С одеждой связывался ряд запретов: нельзя подбирать левую перчатку, лежащую на дороге, примерять чепец вдовы и зашивать платье на себе. В последнем случае женщину ожидали всевозможные неприятности, от неизбывной бедности до мужа-пьяницы. В целом, пустой карман притягивает беды — в нем даже заводятся черти! Чтобы избежать несчастья, в каждом кармане нужно что-то носить, желательно, амулет или оберег — например, погнутую монету. А если жена украдкой насыплет мужу в карманы семена тмина, он не сможет ей изменить.
В Центральной Англии считалось, что чистый носовой платок нужно развернуть, прежде чем сунуть в карман. Положить аккуратно сложенный — к огорчениям. Чтобы не забыть о чем-то важном, на платке делали узелок. Если простой узел не срабатывал, в следующий раз во время завязывания шептали какую-нибудь волшебную формулу. В Глостере три раза произносили слово «кролики». С помощью носового платка избавлялись от болезней, передавая их покойнику. Достаточно бросить в гроб самоубийце носовой платок с тем расчетом, что, когда тело истлеет, болезнь оставит страдальца.
Особые суеверия регулировали пошив одежды: если перепрыгнуть через готовое платье, заказчица не принесет его на доработку. Нельзя подкалывать платье черными булавками или метать швы зелеными нитками. Если замарать свадебное платье кровью из уколотого пальца, невесту ждет несчастье. Если портниха случайно пришьет свой волос к чужому приданому, вскоре сама выйдет замуж. А если не закончит обметывать петли для пуговиц до полуночи в субботу, заказчица платья будет долго тянуть с оплатой.
По обуви предсказывали судьбу человека. Если подметки ботинок сношены в середине или у носка, их владелец добьется успеха в жизни. Если, по краям или у пятки, то ничего путного из него не выйдет. Если обувь громко скрипела, на ее владельца смотрели с неприязнью: ботинки давали знать, что за них не заплатили!
В зависимости от графства первым нужно было надевать или правый, или левый ботинок. Единого мнения на сей счет не существовало, но наверняка можно было проконсультироваться с местными кумушками и выяснить, как принято обуваться в данном населенном пункте. Отходя ко сну, башмаки сдвигали буквой Т для избавления от судорог. Точно так же поступали в расчете увидеть во сне суженого, хотя еще проще было засунуть туфли под подушку. Желая кому-то удачи, вслед ему бросали башмак. Поскольку швыряние обуви напрямую связывалось с пожеланиями счастья, башмаками перебрасывались на свадьбах. В Херефордшире и Девоне старую обувь на счастье сжигали. Делали это как на Рождество, так и перед дальней дорогой.
Развязавшиеся шнурки грозили куда худшими несчастьями, чем расквашенный нос в результате падения. Заметив развязавшийся шнурок, йоркширцы предпочитали пройти еще 9 шагов, прежде чем нагнуться и уделить ему внимание. Если завязать шнурок сразу, вместе с ним привяжешь невезение на целый день.
По всей Англии считалось крайне нежелательным класть на стол обувь, кузнечные мехи, а также зонтики. Вдобавок зонтики опасно было ронять или открывать в помещении — в последнем случае нарушителю грозила смерть.
Работа по дому
Большинство повседневных занятий нашли отражение в фольклоре. Возможно, таким образом женщины пытались хоть как-то отвлечься от рутины.
Работа по дому в XIX столетии была невыносимо тяжелой. Вот как в середине века описывала свой рабочий день Ханна Каллвик, лондонская служанка, известная своими мемуарами: «Открыла ставни и зажгла огонь на кухне. Вытряхнула золу со своих вещей в мусорную яму, туда же выбросила всю золу. Подмела и вытерла пыль во всех комнатах и в зале. Разожгла огонь и отнесла хозяевам завтрак. Почистила две пары ботинок. Заправила постели и вынесла ночные горшки. Убрала со стола после завтрака. Помыла посуду, столовое серебро и ножи. Отнесла обед. Снова прибралась. Привела в порядок кухню, распаковала корзину с покупками. Двух цыплят отнесла кухарке миссис Брюэрс, передала хозяйке ее ответ. Испекла пирог и выпотрошила двух уток, потом зажарила их. Стоя на коленях, вымыла крыльцо. Натерла графитом скребок перед ступенями, затем вычистила тротуар на улице. Вымыла посуду. Прибралась в кладовке и дочиста выскребла столы. Вымыла тротуар возле дома и протерла подоконники. В девять забрала на кухне чай для мистера и миссис Уорвик. Я была в грязной одежде, так что чай наверх отнесла Энн. Вымыла сортир, коридор и пол в судомойне. Вымыла собаку, потом вычистила раковины. Принесла ужин, который Энн отнесла наверх — я была слишком грязной и усталой, чтобы идти туда самой. Вымылась в ванне и пошла спать».
Первые стиральные машины, которые начали пользоваться популярностью только в 1880-х годах, рвали ткань и оставляли на ней ржавые отметины. Так что даже в конце XIX века женщинам приходилось стирать, используя бабушкины методы. Стирка начиналась в понедельник и могла растянуться на несколько дней. Для начала требовалось раздобыть воду. Если вы жили в сельской местности, где нет водопровода, за ней пришлось бы идти к колодцу. Некоторые крестьянки предпочитали стирать прямо на реке, если она протекала поблизости и если позволяла погода. Горожанки набирали воду из насоса, а служанки в богатых домах пользовались водопроводной водой. Согласно фольклору, стирка была не только изматывающим трудом, но и опасным. Как бы беду не накликать! Ведь если обрызгаться во время стирки, муж будет пьяницей. А если постирать новую одежду, когда на небе висит молодой месяц, она износится слишком быстро. Воду для стирки приходилось кипятить, но если от чана с кипятком валил сильный пар, значит, в гости пожалует незнакомец.
Итак, воду мы принесли и даже подогрели, дальше нам понадобятся надежные моющие средства. Мыло в начале XIX века изготовляли в домашних условиях из воды, золы и жира, пока в середине столетия его не начали выпускать промышленными методами. Массовое производство мыла пришлось как нельзя кстати, но оставалась проблема трудноотстирывающихся пятен. Хорошая английская домохозяйка знала множество способов, как справиться с самыми стойкими загрязнениями. Для выведения жирных пятен брали мел, для пятен от травы — спирт, для кровавых пятен — керосин. В качестве отбеливателя долгое время использовали человеческую мочу или свиной навоз, но самым лучшим отбеливателем считался лимонный сок. Одежду стирали в большом ведре или лохани, используя валек или мешалку для белья. Покончив со стиркой, женщины развешивали белье на веревке на улице или, в зимнее время, на чердаке.
Многоквартирный городской дом
Зажигание огня и чистка каминов тоже были нелегким делом. До того как спички подешевели и вошли в широкое употребление во второй половине XIX века, англичане пользовались огнивом, состоявшим из кресала (куска металла), кремня и трута, т. е. волокнистого материала вроде льна или мха. Хранилось огниво в коробочке, которую обычно клали у кровати. Представьте только, что, услышав посреди ночи подозрительный звук, нужно в кромешной тьме нащупать все эти предметы и зажечь свечу. Уж не эта ли трудоемкая задача приводила к ночным страхам и байкам о привидениях? Перед тем как зажечь камин, из него выметали золу, собирали тлеющие угольки, которые можно было снова использовать, и начищали каминную решетку графитом. На все это уходило до получаса, а ведь в богатых домах камин имелся в каждой комнате!
Поскольку камин занимал центральное место в любом доме, стоит ли удивляться, что с ним связано столько суеверий? В отдаленных валлийских деревушках сохранялся обычай нашептывать свои беды огню, чтобы они сгорели в пламени. Если огонь шипел, валлийцы ожидали ссору, а если горел медленно, то проверяли трубу — не забрался ли туда дьявол? Разводя огонь поутру, английские служанки сначала клали кочергу поперек камина, так, чтобы ее конец покоился на каминной решетке. После этого нехитрого ритуала, огонь должен был лучше гореть. Далеко не каждый имел право помешивать кочергой угли в чужом камине. В Уэльсе это позволялось лишь близким знакомым — тем, кого знаешь не менее семи лет, или, на худой конец, тем, с кем хозяева выпивали уже три раза. Хотя поверье было распространенным, всегда находились исключения. Жители Вустершира, к примеру, только радовались, если гость начинал шуровать в камине — это приносило удачу.
Девушки присматривались к уголькам, которые время от времени вылетали через решетку на пол. По их форме предсказывали будущее. Круглый уголек напоминал кошелек и предвещал богатство, а продолговатый походил на гроб и уж точно ничего хорошего не сулил. Если уголек вылетал тихо, это было зловещим знаком, не иначе как к похоронам. Если весело потрескивал, то к деньгам. Предсказание относилось в первую очередь к тому человеку, возле которого он падал. Найти уголек на дороге было доброй приметой. Его подбирали и бросали через плечо, предварительно поплевав на него.
