Оказалось, что внутри черного корабля было предусмотрено все, что необходимо для комфортной жизни разумных существ любого происхождения. Он умел приноравливаться к физиологии и психике своего экипажа. Главарь, который стал теперь капитаном, воспользовался этим, чтобы подчинить себе звездного странника. Покуда его экипаж обшаривал отсеки в поисках камбуза, жилых кают и сантехнических устройств, капитан изучал возможность овладеть управлением и навигацией. Он выяснил, что источником энергии черного корабля служил реактор, способный использовать в качестве топлива любое вещество, даже метеоритную пыль и межзвездный газ.
Он и каменистую почву планеты под собой соскреб до базальтового основания, подзарядившись на несколько месяцев непрерывного хода. Едва капитан коснулся большой дуги управления, что располагалась в лобовой части корпуса, как накопленная энергия стала поступать в силовые жилы корабля. Засияли арочные светильники в отсеках, из щелевидных отдушин подуло теплом и свежим воздухом. Воронки влагопреобразователей начали насыщать водой запасные емкости. Похожие на пчелиные соты ячейки пищевого синтеза наполнились съедобной смолой. Мрачный, похожий на сухую косточку гигант на глазах превращался в уютное жилище, способное странствовать между звезд.
Черному кораблю достаточно было задать направление, а уж он сам находил дорогу в беспредельном пространстве. Это было идеальное транспортное средство, которое когда-либо создавали мыслящие существа. Он умел летать, находить цель, достигать ее и уничтожать любые препятствия на своем пути. Единственная трудность в овладении поразительными возможностями черного корабля заключалась в том, чтобы добиться его расположения. Ну так с этим у капитана проблем как раз не было. Если бы корневики не умели втираться в доверие к кому угодно, они бы не выжили. И уж тем более не смогли бы выполнять свое главное предназначение.
Капитан сумел очаровать черный корабль, и тот стал послушен, как хороший конь. Убедившись, что другие корневики уже обустроились, капитан наскоро привел себя в порядок и набил брюхо. Ему не терпелось отправиться в полет, покуда мертвая планета не оказалась на пути мегавеликана. Поднявшись в лобовой отсек, капитан торжественно вложил ладони в трехпалые вмятины, которые и внутри корабля служили для управления его биомеханизмами и узлами. Перед ним возникло объемное изображение этой части Вселенной. Лететь можно было куда угодно, но покуда капитан ограничился лишь отрывом от омертвелого плода Древа Жизни и выходом в близлежащее пространство.
Цель обозначилась после долгих недель дрейфа в пустоте. Одна из звезд, великое множество которых сияло перед главной дугой управления, вдруг начала равномерно мигать. Это был сигнал, ради которого корневики долго странствовали по захваченным ими энергетическим каналам, прежде чем оказались на блуждающей планете, где и обнаружили черный корабль. Мигающая звездочка означала, что кто-то включил гравимаяк на одной из планет, вблизи энергоканала, еще не подконтрольного корневикам. Поиском таких планет занимались корневики-одиночки, которые умели обходить фильтры зла в цивилизованных мирах и пользовались средствами передвижения, недоступными их подельникам.
Таким корневиком-одиночкой был Осгут. На его счету числилось уже несколько захваченных в разных мирах-плодах энергоканалов. Проник он и на планету древолюдов. Мир этот был далек от цивилизации, и подобраться к каналу самостоятельно Осгут не мог, но зато ловко воспользовался любознательностью юного древолюда, который, сам того не подозревая, вызвал к родному миру черный корабль, битком набитый межзвездными пиратами, которыми, по сути, и были рядовые оборотни-корневики. Хранитель канала, ракообразный гимантиец, не винил в этом своего ученика, которого колдун использовал втемную, он лишь приготовился к битве. А исход ее был отнюдь не предрешен.
— Сейчас здесь станет жарко, — сказал великан Симуру. — Так что тебе лучше спрятаться. Корневики никого не щадят.
— Где же я спрячусь? — пробурчал юный древолюд.
— Самое безопасное место здесь — энергоканал, — откликнулся гимантиец.
Он провел двумя парами правых клешней, и часть стены дупла словно разъело едкой жидкостью. Ослепительное сияние проникло через образовавшееся отверстие. Великан поманил Симура, тот робко подошел к лазу и заглянул в него. Его глаза уже немного привыкли к яркому свету, и он сумел различить нечто вроде сверкающего столба, сотканного из разноцветных нитей, натянутых туго, словно струны диковинного музыкального инструмента. Струны эти и впрямь звучали — ровный гул наполнил дупло великана. Юный древолюд догадался, что эти сияющие нити и есть потоки энергии, связывающие миры. Это в них он хотел броситься, когда готовился удрать. А теперь ему было страшно приблизиться к ним.
— Я вижу, ты готовился к побегу, — проницательно заметил хозяин дупла. — Что ж, это правильно. Забирай все, что заготовил. И если мне не удастся отбить нападение, тебе останется только прыгнуть.
Симур вынужден был покориться. Понимал, что не в его силах драться с оборотнями, если они такие, как Осгут, а гимантийцу он будет только помехой. За мешком сходил сам великан, зашвырнул его в лаз и бесцеремонно затолкал туда юного древолюда. Отверстие мгновенно заросло. Ошеломленный такой стремительностью событий, Симур долго сидел, прислонившись к стене. Кроме гула энергетического канала, он ничего не слышал. А когда случайно посмотрел на стену, понял, что та прозрачна. Вернее, она то становилась прозрачной, то вновь тускнела, но временами сквозь нее можно было различить и то, что творилось за пределами Отвесного мира, и то, что происходило внутри дупла.
Этот эффект односторонней прозрачности вызывала энергия, которая струилась в стволе канала. Она дестабилизировала атомарную решетку вещества, делая непроницаемое проницаемым. Правда, Симуру было теперь не до физических эффектов. В промельках прозрачности он увидел черную точку, которая рывками приближалась к дереву великана. Вернее, точка-то двигалась плавно, но так как иногда стена снова становилась непроглядной, то возникал еще один физический эффект, названный в одном отдаленном мире стробоскопическим. Благодаря ему юный древолюд не успел увидеть, когда точка выросла и вплотную приблизилась к вентиляционной шахте, что вела в дупло великана.
Не видел он и того, как посыпались из нее пираты-корневики. Сколько из них было захвачено гелеобразным фильтром зла, а сколько сумело вырваться, Симур тоже так никогда и не узнал. В стробоскопических вспышках прозрачности он лишь различал смутные длинные тени, кружившие возле гимантийца, который отбивался от них изо всех сил. Юному древолюду стало стыдно за то, что он оставил своего учителя в беде. Ведь в мешке, приготовленном для побега, есть трехфазный дезинтегратор малого радиуса действия! Уж из него-то он мог запросто уложить с десяток этих тварей. Симур развязал горловину своего заплечного мешка, вынул дезинтегратор и замер в недоумении. Как он через стену-то проникнет?!
Так и стоял юный древолюд с бесполезным оружием наперевес, беспомощно наблюдая фрагменты эпической битвы, что разворачивалась в дупле великана. Корневики теснили гимантийца вверх по ступеням, к дуплу второго яруса, где хранились диковины. Великан
