– Тебе-то откуда знать?
– Жил там. В инмоде. У меня и имплант есть. Только чип аннулирован. Я сбежал. Ну, а ты зачем сюда прикатил? Расскажешь?
Иван поначалу отмалчивался, а затем незаметно, слово за словом, выложил Арчибальду свою историю.
– Зря ты так с родными, – осуждающе произнес Арчибальд. – Жалко их. А я вот своих родителей не помню.
– Помоги встать. – Иван протянул руку.
– Ну, попробуй.
Стожаров с трудом поднялся на ноги. Кризис, похоже, миновал. Дышал он неглубоко, с опаской, ребра побаливали, но уже не так сильно.
Цепляясь за выступы руин, он выбрался из узкого лаза.
Сумеречная панорама технического уровня ввергла его в тоску. Арчибальд же, наоборот, широко улыбался.
– А много задолжал? – неожиданно спросил он.
– Двести пятьдесят тысяч, – ответил Иван машинально.
– А личный чип работает? – допытывался Арчибальд.
– Угу. – Иван с тоской наблюдал, как над комплексом утилизации отходов разгорается пульсирующее зарево.
– Ну так продайся корпам![4]
– В смысле? – не понял Стожаров.
– Корпам люди нужны. Для опытов. Они там устройства всякие испытывают. Технологии.
– И как это сделать? – недоверчиво переспросил Иван. – Мне до срока уплаты долга дня два осталось. – Он сник. – Нет, не вариант.
– Вариант, еще какой!
– Да объясни же нормально!
– Наверху есть вербовочные пункты. Я, когда жил в инмоде, постоянно предложения получал. Ну, завербоваться к ним.
– Так что ж не пошел?
– А зачем? Я ведь собирался сбежать. Мне их деньги не нужны.
– Предлагают много?
– Много, если в «Крионику» обратиться, – уверенно ответил Арчибальд. – Мне сто тысяч обещали за десятилетний контракт. Только зачем? Тут здорово, живу, как хочу, и денег не надо. А тебе в самый раз.
– И где этот вербовочный пункт? – Впервые за последние дни в душе Ивана затеплилась слабая надежда. Он весь извелся запоздалым раскаянием. Еще немного, и оно перегорит. Он чувствовал, что не сможет ничего поделать. Будет жить дальше, станет таким, как Арчибальд, – серой землистой тенью, обитающей в промышленной зоне мегаполиса.
– На двадцать каком-то уровне, кажется, – наморщив лоб, припомнил Арчибальд.
– А как туда попасть? – Иван закашлялся, сплюнул кровь.
– По техническим лестницам. Только ты не дойдешь. Слабый еще. Через недельку можно попробовать.
– Нет. Сейчас. У меня два дня осталось. – Иван поморщился от резкой боли. «Если ничего не сделать, то завтра будет поздно, – подумал он. – Я смирюсь, проведу остаток дней тут, а моя семья угодит на нижние уровни». – Мысль подстегнула угрюмую решимость.
– Ты через кибстек поищи, – посоветовал Арчибальд. – Может, где-то пониже есть вербовочный пункт?
– У меня доступ в Сеть закрыт. Счет в минусе.
– Ладно, я что-нибудь придумаю, – уверенно пообещал Арчибальд. – Не унывай!
* * *
Сутки они карабкались по техническим лестницам, минуя кордоны сервов. Иван в одиночку никогда бы не добрался до семнадцатого уровня, где по сведениям, добытым Арчибальдом, располагался ближайший вербовочный пункт корпорации «Крионика».
«Возьмут ли меня?» – думал Иван. Ему становилось все хуже, а вдруг у них ограничения по здоровью? «С моими-то травмами какой, к фрайгу, контракт»? Тяжелые мысли постоянно лезли в голову, но они же помогали преодолевать боль, подниматься все выше и выше.
Зону токсичного тумана прошли, обливаясь потом и задыхаясь в стареньких костюмах химзащиты.
Арчибальд ловко избегал нежелательных встреч с сервами, знал, когда нужно переждать, а где рвануть бегом, чтобы не попасть в поле зрения систем безопасности.
Для Ивана подъем слился в одно мучительное ощущение полного надрыва моральных и физических сил. Лишь запоздалое чувство вины да злость на самого себя помогали двигаться.
Арчибальд был странным парнишкой во всех отношениях. На вопросы Ивана он отвечал охотно, обезоруживая простотой суждений. Ему путешествие явно не в тягость. Стожаров так и не смог понять, что же движет его поступками, почему он взялся помогать незнакомому человеку?
– Все. Дальше не пойду.
Иван привалился к стене, тяжело дыша.
– Что, сдрейфил?
– Не-а. Пришли. Вон через дорогу видишь рекламу?
Стожаров с трудом сфокусировал зрение. Все плыло перед глазами. Контуры зданий, всплески рекламного огня, потоки машин, толпы людей.
Наконец ему удалось рассмотреть искажающуюся надпись: «Крионика».
– Мне туда?
– Ага.
– А как же ты?
– Назад пойду. Тут не прикольно. Суеты много. Да и чип мой аннулирован. Поймают – снова в инмод запихнут, а мне оно надо?
Иван растерялся, не зная, что теперь сказать, как выразить свои чувства?
– Спасибо тебе… – сипло выдавил он.
– Да ладно, – отмахнулся Арчибальд. – Чего я сделал-то?
– Спас меня…
Арчибальд пожал плечами и неожиданно произнес:
– Как посмотреть. Работать на «Крионику» рискованно. Может, еще сто раз пожалеешь.
– Если возьмут.
– Возьмут, не сомневайся. Только деньги с них требуй вперед, иначе обманут. А теперь иди. Долго тут задерживаться опасно. Видишь надземный переход через дорогу?
– Да, – кивнул Иван.
– Вот по нему, и сразу же к дверям вербовочного пункта. Не беги, не суетись. Чип у тебя в порядке, так что не бойся. А теперь давай, двигай!
* * *
– Ну, молодой человек, проходите. – На сигнал, оповещающий о появлении клиента, из-за стола встал сухонький пожилой доктор в белоснежной униформе с логотипами «Крионики». Бородка клинышком, усы с проседью, взгляд цепкий, но не холодный, внимательный и участливый. – Иван Андреевич Стожаров, насколько понимаю?
– Да. – Он добрел до кресла, сел в полном изнеможении.
– Нам известна ваша ситуация, – неожиданно заявил доктор.
– Откуда?!
– Некто Арчибальд ввел меня в курс дела. Связался по Сети пару часов назад. Надо сказать, сумма, на которую вы рассчитываете, весьма солидна. Подойдет только долгосрочный контракт, который, я обязан предупредить, крайне рискован.
– Чем же?
– Мы готовим испытания криогенной установки нового поколения. Работаем, так сказать, на перспективу. Контракт подразумевает погружение человека в состояние низкотемпературного сна на тридцать пять лет.
– Мне все равно. – Иван с трудом удерживал в себе искру сознания. – Вот только я не в лучшей форме… – виновато пробормотал он.
– Это как раз не страшно. Сюда, пожалуйста. – Доктор помог ему встать, проводил до массивного устройства комплексного медицинского сканера. – В нашем случае некоторые э… повреждения организма только на пользу эксперименту. Понимаете ли, криогенный сон не останавливает метаболизм, а лишь замедляет его до известной степени. Мы сможем узнать, срастутся ли переломы, проведем ряд дополнительных испытаний, наблюдая, как будут заживать ваши раны…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
