Эдди. – Я не позволю рисковать жизнью Ирейн.
Теперь уже профессор не мог не обратить на него внимание. Взгляд голубых глаз сосредоточился на ведре. Отставив в сторону изобретение, декан обошел стол, пытаясь рассмотреть Эдди со всех сторон, но тот синхронно поворачивался вслед за ним.
– Потрясающе! – наконец-то произнес Алекс, останавливаясь около меня. – Я еще в библиотеке заметил, что у вас необычная рыбка. Никогда не сталкивался с говорящими экземплярами. Где вы его раздобыли? Ах, да! И вы еще должны мне рассказать, зачем ему в архив.
Декан наклонился вперед, поднося лицо ближе к удивительному экземпляру. Потом предсказуемо потянул к нему палец, рассчитывая потрогать и убедиться, что он живой. Но как всякий уважающий себя человек, Эдди подобные фамильярности не любил, поэтому он выждал момент и, открыв пошире рот вцепился в мужской палец.
Насколько я успела за это время узнать анатомию золотой рыбки – особо больших или острых зубов у него не было, однако и те, что имелись, позволили повиснуть на кончике пальца, мыча что-то нравоучительное.
– Эдди, брось бяку, как ты себя ведешь? – произнесла я максимально строго, при этом с трудом сдерживая смех – настолько комично выглядела эта парочка.
– Что?! – воскликнули они одновременно, посмотрев на меня.
При этом стоило дяде открыть рот, как он сразу плюхнулся обратно в воду.
– Вы назвали меня бякой? – удивился декан, но смешинки в его глазах говорили, что он именно удивлен, а не обижен.
– Как Я себя веду? – возмутился дядя, стоило ему вновь оказаться в воде. – А воспитание этого молодого человека тебя не смущает? Тыкать пальцами в посторонних.
– Простите, не хотел вас обидеть, – усмехнулся профессор Клеронс, переводя взгляд на ведерко. – Однако, я все еще жду ответы на свои вопросы…
Я замялась, не зная с чего начать, а Эдди словно специально ушел на самое дно, отказываясь мне помогать. Только смотрел наверх сквозь толщу воды.
– Понимаете, – неуверенно начала я, не зная, можно ли довериться профессору, – Эдди не совсем рыбка… Когда-то он был человеком, но с ним произошел несчастный случай, в результате которого его душа внезапно осталась без тела…
– То есть он умер? – уточнил Алекс.
– В каком-то смысле – да, – признала я очевидное. – Но это случилось так резко и неожиданно, что его жизнелюбивый дух, прежде чем покинуть этот мир, проник в ближайший живой сосуд и смог обосноваться там. С тех пор Эдди обитает в теле рыбы.
– А говорить он начал сразу?
– Насколько я знаю – нет, но, когда мы с ним познакомились, он уже раздавал советы направо и налево.
Из ведра вылетела струя воды и капельками опала обратно. Кажется, вечером мне предстоит прослушать лекцию о своем поведении, если я не успею придумать что-то отвлекающее.
– Очень интересный экземпляр, – задумчиво произнес Алекс. – А какой простор для изучения. Человеческая душа в нечеловеческом сосуде… Какое поле для экспериментов!
– Но-но-но! Не позволю над собой экспериментировать, – возмутился Эдди выныривая на поверхность. – Доэкспериментировался уже, хватит!
– О, так вы погибли в результате эксперимента? – догадался декан и задумчиво потер подбородок. – А теперь вы рветесь в архив, чтобы найти какие-то документы… Так-так-так…
– Еще одно слово, – пробулькал Эдди, – и я тебя замочу!
От волнения произношение давалось ему с трудом, но, чтобы продемонстрировать серьезность своих намерений, дядя набрал полный рот воды, так что щеки раздулись, и направил губы-трубочкой в сторону профессора Клеронса.
Угроза подействовала, Алекс решил сменить тему и перешел к другом краю стола, где оставил свое изобретение.
– Ирейн, это блюдо я снабдил колбами с каменной породой. При определенном давлении в ней активируются магические свойства, способные удерживать ее на весу. Суть эксперимента – поднять это блюдо в воздух, потом увеличить вес, который наше изобретение сможет выдерживать. Но самое важное – это заставить его двигаться по воздуху в нужном направлении!
– Летающее блюдо? – скептически уточнила я, не очень понимая для чего нужно такое странное изобретение. – Вы хотите, чтобы еда из столовой сама перелетала за праздничный стол?
– Ирейн, смотри шире! Я хочу изобрести аэромобиль. Чтобы можно было перемещаться не по земле, а по воздуху.
– Хм, звучит интересно, – поддержала я.
Даже Эдди увлекся идеей Алекса и больше не целился в него водой.
– Не только интересно, но и практично! Только представьте: не нужно дорог, никакой тряски. Взмыл в воздух – и полетел куда глаза глядят.
– Главное не упасть, – невольно вырвалось у меня.
– Вот для этого мне нужен маг воздуха, чтобы проверять эту функцию. – Декан схватил свой поднос и аккуратно опустил на пол. – Итак, садитесь… или вставайте. Как вам удобнее?
– Да, почувствуй себя главным блюдом, – вставил дядя свой комментарий, но, поймав мой укоризненный взгляд, провел плавником по губам, как бы закрывая их на замок.
– Сначала проверяем принципиальную возможность этой летающей тарелки левитировать, – пробормотал себе под нос декан, покрутил какую-то пимпочку и его устройство действительно поднялось над полом примерно мне до колена. – Отлично! Теперь, Ирейн, дайте мне руку и становитесь в центр блюда.
Поддерживаемая Алексом, я аккуратно ступила на его изобретение. Блюдо покачивалось немного, но в целом держало мой вес. Я себя чувствовала, как в лодке на нашем озере. Чарльз тогда решил меня поразить, устроив романтическое катание, а я не знала, что на воде нужно вести себя очень осторожно… Именно после того случая лорд Пристли догадался об ухаживаниях секретаря лорда Эванши, и у нас состоялся первый серьезный разговор. Как круто изменилась моя жизнь с тех пор.
Стоило мне привыкнуть к ощущениям, как профессор Клеронс продолжил эксперимент. «Летающая тарелка», как он стал его называть по аналогии с детской деревенской игрой, то поднималась выше, то замирала прямо над полом. Попытки заставить ее двигаться в горизонтальной плоскости и сделать хоть кружок по лаборатории пока не увенчались успехом. Но и это достижение декан считал значительным.
Прежде чем отпустить меня домой Алекс предложил выпить чай с печеньем и цукатами.
– Профессор, я вот подумала… Когда вы изобретете этот аэромобиль – вы же не остановитесь на одном устройстве?
– А-а-а! Вы тоже захотели себе экземплярчик «летающей тарелки», – рассмеялся он, отчего стал выглядеть как сорванец. – Поняли, над каким важным изобретением мы с вами работаем! Но для массового производства нам пока очень далеко.
С последними словами взгляд его потускнел, а плечи поникли. У меня появилось непреодолимое желание обнять мужчину и заверить, что все будет хорошо! Мы справимся со всеми трудностями. Пришлось даже тряхнуть головой отгоняя наваждение. Кажется, я загорелась идеей этого изобретения сильнее, чем думала.
– Дело в том, что для полетов нам потребуется еще
