За всеми этими размышлениями, незаметно пришёл вечер, и стало темнеть. Сёма подумал, что неплохо бы поужинать, и решил не разводить костёр, а воспользоваться выданной горелкой, которыми рекомендовали не пользоваться без необходимости, потому что запаса топлива не хватит на весь маршрут.
Именно поэтому в первую ночь все жгли костры. Лимит топлива, наверное тоже один из элементов выживания. Ужинать в одиночестве не хотелось, и он стал выискивать глазами Василису. Но её нигде не было видно. Казалось что она мелькала где-то буквально пятнадцать минут назад, но теперь и след простыл. Профессора тоже не наблюдалось, место где лежали его вещи пустовало.
Сёма приготовил консервы и стал возиться с горелкой. Вставил в неё баллон с газом, но при попытке зажечь, ничего не произошло. Воспламенитель отказался работать. Он всё щёлкал и щёлкал, но огня всё не было. Вспомнились слова Василисы про то, что в нужный момент приборы начнут отказывать, но верить в злой умысел здесь было бы странно.
Он её проверял, она работала, и ни у кого не было возможности взять её в руки. Скорее всего сломалась. Заводской брак, или он сам что-то неосторожно сделал и сломал. Вздохнув, Сёма поставил её на землю и взял в руки банку со своим ужином, размышляя: так съесть, или всё-таки развести костёр.
В этот момент ему показалось что птицы, до этого беспрерывно щебетавшие в лесу и добавлявшие умиротворения всей группе, вдруг затихли. Он замер с банкой в руках. Это было странно. За спиной раздался шорох. Он обернулся…
Чего-чего, а такого он увидеть здесь не ожидал. Она стояла на бревне, одну ногу поставив на торчащий корень. Высокие тёмно-коричневые сапоги на шнуровке, короткая чёрно-коричневая юбка из свободно висящих кожаных лоскутов, такого же цвета кожаный топ на пуговицах, собранные в длинный хвост волосы, лук в руках и колчан со стрелами торчащий над плечом, нож на поясе. Это было очень похоже на картинку из какой-то книги, и у Сёмы сразу в мозгу вспыхнуло слово: «Амазонка». Тут она заговорила:
— Ели хочешь жить, беги за мной, — в следующий миг за её спиной вспыхнула молния, резко очертив её силуэт на фоне неба, где-то близко раздался резкий звук выстрела, и одновременно с этим ему в лицо брызнули щепки дерева. Он увидел откуда — сомнений не было, это попала пуля, вернее, не попала в него.
Внизу живота возникло чувство, как будто яички хотят спрятаться внутрь тела. Подобное чувство возникает, когда видишь, как неожиданно на твоих глазах кто-то сильно падает и ушибается, а твой организм реагирует на эту чужую опасность и возникает странное чувство в паху.
Раздался раскат грома, и после него выстрелы зазвучали со всех сторон. Амазонка спрыгнула с бревна и начала растворяться в сумерках, Сёма сбросил с себя оцепенение, схватил одной рукой рюкзак, второй ружьё и бросился за ней.
Ждать его она не собиралась, а стремительно бежала через лес. Сёма почему-то сразу ей поверил. Выстрелы вообще не оставили времени на сомнения. Хорошо ещё что он не впал в ступор. Рюкзак надеть он не успел и на ходу это было сделать невозможно, потому что вторая рука была занята оружием.
Бросать ни то ни другое он не хотел. Бежать с тяжёлым рюкзаком в руке было невероятно трудно, тем более, что он был не застёгнут и из него периодически что-то вываливалось. Амазонка бежала налегке, и поспеть за ней он никак не мог, вследствие чего расстояние между ними начало увеличиваться.
Тут он увидел, как впереди прямо по ходу движения возник человек с красной повязкой на голове и стал поднимать ружьё для выстрела в его спасительницу. Не снижая скорости она правой рукой выхватила стрелу из колчана, прыгнула вперёд, ушла в кувырок и выросла прямо перед ним, не останавливая движения вогнала ему стрелу под подбородок, так, что она вышла на макушке.
Перешагнув упавшее тело, она оглянулась на Сёму и побежала дальше. Хотя её взгляд не выражал никаких эмоций, как показалось Сёме, несмотря даже на то, что она только что между делом убила человека, он понял его так: либо следуй за мной, либо оставайся, я даю тебе шанс, а вот сумеешь ли ты им воспользоваться зависит только от тебя. Короче выживай… А может быть, она просто оглянулась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сёма не вполне понимал что происходит, но информации уже было достаточно чтобы сделать кое-какие выводы. Появились люди, которые хотят его убить, и появился кто-то, кто хочет его спасти. Почему и зачем выяснять времени нет, сейчас главное остаться в живых. Он с сожалением выпустил рюкзак и уже налегке припустил следом за амазонкой.
Сёма начал её даже немного нагонять, когда в сознании взорвалась мысль — а как же Василиса? Сначала, в состоянии аффекта он не успел подумать ни о ком, но теперь, когда первая опасность миновала он ощутил настойчивое желание вернуться и попытаться её спасти. Хотя и не знал как и хватит ли у него сил. Но помнить потом всю жизнь, как он сбежал и не попытался помочь… нет это чересчур.
В этот момент он понял, что они бегут не по прямой, а закладывают дугу. То есть по сути возвращаются назад. От этой мысли он проникся ещё большим уважением к своей спасительнице. Значит она хочет помочь кому-нибудь ещё. Тут она неожиданно остановилась и присела, подняв вверх левую руку, что вероятно означало, что Сёма должен соблюдать тишину. Пригнувшись, он тихонько подобрался к ней и сказал шёпотом:
— Мне нужно вернуться в лагерь.
Она приложила палец к губам, достала стрелу, прицелилась и выстрелила. Только проследив за полётом стрелы, Сёма увидел человека между деревьями. Стрела вошла ему в висок, и он упал как мешок с картошкой. Амазонка повернулась и уверенным движением взяла винтовку из рук у Сёмы. Он даже не подумал её удерживать и безропотно отдал. Она сказала:
— Беги в ту сторону, — и указала ему в том направлении, откуда они только что прибежали, — главное никуда не сворачивай и не шуми.
— Мне нужно вернуться, — Сёма не хотел убегать.
— Они преследуют твою подружку, если мы в них постреляем, они могут переключиться на нас и у неё появится шанс. Правда, нам может придтись несладко. Их довольно много.
Сёма опять сразу ей поверил, не стал ничего говорить, только кивнул, повернулся и побежал. Размышляя потом над этим, он всё не мог понять, почему вдруг стал так безоговорочно доверять незнакомке. Возможно потому, что она спасла ему жизнь, хотя могла этого и не делать.
В общем, он побежал что было сил, и метров через тридцать услышал за спиной выстрел, потом ещё и ещё, он насчитал пять, после чего зазвучали ответные выстрелы, а его ружьё замолчало. Он остановился и тревожно оглянулся, но с амазонкой всё было в порядке, она его стремительно догоняла. Он побежал дальше.
— Что, теперь за мной хотел вернуться? Ты с этим завязывай, а то пристрелят. Но спасибо.
— Ничего не могу с собой поделать…
Ответил он ей уже в спину, потому что она его обогнала и начала отрываться. Бежать последним было неуютно. Он буквально чувствовал на затылке дыхание преследователей. Их было не слышно и не видно, но он знал, что они где-то сзади. Вернее, он одновременно и боялся что они сзади, и надеялся на это. Если они бегут за ними, то не бегут за Васей, если верить Амазонке, а в этот момент он верил ей безоговорочно.
Хорошо, что он тренировался дома, хорошо, что был курс подготовки, иначе бы он не выдержал этот спринт переходящий в марафон. Но несмотря на подготовку, силы постепенно покидали его. Уже совсем стемнело, и он ориентировался только на поблёскивающие в лунном свете голые бёдра, руки и полоску между топом и юбкой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Больше он не видел ничего. Только ритмично двигающиеся в темноте части тела. Она сбавила темп, чтобы он не отставал, и выбирала дорогу поровнее. Если встречались препятствия, он просто повторял её движения. Она прыгала, и он прыгал добежав да этого места. Она что-то огибала, и он в точности повторял её манёвр. Он поймал себя на мысли, что доверяет уже буквально каждому её движению, и следует за ней вообще не думая.
Наконец она остановилась. Сёма добежал да неё и с шумным выдохом прислонился к дереву.
