— Хоть предмет и называется теорией огненной магии, это не значит, что практики на моих занятиях не будет, — продолжил радовать нас магистр Карэлл, — и так, у вас есть время до следующего нашего занятия, чтобы научиться открывать резерв без эмоций. Те, кто не пройдет поверку, уйдут заниматься на подготовительный курс и будут заново поступать в академию через год.
В аудитории опять прозвучали недовольные шепотки и возмущенные выкрики.
— Вы должны понимать, что без элементарных вещей, делать вам здесь нечего, — гаркнул на студентов маг, — если вас что-то не устраивает, двери открыты.
Никто не сдвинулся с места, но настроение явно у всех испортилось.
Остаток лекции преподаватель рассказывал про разные способы овладения своей силой. Я слушала очень внимательно, понимала, что данная информация необходима для камфорного обучения дальше и не важно, какой из преподавателей ее рассказывает.
Отметив для себя кое какие варианты дрессировки моего цербера, я вернулась в комнату, чтобы переодеться на боевую магию. Погода радовала теплым ветерком и поэтому я решила одеть широкую майку вместо узкой кофты, штаны пришлось оставить те же, замены им я не нашла.
На поле я пришла вместе со звонком. Маруун обвел меня нечитаемым взглядом и, не сказав ни слова, направился к тропе оборотней. Пушистые участники группы засвистели, а мы, недомаги ещё с не сформированным даром, стояли и бледнели прямо на глазах.
— Кто сможет пройти тропу полностью, получит приз, — громогласно произнес декан.
— А какой приз? — засмеялись оборотни.
— У всех он будет разный, сообщу после выигрыша, — смотря в сторону леса, скучающе ответил волк.
— Декан Маруун, но хоть заинтересуйте нас, чтобы стимул был, — не сдавался один наглый лис.
— Вам, студент, я разрешу не посещать больше мои занятия, — хмыкнул мужчина.
— Ох, вот это конечно хорошо, — одобрительно заулюлюкали оборотни.
— Только есть некоторые условия, — приостановил всеобщую радость Маруун, — оборотням нельзя обращаться в зверя, а магам нельзя использовать магию построенную на эмоциях. Если же вы сможете открыть резерв не задействуя чувства, то пожалуйста, пользуйтесь.
— Декан, а если они магией разнесут тропу? — прозвучал вопрос, который тревожил всех.
— Не переживайте, под полем зарыт артефакт самовоспроизведения. Он восстанавливает все, как было изначально.
— Ох, какой же он прекрасный в этой черной рубашке, — шиза показала голову, — так и хочется потрогать эти мышцы. А ноги, какие сильные у него ноги.
Я потратила головой и посмотрела на тропу. Это была натуральная полоса препятствий. Деревянные брусья, летающие мешки на канатных верёвках, грязь, высокая стена. Везде были шипы: на выступах, над головой, на мешках. Я не верила в то, что смогу добраться хотя бы до середины этой тропы.
Оборотни рыкнули и побежали. Кому-то вспороло руку, кто-то угодил в грязь и она его уже не выпустила, кого-то сбил шипованный мешок. Самое страшное было то, что после таких незначительных, казалось, повреждений, тропа не давала оборотням продолжать путь. Кто-то лежал на земле с маленькой царапиной, кто-то с более серьезными повреждениями. Никто из оборотней не смог дойти до финиша и на тропу вышли мы. Я стала последней, инстинкт самосохранения у меня иногда включался и это был как раз один из таких случаев.
Мне было больно на это смотреть, пострадали все. Одна магиня спалила брусья, ей удалось открыть резерв без чувств, но дальше, эмоции взяли верх и Маруун ее отстранил. Парень залил водой грязь, но переборщил и затопил половину тропы, его тоже отстранили.
— Ну что же Вы, студентка Вераль? Собираетесь проходить тропу?
Я кивнула, а внутри начала подниматься злость и жалость к тем, кто не смог этого сделать, боль и стенания студентов были самыми настоящими.
Выдохнув, я постаралась успокоиться, мне, чтобы воспользоваться магией, нужно полностью отключить эмоции. Начала вспоминать лес темных эльфов в Олтгейне, их прекрасную реку и долину, скрытую от чужих глаз, и когда почувствовала, что полностью успокоилась, открыла дверь, в которой сидел мой огненный цербер. Пёс на радостях, что ему дали волю побежал испытывать все снаряды на прочность. Меня никто не звал и не трогал, я пришла в себя только, когда пёс, нагулявшись, вернулся обратно за дверь. Открыв глаза, я охнула. Вся тропа оборотней была уничтожена под корень. На поле не стояло ни одного предмета, только оборотни и маги. Все они смотрела на меня какими-то странными глазами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ой, — выдала я не самое умное в данной ситуации, — психанула. С кем не бывает…
Помня про условие пересечения финишной черты, я пошла по обожжённой земле. Под ногами хрустели угли, смог лез в нос, но я продолжала идти. Вдалеке я заметила пострадавших, которые ютились друг к другу, ища поддержки. Сделав последний шаг, я горло подняла голову и посмотрела на Марууна.
— Поцелуй меня, хочу почувствовать твои губы на своей коже, — отозвалась шиза.
Декан подошёл ко мне вплотную, наклонился к уху и прошептал:
— Ваш приз, это желание. Загадайте любое, я его исполню. Только обдумайте хорошо.
— Хочу тебя, это мое желание, — кричала шиза в моей голове.
А я кивнула и направилась в свою комнату, подальше от этих чувств, которые терзали меня изнутри. Лучше бы была без приза, теперь думай об этом постоянно.
Глава 15
Сидя в столовой, меня колотило. Аппетит был такой, будто я голодала дня два, видимо, мой огненный цербер забрал у меня часть сил и теперь организму требовалось восстановиться. Ко мне присела Санияра, посмотрела внимательно и, выдохнув, заговорила:
— Ты до сих пор уверена, что не можешь со мной ничем поделиться? Просто, тебя разорвет скоро, я это чувствую.
Я перевела на девушку взгляд, а потом осмотрелась по сторонам, нас окружали оборотни, а слух у них был явно лучше, чем у нас и рисковать так я не хотела. Соседка правильно угадав мои сомнения, достала листок и перо.
— Не переживай, оно магическое. Написанное будет исчезать по мере того, как его прочитает тот, кому оно адресовано.
Я все же переживала и не решалась опробовать чудо вещь. Девушка хмыкнула и, взяв в руки перо, продемонстрировала его способности. Написав на листе “привет”, соседка отвела руку от листка и, как только я прочитала послание, слово исчезло, оставляя лист девственно белым.
Закусив губу в раздумьях, я взяла перо и аккуратно вывела буквы: “декан моя истинная пара”. Санияра подавилась чаем и выпрыснула его на всю поверхность стола, задевая уже чистый лист. Я постучала ладонью соседке по спине, тихо приговаривая:
— Я борюсь с этим. Не хочу, чтобы моя судьба была предопределена прошлыми жизнями.
Магиня на меня внимательно посмотрела, ее кашель успокоился, а я, как заведённая, продолжала хлопать ее по спине.
— Вера, мне уже лучше, — прохрипела соседка, — правда. Ты мне так все лёгкие отобьешь.
— Прости, — убрала я руку, — задумалась.
— Я сегодня буду в библиотеке, попробую что-нибудь узнать.
Я притянула к себе уже влажный лист и на сухом краю приписала: “ я уже обратилась к хранителям, Николай обещал помочь. Надеюсь, что это произойдет сегодня.”
Соседка задержала дыхание и начала безмолвно открывать и закрывать рот. Я сначала не понимала ее реакции, к хранителям все обращались и они отвечали, это было нормально. А потом до меня дошло, я прокололась и так жёстко… Да, шпионом мне не быть, однозначно. Николай — хранитель моего мира, я одним именем выдала все свое происхождение. Стукнув себя открытой ладонью по лбу, услышала характерный шлепок, который отозвался в сознании адекватной оценкой моим способностям к конспирации.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Санияра сжала мою вторую ладонь и заглянула в мои глаза. Я увидела сверкающие льдинки в ее радужке, они завораживали и манили.
— Поговорим об этом позже и в другом месте. Не переживай.
В ее голосе звучала поддержка и это меня успокоило. Надеюсь, мой длинный язык не вылезет мне боком и не приведет к каким-либо ужасным последствиям. Что ж, посмотрим.
