Кэмпфер попытался припомнить, что ему известью о вампирах. Может быть, эта тварь, которая убивает солдат, действительно пьет их кровь? Кто знает... Их шеи были сильно повреждены, и много крови растеклось по одежде, так что потребуется целая медицинская лаборатория, чтобы выяснить, вся ли кровь осталась на месте. Когда-то в детстве ему удалось посмотреть старый, еще немой, фильм "Носферату", а потом американский вариант "Дракулы" с немецкими субтитрами. Но это было очень давно, и тогда мысль о вампирах показалась ему просто смешной, какой, впрочем, она и должна казаться. Но теперь... Не может быть, чтобы по замку бродил столетний славянин с крючковатым носом и в старинной графской одежде. И тем не менее, в подвале лежат восемь трупов... Однако Кэмпфер, как ни старался, не мог представить себе немецких солдат, вооруженных кувалдами и осиновыми колами.
- Мне кажется, здесь надо плясать "от печки", - сказал майор, чувствуя, что мысли заходят в тупик. - Пора обратиться к источнику.
- А где это?
- Не "где", а "кто". Я хочу выйти на владельца этого замка. Ведь крепость выстроили с какой-то целью и поддерживают в постоянном порядке. А для этого должна быть причина.
- Александру и его сыновья не знают владельца.
- Или говорят, что не знают.
- А зачем им лгать?
- Сейчас все лгут. Кто-то им должен платить.
- Деньги присылают владельцу гостиницы, а он передает их Александру.
- Значит, допросим владельца гостиницы.
- Заодно можно попросить его и перевести слова на стене.
Кэмпфер удивленно поднял брови:
- Какие слова? На какой стене?
- Там, внизу, где убили твоих солдат. Там что-то написано на стене их кровью.
- По-румынски?!
Ворманн пожал плечами.
- Не знаю. Я даже буквы не смог разобрать, не то что целые слова.
Майор как ужаленный вскочил со стула. Наконец что-то есть!..
- Я хочу немедленно заняться трактирщиком!
Владельца гостиницы звали Юлью.
Это был полный мужчина лет шестидесяти с лысиной на макушке и густыми закрученными усами. Его толстые щеки, не видевшие бритвы по меньшей мере неделю, тряслись от холода, пока он в одной ночной рубашке стоял в коридоре замка возле двери, за которой недавно томились арестованные крестьяне.
"Совсем как в старые добрые времена", - думал Кэмпфер, рассматривая его из глубины затемненной Комнаты. Он снова начинал приходить в боевое расположение духа. Испуганный и растерянный вид румына заставил майора вспомнить былые годы, когда он работал в Мюнхене. По утрам они поднимали с постелей лавочников-евреев, избивали их на глазах всей семьи и с удовольствием наблюдали, как те трепещут от ужаса и холода в густом предрассветном тумане.
Но владелец гостиницы не был евреем.
Впрочем, это не имело большого значения. Еврей, цыган, масон, румынский трактирщик - какая разница! Для Кэмпфера сейчас важно было другое - признание подследственного в убийствах и те эмоции, которые вызывает в нем сама процедура допроса. Ведь если человек чувствует, что ему полагается место в этом мире, его необходимо срочно разуверить в этом. Задержанный должен знать, что, когда майор рядом, ни о какой безопасности не может быть и речи.
Сперва он мучил старика направленным светом, пока ему самому это не надоело. Потом Юлью привели на то место, где погибли эсэсовцы. Из гостиницы принесли все тетради и книги, которые хоть чем-то походили на журналы регистрации, и свалили все это в огромную кучу в углу бывшей камеры. Взгляд румына то спотыкался о надпись на стене, то опускался к полу, то шарил по лицам четырех солдат, поднявших его среди ночи, потом снова упирался в засохшую кровь на полу. Кэмпферу трудно было смотреть на эти кровавые следы. Каждый раз он вспоминал изувеченные шеи двоих солдат, стоявших перед его кроватью.
Когда майор начал чувствовать, что пальцы у него деревенеют несмотря на толстые кожаные перчатки, он вышел наконец из своего темного угла и предстал перед Юлью. При виде эсэсовского офицера старик с ужасом попятился и чуть не споткнулся о гору журналов.
- Кто владеет замком? - безо всяких предисловий непринужденно спросил Кэмпфер тихим вкрадчивым голосом.
- Я не знаю, господин офицер.
Он ужасно говорил по-немецки, но все же это было лучше, чем искать переводчика. Кэмпфер ударил его по щеке перчаткой. Он еще не чувствовал злобы; просто это была обычная методика допроса.
- Кто владеет замком? - так же спокойно повторил он.
- Не знаю!
Майор снова ударил его.
- КТО?!
На этот раз Юлью заплакал, на губах показалась кровь. Это было хорошим знаком - такой долго не выдержит.
- Я, правда, не знаю! - взмолился он.
- Кто дает тебе деньги, чтобы платить людям, работающим здесь?
- Курьер.
- От кого?
- Не знаю. Он не говорит. Наверное, из банка. Он приезжает сюда два раза в год.
- Значит, ты подписываешь ордер или чек для оплаты. От кого эти чеки?
- Я подписываю письмо. Там наверху написано, что оно из швейцарского Средиземноморского Банка. В Цюрихе.
- Какими деньгами он рассчитывается?
- Золотом. Золотыми монетами по двадцать левов. Я плачу Александру, а он уже раздает сыновьям. Так было всегда.
Кэмпфер наблюдал, как Юлью вытирает глаза и постепенно успокаивается. Наконец-то в его цепочке появилось первое звено! Теперь он свяжется с внешней разведкой СС, и они выяснят, кто направляет из Цюриха курьера с деньгами для владельца гостиницы в Трансильванских Альпах. Потом СД выйдет на владельца счета, а там уж - и на хозяина замка.
А что потом?..
Этого Кэмпфер еще не знал, но пока события должны развиваться именно так. Он повернулся и уставился на слова, выведенные на стене. Кровь Флика и Вольца, которой они были написаны, уже засохла и теперь стала буро-коричневой. Некоторые буквы были написаны или неаккуратно, или он просто никогда таких раньше не видел. Другие еще можно было узнать. Но в целом слова оставались непонятными. И все же в них должен был заключаться какой-нибудь смысл:
Кэмпфер кивком указал на стену.
- Что здесь написано?
- Я не знаю, господин офицер! - Юлью весь сжался, чтобы не видеть сверкающей голубизны глаз майора. - Прошу вас... Я правда не знаю!
По выражению лица Юлью и по его голосу Кэмпфер понял, что тот действительно ничего не знает. Но это не имело большого значения. Все равно румына надо как следует потрепать, сломать, довести до предела, чтобы он, хромая, вернулся к своим товарищам и рассказал им о страшном и беспощадном обращении, которое он испытал на себе, имея дело с офицером в черной форме. И тогда они поймут, что пока не поздно им надо дружно и сообща изо всех сил стараться помочь СС.
- Врешь! - заорал он и сильно ударил Юлью кулаком в лицо. - Здесь написано по-румынски! Я хочу знать, что именно!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
