сидеть в загородном поместье, пропуская пышные приемы и балы!».
Мортимер тоже разводил скот и очень любил сельское хозяйство… Не может быть таких совпадений. Услышав фамилию герцогини, Френсис, как и я, удивленно уставилась на экономку.
- Так, значит, у его сиятельства тетушка герцогиня? – спросила она. В ее глазах вспыхнул нетерпеливый огонек.
- Да. Граф — ее любимый племянник. Леди Камберленд была с ним рядом с самого рождения и всегда принимала участие в его жизни, - ответила миссис Оджин. – Строгая, но справедливая женщина.
Кузина больше ничего не стала спрашивать, но в одну из свободных минуток поманила меня за собой в коридор.
- Происходит что-то непонятное! У герцогини один племянник и это Доминик Меррой! Как это понимать?
- Да, я тоже вспомнила твои слова, как только миссис Оджин заговорила о приезде леди Камберленд. Но если мы станем выпытывать какие-то подробности, это будет выглядеть подозрительно, - я задумчиво закусила губу. – М-м-м… есть у меня одна идея. Пойдем-ка в картинную галерею!
- Зачем? – удивилась кузина, приноравливаясь к моему быстрому шагу.
- Возможно, под портретом графа написано его полное имя. Это многое прояснит, - объяснила я. – Иначе от всей этой путаницы у меня уже начинает закипать мозг!
Оказавшись перед портретом его сиятельства, Френсис изумленно ахнула:
- Так и есть! Это Доминик! Но почему тогда его называют Торнтон Мортимер?!
Я подошла ближе, нагнулась, чтобы прочесть надпись, которая располагалась чуть выше дорогой золоченой рамы, и прошептала:
- Вот оно что… Граф Доминик Торнтон Мортимер Третий, барон Меррой седьмой… У графа совмещенный титул!
Почему его называли разными именами — это уже вопрос другой… Но теперь хоть что-то стало ясным!
- Анжи, а ведь герцогиня узнает нас… - испуганно прошептала Френсис за моей спиной. – Она всегда следит за своими слугами, за хозяйством и вполне может приказать слугам предстать перед нею. Что делать?
М-да… Леди Камберленд могла стать огромной проблемой. И ее нужно решать прямо сейчас, иначе завтра уже будет поздно.
Глава 22
Покидать дом графа мне, если честно, не хотелось. Я привыкла к нему, да и работа на кухне уже не казалась чем-то ужасным. Но мы с Френсис ходили по острию ножа, и это могло закончиться очень печально. А еще я прекрасно понимала, что нужно двигаться вперед, быть себе хозяйкой, а не прислугой в богатом особняке. Жизнь играла красками, сияла чувствами, эмоциями, обещала свершения и открытия. Променять все это на скучное существование? Ну уж нет!
- Когда ты хочешь покинуть Мрачные Дубы? – волнуясь, прошептала кузина. – И что мы скажем миссис Оджин?
- Я все сделаю сама. Не переживай, - успокоила я ее. Теперь мы поменялись местами, и во мне было уверенности больше, чем у Френсис. – Ничего не случится. Ведь не станут нас держать здесь насильно?
- Где вы ходите?! – возмущенно воскликнула экономка, когда мы столкнулись с ней в холле. – Это что еще за прогулки по дому в рабочее время?!
- Мы уже идем обратно, - я собралась с духом и добавила: - Миссис Оджин, мы с Френсис решили вернуться в деревню.
- Что? – женщина удивленно застыла. – Как в деревню?
- Да… мы вынуждены покинуть дом его сиятельства. И хотим сделать это завтра утром, - продолжила я. – Вы уж простите нас…
- Не переживай, лапушка, я все понимаю, - неожиданно поддержала нас экономка. – Неизвестно, что всех нас ждет… Еще и кузен его сиятельства ведет себя неподобающим образом. Вчера вечером он делал оскорбительные намеки моей дочери… Я хочу отправить Молли в город к тетке. Она пообещала пристроить ее в кондитерскую. Вы тоже молоды и хороши собой, поэтому уезжайте от греха подальше. Я распоряжусь, чтобы Кадли отвез вас на рассвете к железнодорожной станции. Оттуда каждый день ровно в двенадцать отправляется поезд, который проезжает мимо Баллинхэйма.
- Спасибо, миссис Оджин! – мы с кузиной с благодарностью обняли ее.
- Идите работать! Вы пока еще служите здесь! – прикрикнула на нас экономка, прикладывая платочек к глазам. – Ох, как же нам всем теперь жить? Все с ног на голову перевернулось!
До конца дня мы трудились на кухне, а после ужина отправились к себе собирать вещи. Френсис немного нервничала, но была, как и я, полна решимости.
- Естественно, мы не станем садиться в поезд. Земли полковника граничат с поместьем графа, поэтому наймем экипаж на станции и оттуда поедем к сэру Риддуку, - сказала она, аккуратно складывая форменную одежду на стул. – И правда, мы ведь не можем вечно работать прислугой? У нас есть другие планы на жизнь!
- Несомненно! Как только устроимся на новом месте, сразу же начнем думать, чем заняться! – поддержала я ее. – Главное – иметь крышу над головой.
Миссис Оджин разбудила нас в половине пятого утра. Она принесла нам овсянку со сливочным маслом, чай и сыр. А еще небольшую корзинку с едой в дорогу.
- Отправляйтесь как можно раньше. Лучше, если никто не увидит вашего отъезда, - женщина протянула нам деньги. – Здесь то, что вы заработали за все время.
Позавтракав, мы взяли свои вещи и покинули дом графа Мортимера. Экономка проводила нас к экипажу, крепко обняв напоследок. А потом смотрела вслед уезжающей карете, сложив на животе свои полные ручки.
На железнодорожной станции мы были примерно через час. Кадли тепло попрощался с нами и отправился обратно, оставив нас на пустом перроне.
Ничем не примечательное здание вокзала было двухэтажным, с небольшой башенкой посередине. На ней отсчитывали время большие круглые часы. Под навесами стояли скамьи, а рядом с ними – торговые лотки, на вывесках которых красовались нарисованные конфеты, булочки, игрушки и стаканы с лимонадом.
Вскоре раздался монотонный звук метлы, чиркающей по брусчатке. А следом за ней начала оживать и вся станция. Сначала раздался свисток прибывающего поезда. Он остановился, выпустил пар, и на перроне замелькали головные уборы. Мужские шляпы, женские разноцветные шляпки, военные фуражки… Смех, разговоры, крики носильщиков…
- Пойдем отсюда, пока нас кто-нибудь не узнал, - сказала Френсис, кивая в конец перрона. – Там должны быть наемные извозчики.
За зданием станции была небольшая площадка, на которой стояло несколько колясок. Кони жевали остатки вытоптанной травы, а сами извозчики спали, скорчившись на неудобных козлах.
- Эй, уважаемый! – я подошла к ближайшей от нас коляске.
