Читаем без скачивания След Бешенного - Виктор Доценко

Но что на самом деле могла сделать обожавшая Савушку Полли в случае нападения каких-нибудь злоумышленников на их дом в отсутствие Джульетты? Ясно, что она никак не могла защитить мальчика.

Смысл странного похищения сына оставался для Джульетты загадкой. Она помнила все до мельчайших подробностей: непонятное поведение похитителей, требовавших выкуп и за ним не явившихся, свое острое чувство тревоги за судьбу ребенка и ненависть к неизвестным врагам их семьи и то счастье, которое испытала она при виде возвращенного здоровым и невредимым Савушки.

Когда Савелий был в Нью-Йорке, Джульетта, естественно, не виделась со своим сэнсэем - ведь она занималась с ним втайне от мужа. Но после безрезультатного посещения Маиса повидать Учителя было просто необходимо.

Вышло так, что Полли немного прихворнула, простудившись на нью-йоркском январском ветру, и ребенка оставлять с ней не стоило, а потому Джульетта захватила его с собой к сэнсэю.

- Извините, сэнсэй, но мне не с кем было оставить сына: нянечка приболела, - чуть смущаясь, сказала Джульетта.

- Я рад видеть сына своей прилежной ученицы, - ответил Учитель и склонился над мальчиком. - Как тебя зовут, крепыш?

- Савушка, - четко выговорил мальчик почти все буквы, споткнувшись только на "ш": у него получилось "Саву-шика".

- Ну вот, ты сам и назвал себя почти по-японски: Саву-шика - осень-но холосо. - Учитель довольно чисто уже говорил по-английски, но почему-то сейчас произнес фразу так, будто только что приехал в Америку.

И вдруг маленький Савушка с серьезным видом поправил:

- Неправильно говорить "холосо", нужно говорить "хорошо"!

Это было так трогательно, что Учитель заразительно рассмеялся, затем сложил ладони и по-восточному прислонил к груди:

- Слава богу, у меня наконец появился свой Учитель! - проговорил он и трижды склонил голову перед ребенком. - Ты согласен быть моим Учителем и учить меня английскому языку?

- А русскому? - деловито поинтересовался Савушка.

- Как, Саву-шика знает и русский? - спросил он Джульетту.

- Конечно, Учитель! Мы дома говорим только по-русски! А опыт обучения русскому у него уже есть: он постоянно учит русскому свою нянечку, - весело добавила Джульетта.

- Согласен ли ты, Саву-шика, нести двойную нагрузку и учить меня английскому и русскому языкам?

- Я попробую! - по-взрослому серьезно ответил Савушка.

Сэнсэй посмотрел на Джульетту, потом на Савушку и, сложив руки у груди, поклонился мальчику, ответив как взрослому и почитаемому человеку:

- Это большая честь для меня, Саву-шика!

Мальчонка взвизгнул от избытка чувств, устремился к сэнсэю и обхватил его шею ручонками. Может, отчасти потому, что с момента исчезновения отца он практически был лишен мужского общества. Хотя он вообще был ребенок живой, общительный и весьма смышленый, Джульетта заметила в нем в последнее время перемены. Вот и сейчас Савушка сам проявил инициативу: обнял сэнсэя, потом взял его за руку и почти не отпускал ее. Понятно, что о занятиях единоборствами в этот день и речи быть не могло.

Сэнсэй посадил мальчика на колени и стал что-то нашептывать ему на ухо, а мальчик радостно смеялся. Джульетта с изумлением наблюдала за происходящим. Через несколько минут Савушка, удобно устроившись и прижавшись головкой к правой руке сэнсэя, безмятежно заснул. Учитель поднял на Джульетту спокойный и проницательный взор:

- Вы хотите со мной поговорить, Джулия?

- Да, Учитель, очень! - с тревогой воскликнула Джульетта.

Она рассказала сэнсэю обо всем: об исчезновении Савелия в Никарагуа на острове Маис, когда он отправился туда в третий раз, и как ему спешно пришлось возвращаться с острова в свою вторую поездку в связи с полученным сообщением о похищении сына.

- И похищение это было какое-то дурацкое, странное и без какого-либо смысла! Похитители объявляют выкуп, назначают место встречи и не являются, вскоре вновь звонят, назначают новое место встречи и снова не являются за деньгами, а через некоторое время как ни в чем не бывало возвращают Савушку с няней к самому дому... Ничего не понимаю! - вырвалось у Джульетты.

Сэнсэй немного подумал и спросил:

- А не могло ли похищение ребенка иметь цель всего лишь отвлечь вашего мужа на некоторое время от новой поездки на остров? Смотрите, как все получается: ваш муж улетает на остров, похищают ребенка, похитители тянут время: деньги их явно не интересуют, и вскоре благополучно возвращают сына целым и невредимым!

Тут Джульетта и сообразила, что сэнсэй прав - кому-то было нужно, чтобы Савелий прилетел на остров позже, когда остатки лаборатории были уже разграблены. И Виктор обращал на этот факт внимание, но тогда они не связали его с похищением ребенка и пришли к выводу, что исчезновение Савелия и разграбление лаборатории никак между собой не связаны. Теперь же эта связь проявилась со всей очевидностью. Джульетте вспомнилось имя, которое так часто повторял в их разговоре Позин, и спросила Учителя:

- Знаете ли вы, сэнсэй, человека по фамилии Широши?

- Я слышал об этом человеке как о великом знатоке восточных единоборств. Говорили, что он был когда-то и хорошим актером нашего традиционного театра... Но сам я с ним никогда не встречался.

Эта информация не вселила в Джульетту особой надежды. Если принять версию Позина о том, что похитил Савелия все-таки этот Широши, то сделал он это вряд ли для того, чтобы посоревноваться с Бешеным в восточных единоборствах.

Глядя на сына, мирно спавшего на коленях сэнсэя, Джульетта подумала о том, что теперь сама она не может уделять должного внимания ребенку, а отца нет, и неизвестно, когда он появится. Доверять воспитание мальчика добродушной Полли в такой сложной ситуации просто нельзя. И она спросила Учителя:

- Сэнсэй, не согласитесь ли вы заняться воспитанием моего мальчика?

Вопрос этот родился прежде всего из элементарного материнского инстинкта чем больше времени Савушка будет находиться в обществе Учителя, тем больше времени он будет в безопасности. Она совсем не задумывалась о возможных последствиях того, что ее сына начнет воспитывать Учитель такого высочайшего класса.

Сэнсэй же, не отвечая Джульетте, увидел в этом предложении уникальную возможность для себя воспитать настоящего ученика, способного стать его преемником. Молодым людям, с которыми он начинал работать, было лет по двадцать, а то и больше, что по всем классическим канонам было безнадежно поздно для того, чтобы глубоко постичь соответствующее мировоззрение. Своих учеников в школе ФБР сэнсэй считал уже испорченными американским обществом и даже не пытался давать им азы настоящего Знания. Самого сэнсэя отдали в школу восточных единоборств в возрасте чуть-чуть старше, чем сейчас был Савушка.

У сэнсэя детей не было, и теперь он обретал возможность воспитать сына своей любимой ученицы настоящим философом, бойцом и, даст бог, самураем. Именно так, как воспитывали его самого в лучших древнейших японских аристократических традициях.

Сэнсэй с учтивой благодарностью принял предложение Джульетты.

Вторым логичным шагом Джульетты было пригласить сэнсэя пожить у них в доме. Комнат свободных достаточно.

Сэнсэй замялся. Место его жительства согласовывалось не только с генералом Джеймсом, но и еще с какими-то высокими начальниками в ФБР, поскольку, тренируя будущих агентов, он был одним из немногих, кто превосходно знал не только их лица, но и достоинства и слабости каждого. Особых ограничений на жизнь сэнсэя эти знания не накладывали, но новые знакомства его отнюдь не поощрялись. Хотя у него и не было свободного времени для общения с посторонними людьми, он был обязан о каждом своем новом знакомом докладывать подробно генералу Джеймсу в письменном виде.

В настоящее время сэнсэй жил в доме, где в подъездах круглосуточно дежурили угрюмые консьержи - отставные сотрудники ФБР.

Джульетта легко сообразила, что замешательство сэнсэя вызвано тем, что сам он не волен выбирать место жительства.

На следующее утро, предварительно предупредив о своем скором приезде по телефону, Джульетта помчалась к Майклу на службу.

- Дорогой Майкл, я хочу, чтобы мой Учитель жил у меня в доме и занимался Савушкой! - прямо с порога объявила она генералу.

Джеймс несколько оторопел. Пойти ей навстречу значило нарушить секретную инструкцию о правилах проживания специалистов подобного рода, но как он мог отказать Джульетте? Генерал чувствовал себя вдвойне виноватым перед этой молодой женщиной. В конце концов, выполняя именно его задание, исчез ее муж и его друг, не говоря уже о том, что он, Майкл, так ничем и не смог помочь, когда у нее похитили ребенка.

- Знаешь, милая Джулия, я, конечно же, сделаю все, что в моих силах, и даже больше, - твердо заверил он. - Дай мне некоторое время для решения этого вопроса, хорошо?

- А получится?

- Должно получиться. Честно признаюсь, мне по душе эта идея: жаль, что не мне она пришла в голову...