал магу. Каждый раз, когда она слушала истории и с восторгом смотрела на мужа, её пламя меняло цвета. Он понимал — маги проницательны, и Помпео не был исключением. Потому-то он и снарядил парня своей элитной бронёй. Магесса, видимо, не до конца одобряла выбор — что и понятно, четвёртый ребёнок, да ещё и в опале. Многие отвернулись бы. Но Помпео был не из многих, и его выбор, как видно, оказался верным.
— Говори свободно, — разрешил Антонио.
— Ваша светлость, я стал невольным свидетелем... гвардии, которую отправили Люцию. Это вчерашние крестьяне в дешёвой, негодной броне.
Глаза Помпео сузились.
— Вы не подумайте плохого! — поспешил добавить Леонард. — Парень уже отправил своих людей закупить нормальные доспехи и даже нанял кузнеца, чтобы подогнать всё на месте.
В нужный момент подошёл Оскар.
— Ваша светлость, я полностью подтверждаю слова Леонарда. Мы полагаем, что так хотят очернить имя Люция.
— Гвардию... значит, они направили, — голос Антонио прозвучал холодно. — Лучших из лучших.
Он отложил столовые приборы. И только ли Церберы так поступили? Обдумывая возможные ходы, он пару раз машинально согласился с что-то оживлённо обсуждавшей супругой, и лишь её последние слова вывели его из размышлений.
— ...аделитовая броня! — с восхищением произнесла Эмилия, сияя. — Дорогой, ты у меня такой молодец! Не думала, что ты так просто расстанешься с аделитовой бронёй!
Антонио посмотрел на жену с искренним недоумением. Что с аделитовой бронёй? Почему он должен был с ней расстаться?
Глава 12
Когда караван прибыл, моему удивлению не было предела. Вот это я понимаю — щедрость! Сорок комплектов отличных доспехов, явно одна из вариаций брони личной охраны самого Помпео. Наёмники, облачённые в подобное, выглядели бы грозно и величественно. А уж гвардия...
— Похоже, Помпео по достоинству оценил мой скромный вклад, — не удержался я от комментария.
— Так точно, ваше благородие! Буквально на следующий день после нашего доклада нас и снарядили, — сияя, доложил Леонид. — Подгонка много времени не займёт.
— Отлично. Гоблинов нужно выбить до заморозков, иначе мы потеряем половину угодий. Передавали какие-то сообщения лично для меня?
— Никак нет, ваше благородие.
— Что ж, и на том спасибо.
Несмотря на продолжающуюся войну, деревня понемногу оживала — не в последню очередь благодаря солдатам, скупавшим у местных припасы. Торговцы тоже начали наведываться с завидной регулярностью.
— Рени, как успехи? — поинтересовался я, найдя друга на его излюбленном тренировочном дворе.
— Не получается! — тот с отчаянием развел руками. — Ни давление, о котором ты говорил, ни создание области — ничего не выходит!
— Не всё сразу, — успокоил я его. — Будь маги с рождения так сильны, у гоблинов не было бы ни шанса. К тому же, давление ты уже применял.
— Это когда? — Удивился рени.
— А волков чем приложил?
— Это было оно? — удивился Рени.
— Я не уверен, но раны, которые ты нанёс, были очень на то похожи.
— Пойдём в лес! Хочу попробовать ещё раз!
Мы ушли недалеко, но мест, где бы нас никто не видел, было предостаточно. На одной из полян лежал здоровенный валун, который и стал мишенью для водяной пушки.
— Всё равно не получается! — с досадой констатировал Рени.
— Слушай, закрой глаза и попробуй представить того самого оборотня, — предложил я.
Пока Рени стоял с закрытыми глазами, пытаясь нащупать свою силу, из чащи донёсся протяжный волчий вой. Струя воды, вырвавшаяся из его рук, с грохотом врезалась в камень и оставила в нём глубокое отверстие.
— Да! Если бы ты не завыл, у меня снова бы не получилось! — обрадовался Рени.
— Это был не я, — уточнил я.
— Э-э-э...
Оглядев поляну, мы без лишних слов ринулись обратно к деревне. Прошлая встреча с подобным хищником была ещё слишком свежа в памяти. Добежав до первых домов и убедившись, что погони нет, мы замедлили шаг. Показывать страх никто из нас не хотел, но... ну его.
Через пару дней моя гвардия была готова к выступлению. Отряд состоял из тридцати бойцов и почти такого же числа людей в обозе — моя личная охрана из наёмников, деревенские охотники и медицинский отряд.
Генеральская ставка так и не сдвинулась с места. Наш приход вызвал оживлённый интерес, но вызвали меня лишь спустя два дня.
— О! Ваше благородие соизволило к нам присоединиться? — генерал не скрывал язвительности.
— Так точно, ваша милость.
Лаконичность — лучшее оружие. Я не знал, чем вызвана его враждебность, но выбить гоблинов было необходимо.
— Теперь, я полагаю, вы готовы возглавить первые ряды? — продолжил он.
— Нет, ваша милость. Мой опыт показывает, что лобовые атаки против гоблинов неэффективны.
Я перевёл взгляд на магов, молча наблюдавших за нашей беседой, и продолжил:
— Я передал все записи, которые вёл при отходе от Эрама. Эту тактику можно успешно применять и в наступлении. Более того, координировать удары мог бы его светлость Гильберт.
Маг забарабанил пальцами по столу.
— Основную идею твоих вылазок я уловил. Но как именно я могу в этом участвовать?
— Находясь в воздухе, вы будете видеть примерную численность и расположение отрядов противника. И уже на основе этого решать — дробить их дальше или собрать ударную группу для уничтожения. Атаковать гоблинов на марше крайне эффективно — в движении они не могут держать плотный строй, что играет на руку кавалерии. В отличие от ситуации, когда они видят вас и, наоборот, сбиваются в кучу.
— А это звучит интересно, — в глазах Гильберта вспыхнул азарт. — У меня как раз есть одна грань...
— В таком случае остаётся лишь выбрать место сражения и дробить противника на части. Никакой тайны в моих действиях нет. Да и снаряжение у вас куда лучше, чем было у нас тогда.
Генерал не ответил. Вместо этого его сжатый кулак с такой силой обрушился на стол, что задрожали даже тяжелые чернильницы. Воздух в палатке стал густым и тяжёлым. Я
