Моотэ-Мусджид, или жемчужина мечетей, как и дворец Великого Акбара находятся внутри укреплений.
Дворец, выстроенный весь из белого мрамора, сохранился прекрасно. Главная зала великолепна, она покоится на очень красивых колоннах и на сводах удивительной архитектуры, затем очень много небольших прелестных комнат, дивно разукрашенных мозаичными цветами из агата, розового и красного мрамора, ляпис-лазури и яшмы.
Все эти покои выходят на Джумну, и пред ними расстилается чудесный вид на реку с заросшими тропической растительностью берегами и на живописные развалины.
Мраморные лестницы ведут на плоскую крышу дворца, откуда видна безграничная даль. Утром и попозже вечером, когда спадает дневной зной, все обитатели дворца поднимаются на крышу подышать свежим, благоухающим воздухом и насладиться видом живописных окрестностей.
Много небольших квадратных двориков перемешано с красивыми зданиями, и в каждом свой цветник, свой мраморный бассейн, свои фонтаны. Бесчисленное множество разноцветных голубей порхают между яркими цветами отражаясь в воде, бегущей по выложенным мрамором каналам. В этом волшебном дворце прежде жили генералы и комиссары, а теперь он служит резиденцией губернатору Бенгалии, когда он посещает Агру и принадлежащие ей провинции.
Хотя и без того это дворец много выше Альгамбры по изяществу и законченности своих орнаментов, но восхитительная мечеть Акбара еще усугубляет его превосходство своей волшебной красотой.
Ее зовут жемчужиной, но если бы она была действительно построена из жемчугов, то не могла бы быть белее изящнее и ярче, не верится, что она вышла из рук этих тупых монголов, и, конечно, ее строили индусские архитекторы и рабочие.
Ослепительно белый свет, который она отбрасывает вокруг себя, может лишь сравняться с белизною куска алебастра, освещенного серебристым светом луны.
Но кажется, что я нахожусь здесь в стране чудес, потому что, когда я стоял, пораженный несравненной красою, о которой в Европе и понятия не имеют, мой туземный проводник, которого я взял, чтобы осмотреть Агру, сказал мне улыбаясь.
— Побереги твое восхищение для Тай-Магала! Мы решили отправиться туда на другой день, но посвятить его весь осмотру этого монумента, быть может, единственного в целом мире, как по богатству материалов, из которых он выстроен, так и по величию и красоте его архитектуры.
Этот мавзолей был поставлен Шах-Еганом над могилой его любимой жены принцессы Ну-Магал, которую влюбленный император называл светом мира. После ее смерти шах сказал, что поставит ей памятник, превосходящий все другие настолько, насколько сама Нур-Магал была выше всех женщин мира. Этот монумент покоится на террасе из белого мрамора, и склеп находится в самом центре нижнего этажа. Над могилою висит лампада, в которой всегда поддерживается огонь. В верхний этаж ведет мраморная лестница, чудо искусства. Там целый ряд апартаментов, в три комнаты каждый. В них потолки, полы, стены и перегородка, которые их разделяют, сделаны из чудного белого мрамора резного, точеного, ажурного, то же и во всем здании. На площадке над этим этажом среди массы минаретов и небольших куполов возвышается восьмигранное здание, увенчанное куполом.
Сюда ведут четыре мраморных двери, и все сделано из белого мрамора, за исключением великолепной мозаики из черного мрамора над водами, мозаика представляет собою стихи из корана. Эти надписи идут вроде бордюров и нельзя себе представить, как они оригинальны и эффектны.
По четырем углам площадки находится по великолепному минарету в сто пятьдесят футов вышины каждый.
Несмотря на величественный вид, все эти колонны так легки и грациозны, что представить их себе, не видев их, невозможно. Такая масса белого, полированного, резного и точеного мрамора является одним из самых чудесных зрелищ в мире.
Некогда двери этого великолепного здания были из массивного чеканного серебра, а полумесяц, сверкавший на шпиле в тридцать футов вышины, из чистого золота, как и самый шпиль. Но англичане давно уже заменили эти драгоценные металлы простой поделкой.
Справа и слева Тай-Магала были выстроены две мечети из красного гранита с инкрустациями из белого мрамора и с мраморными же куполами, обе чарующей красоты.
Внутренность Тай-Магала превышает ожидания. Среди одной из зал стоят саркофаги Шах-Егана и его верной подруги, тела которых заключены в гробницы из сандалового дерева художественной работы.
Саркофаги, как и стены зала, покрыты мозаичными цветами и надписями, удивительно тонкой, артистической работы из корнолина, агата, лапис-лазури, яшмы и других полудрагоценных камней. Цветы натуральной величины и так хорошо сделаны, что можно подумать, что их только что сорвали и положили на белый атлас.
Цветы удивительно натуральны, и в каждом лепестке гвоздики собрано до тридцати пяти оттенков красного карнолина.
План этого великолепного здания приписывают самому строителю, причем предание говорит, что для выполнения его он созвал самых искусных мастеров.
За мечетью расположен дивный сад, наполненный чудными персиковыми деревьями, а между ними тянутся виноградные лозы и миллионы восхитительных бенгальских роз. Через весь сад к мечети ведет широкая аллея из кипарисов.
Трудно передать ту красоту и величие, которыми поражает мечеть, если смотреть на нее с дальнего конца этой аллеи, эти фонтаны, купола, минареты, колонны, террасы из чудного белого полированного мрамора выступают на фоне пышной зелени и дают такую изумительную картину чистой красоты, что человеческий язык бессилен выразить ее.
Я принялся бродить по этому прекрасному саду, вечно покрытому цветами и фруктами, и при виде этого волшебного памятника не мог удержаться от печального сравнения. Во времена своего владычества монголы покрыли всю Индию дивными, несравненными памятниками и употребляли богатства страны на ее украшение и процветание, а англичане думают лишь о том, как бы самим откормиться за счет Индии.
Почти пятнадцать лет ушло на постройку Тай-Магала, стоила она около двадцати пяти миллионов, громадная сумма для того времени.
Мрамор добывали в Кандагаре, за шестьсот миль отсюда. Гранит для садовой стены и для окружающих зданий привозили с гор Мейвара.
Говорят, что у Шаха-Егана было намерение поставить точно такой же монумент и по другую сторону реки, для своей могилы. Он хотел соединить оба здания каменным мостом через реку, но не успел того сделать. Пленником своего сына Аурензеба, который свергнул его с трона, он окончил свои дни в Агре, откуда до последней минуты жизни мог видеть мавзолей, в котором покоилась его дорогая Hyp.
