Читаем без скачивания По ту сторону огня - Василий Головачев

– Входите.

В центре гостиной образовалось темное облако и распалось на четверку людей. Филипп с любопытством оглядел их всех, задержал взгляд на молодом парне, похожем на внука Кузьму.

– Мы случайно не родственники?

Гости переглянулись.

В очень светлых глазах совершенно безволосого, как и сам Ромашин-старший, мужчины мелькнули веселые искры.

– Вы угадали.

Филипп оглядел гостей более внимательно, покачал головой.

– К сожалению, мне пора уходить. Здесь задерживаться небезопасно.

– Мы знаем, – кивнул парень, похожий на Кузьму. – Но вам не о чем беспокоиться. Лам-ка никого сюда не впустит.

– Странное имя. – Ромашин-старший посмотрел на седого мужчину с неподвижным лицом. – Витс, что ли?

Мужчина неуловимо быстро превратился в гигантского белого кота и обратно, улыбнулся.

– Вообще-то я боевой гиперптеридский робот. Но вы правы, по большому счету я высокоинтеллектуальная искусственно выращенная система.

– Он наш друг! – с неуловимым акцентом проговорила красивая незнакомка.

– А вы кто? – поинтересовался Филипп.

– Её зовут Зари-ма, она аборигенка планеты Полюс, – произнес молодой человек. – Мой спутник – Селим Базил Мария фон Хорст, бывший полковник Службы безопасности. Меня зовут Артём, фамилия Ромашин.

Он посмотрел на хозяина, ожидая его реакции.

– Значит, мы и в самом деле родственники? – хмыкнул Филипп. – Это интересно. Я не знал, что у меня есть неизвестный мне родич.

– Таких родичей у вас много, – глуховатым баском проговорил фон Хорст. – Не слишком ошибусь, если назову число в десяток миллиардов. А то и больше.

Филипп с сомнением посмотрел на бывшего полковника:

– Вы говорите загадками.

– Мы все объясним, – сказал Артём.

– Внимание! – раздался звонкий голос домового. – На усадьбу пикирует десантный когг класса «ВВ» [8].

– Черт! – вздрогнул Филипп. – Немедленно уходим! Это по мою душу!

– Мы могли бы пресечь атаку, – остался спокойным Артём. – Но лучше не демонстрировать наши возможности раньше времени. У вас есть защищённое помещение, где мы могли бы поговорить несколько минут?

Филипп заколебался.

– Без тайфов и кода доступа вы туда…

– Посмотрите на меня! – сказал Лам-ка.

Филипп повернул к нему голову.

– Идите, мы за вами.

Филипп включил тайф, исчез.

Вслед за ним покинули дом и гости.

Объявились все четверо уже в бункере Ромашина под Саянами, в маленьком коридорчике перед кабиной метро.

Филипп оглядел гостей, покачал головой, пряча вспыхнувшее в душе волнение, и сделал приглашающий жест.

Глава 11

ПАЛЛИАТИВ

Теренсу Пачикаду исполнилось сорок девять лет, но день рождения он не праздновал. Выслушал поздравления коллег по институту, коротко поблагодарил всех. Побеседовал с директором ИПФП на тему: что ему мешает завести семью? Мешало все, в особенности – работа, но Теренс, бородатый, худой, не любящий суеты, сосредоточенный на самом себе, об этом заявлять не стал. Он вообще не понимал, как можно «жить просто так, ради кого-то», не думая о проблемах физики. Одну из них он и решал сейчас, изучая наследие Кузьмы Ромашина, талантливого физика, специалиста по ТФ-теории, погибшего недавно где-то в недрах Солнца.

Пятого июня Теренс Пачикад решил наконец проверить свои теоретические исследования сферозеркал на материальном уровне и после разглядывания подарков (комплекс ухода за телом «Кредо», мужской одеколон «Олень», микрик, инфор, какие-то ремешки, коробочки с сувенирами, кристаллы) отправился на базу Института пограничных физических проблем на Плутоне.

Его ждали двое «живых» техников и два витса, способные без всякой видимой защиты работать в открытом космосе при температуре минус двести семьдесят градусов по Цельсию. Они споро разгрузили контейнер с установкой, которую Пачикад сконструировал в согласии с идеями Ромашина, и смонтировали на вершине ледяного утёса посреди полигона, освещаемого слабыми лучами яркой звезды: таким здесь казалось Солнце. Пухлая гора Харона медленно уползала за горизонт. Космос торжественно и тихо наблюдал за работой учёных.

Полигон ИПФП использовался людьми редко. На нём испытывали ТФ-эмиттеры, «глюки», эймсы, оставившие в ледяном панцире планеты впечатляющие шрамы, а также «кололи» элементарные частицы, пытаясь поймать экзотические бозоны Хиггса, «ломали» пространство в поисках «тёмной энергии» и проводили когда-то первые запуски «струнных» звездолетов.

Однако в конце двадцать четвертого века «громкие» эксперименты с гигантскими энергиями сошли на нет, и люди почти перестали появляться на Плутоне. Потом в Системе началась возня с Наблюдателем, перешедшая в войну с Дьяволом, Служба безопасности напрягла все физические институты в поисках метода остановки «мячей» и «огнетушителей» Дьявола, но полигон так и остался невостребованным, так как появлявшиеся установки для хронозондирования и отражения атак агрессора испытывались прямо «на поле боя» – в пространстве между планетами.

Война закончилась (как думало большинство населения Солнечной системы) победой человечества, средства массовой информации перестали муссировать слухи о «мячах» и «огнетушителях» Дьявола, и жизнь в Системе вернулась в привычное русло. Если не считать начавшейся охоты за «агентами» Дьявола, которыми оказались бывшие руководители спецслужб.

Но все же кое-кто понимал сложность момента, в том числе директор ИПФП, и специалисты института продолжали работать по прежней тематике, хотя и негласно. Теренс Пачикад был из их числа.

Установка, напоминающая с виду старинную пушку, нацелилась «стволом» на Солнце. Другая почти такая же машина в этот момент находилась на Меркурии. По сути это были два ТФ-эмиттера, излучающие таймфаговые «пакеты» в противофазе. Меркурианский играл роль сферического хронозеркала, эмиттер на Плутоне – нейтрализатора «хронопетли». Если расчеты Пачикада были верны, «пакет» ТФ-волн, посланный с Меркурия, должен был полностью превратиться в ничто, в вакуумное поле. Если учёный ошибался, установка на Плутоне должна была взорваться.

– Всем в укрытие! – скомандовал Теренс, когда группа института «вылизала» всю конструкцию и провела тестовую проверку систем.

Помощники Теренса послушно двинулись к капониру в сотне метров от места установки. Один витс задержался на несколько мгновений, но быстро догнал ушедших вперёд людей. Все укрылись в капонире.

– Начинаем, – сказал Пачикад и, внезапно заволновавшись, потёр руки. – Меркурий, вы готовы?

– Отсчёт пошёл! – ответили ему.

Под сводами капонира затикал метроном.

На счете «ноль» установка Пачикада взорвалась!

Оторопевшие физики, вытянув шеи, смотрели на виом, показывающий истекающий пламенем и дымными струями утёс.

– Что происхо… – начал Теренс, не осознавая смысла вопроса.

В тот же момент витс, который и подложил в установку взрывное устройство, выстрелил в учёного из «универсала». Сгусток плазмы разнёс ему голову.

– Прошу прощения, – равнодушно проговорил витс, расстреливая своего напарника и помощников Теренса. – У меня задание, ничего личного.

После этого он привёл в действие ещё одну мину.

Капонир со всем его содержимым перестал существовать.

Ребров с каменным лицом выслушал сообщение о гибели Теренса Пачикада. Игнат Ромашин посмотрел на него и отвернулся.

– Надо кончать с этим беспределом! – негромко, но с нажимом сказала Юэмей Синь. – Мы знаем, кто возглавляет комитет и планирует операции. Этот человек должен предстать перед нашим судом.

– ЮЮ! – сцепил челюсти Ребров.

– И вся его команда! – бесстрастно добавил Игнат.

– Над чем работал Пачикад? – спросил Иван Славин.

– Над проблемой остановки сферозеркал.

– Чего он достиг?

– Разбираемся, – нехотя ответил Игнат. – Похоже, Теренс разработал устройство для нейтрализации сферических геделиан – «петель времени», кое-какие материалы мы успели перехватить. Остальное уничтожено.

– Дьявол работает оперативно, – усмехнулась бывшая руководительница контрразведки.

– Мы поздно подключились к проблеме, – сухо заметил Славин.

– Я вас не осуждаю, сяньшэн, просто констатирую факт.

– Завтра я представлю план ликвидации комитета.

– А вот этого делать не следует, – качнул головой Ромашин. – Эмиссар Дьявола поспешит создать новую структуру для контроля ситуации, и нам придётся попотеть, чтобы установить ее состав. Согласен, что деятельность комитета надо ограничить, но не так громко. Правозащитники снова завопят во весь голос, а на нас повесят всех собак, предадут анафеме, и все окончательно укрепятся во мнении, что мы и есть агенты Дьявола.

– Хорошо, решайте, – сказал Славин, крутанув по обыкновению желваки на щеках.

– Надо убрать ЮЮ, – сказала Юэмей Синь. – Он вдохновитель и организатор всех атак на наши семьи. Дважды покушался на Германа… – Юэмей помолчала. – Мало того, его разведка ищет выходы на метро солнцехода, а хороших специалистов этого дела в министерстве хватает.