Читаем без скачивания «Древо возможного» и другие истории - Бернард Вербер

– Осторожно, посмотри назад!

Анаис обернулась и увидела мужчину. Он успел нажать на кнопку сигнализации, прежде чем она его остановила.

– Бежим! Сейчас здесь будет полиция!

Не знаю, почему она захотела поранить меня. Это произошло чудесным солнечным утром, и Анаис сказала: «Жорж, я хочу скрепить наш союз».

Она достала длинный кухонный нож и поднесла к моему лицу все с тем же трогательным видом.

И надрезала мою плоть.

Мне было очень больно. Я знал, что этот шрам скорее всего останется у меня на всю жизнь. Но я не осмелился ничего сказать. Намерения у нее были добрые.

Шарлотта и Анаис стреляли из окон «Ренджровера», а Мари-Наташа, стиснув зубы, гнала машину.

– Прибавь скорости, они нас догоняют.

– Целься в колеса.

Раздался скрип, затем взрыв.

– Браво!

– Там еще и другие!

– Господи, да это западня. Они решили нас взять!

Мари-Наташа поехала зигзагом и резко свернула в улочку справа. Надо было оторваться от полицейских.

Наконец она притормозила. Все казалось спокойным. Старый «Ренджровер» остановился в лесу.

– Уф, еле выкрутились.

«Волчицы» вышли из машины, осмотрелись, открыли сумку с бриллиантами. Считать не стали, уселись в кружок.

– Жорж приличное состояньице уже охраняет!

– На глазок три-четыре сотни тысяч евро.

И подумать только, к ним нельзя притронуться.

– Поверьте мне, лучше проявить благоразумие. И вот что, девчушки, – сказала Анаис, – сегодня вечером моя мать дает бал. Давайте по этому случаю немножко расслабимся. Тем более мы уже в вечерних нарядах!

– А мальчики будут?

– Самые красивые на свете.

Анаис, Анаис, маленькая моя Анаис.

Я помню, как ты пришла первый раз сюда с другом и представила его мне. Думаю, это был твой первый любовник. Ты звала его Александр-Пьер.

Ты сказала ему: «Не ревнуй, Александр-Пьер. Это Жорж. Хотя мы и любим друг друга, ты должен знать, что он существует и очень много значит для меня. Жорж – мое доверенное лицо. Жорж – мой лучший друг».

Он посмотрел на меня пренебрежительно. Я никогда не доверял людям с двойным именем, таким, как Жан-Мишель или Александр-Пьер. Мне кажется, что их родители хотели, чтобы у ребенка было немного от первого и немного от второго. Не сумели выбрать что-то одно. Они хотели надменности, победительности, самоуверенности Александра и простоты Пьера. Двойные имена часто делают людей двуличными. Как Мари-Наташа, в чем-то – святая, в чем-то – женщина-вамп. Может быть, меня зовут Жорж-Кевин?

Анаис и Александр-Пьер занимались любовью у моих ног. Я думаю, что Анаис специально это делала. Чтобы подразнить меня.

Музыка Штрауса. Венский вальс.

Сначала три девушки кружились по всему залу со своими кавалерами, потом, раскрасневшиеся и разгоряченные, уселись в буфете цедить красный мартини со льдом и лимонной цедрой.

– Ох, мужчины, – сказала Анаис.

– Да-да, мужчины, – подтвердила Мари-Наташа.

– Уже в детском саду они были такие… предсказуемые.

Они прыснули со смеху.

– Из мальчиков действительно можно веревки вить.

– Поэтому я предпочитаю бриллианты. Как Мерилин Монро. Их труднее получить, но они никогда не обманут ожиданий.

Они смеялись, и весь зал смотрел только на них, таких свежих, таких хорошеньких…

К ним подошла мать Анаис с каким-то плотным лысым мужчиной.

Анаис прошептала:

– Тихо, моя родительница.

– Ты поцелуешь дядю Изидора? – спросила мать Анаис.

Девушка соизволила прикоснуться губами к щеке родственника.

– Привет, дядюшка. Познакомьтесь, моя мать, мой дядя Изидор, а это мои подруги, Шарлотта и Мари-Наташа. Ну что, милый дядюшка, по-прежнему пишешь научные статьи в «Современном наблюдателе»? Над чем сейчас работаешь: покорение космоса, происхождение человечества, деятельность мозга или чудодейственные средства против рака?

– Ничего подобного. Я занимаюсь контактами растений.

– Растений?

– Да. Недавно выяснилось, что растения общаются между собой, выделяя запахи.

– Интересно. Расскажи.

– Пастухи в Африке столкнулись с одной проблемой: козы заболевали, когда их закрывали в загоне, где росли акации. В конце концов, пастухи догадались, что акации предупреждают друг друга о том, что одна из них обглодана козой. Пострадавшая выделяла обонятельный сигнал, и другие тут же изменяли состав своего сока, делая его ядовитым.

Дядя Изидор взял из вазы одну розу.

– И это не все. Растения выделяют запахи и воспринимают их. Этот цветок чудесно пахнет оттого, что слышит Штрауса, если бы он слышал тяжелый рок, его аромат изменился бы.

– Растения так чувствительны к музыке? – спросила удивленная Анаис.

– Они чувствительны ко всему.

Мари-Наташа скептически подняла брови.

Анаис хотела убедиться во всем сама. Она попросила у музыкантов скрипку и принялась извлекать из нее нестройные звуки. Все заткнули уши. Потом посмотрели на растение.

– Ты глупости говоришь, дядюшка Изидор. Она и тычинкой не повела.

– Нужно больше времени. Эта форма жизни характеризуется очень медленным ритмом реакции.

Лицо Мари-Наташи стало насмешливым.

– Значит, о подобных вещах вы пишете в журнале?

Изидор терпеливо проговорил:

– Я пытаюсь открыть читателям то, о чем они еще не знают. Я пытаюсь заставить их размышлять о новых перспективах.

– Но эта ваша история с растением, которое слушает музыку, это же черт знает что. Может, вы из тех, кто иногда и покуривает эти самые растения?

Анаис удивили слова подруги, и, чтобы покончить со спором, она взяла дядю за руку и повела танцевать.

– Пойдем, Изидор. Я дарю тебе вальс. Только не наступай мне на ноги, как в прошлый раз!

Я так стар.

Когда мне исполнилось сорок два года, я начал задавать себе вопросы.

Кто я?

Почему я родился?

Зачем я появился на Земле?

Можно ли сделать что-нибудь интересное в этой жизни?

Чуть слышный шорох. Кто-то пришел. Мари-Наташа.

Она взяла мешочки с драгоценными камнями. Долго рассматривала их, руки ее мерцали от бриллиантовой пыли, потом, довольная, засунула мешочки в свой рюкзак.

Нет, ты не имеешь права так поступать! Не бери эти камни, они не принадлежат тебе. Ты не имеешь права. Там камни Анаис.

Мари-Наташа сделала реверанс в адрес Жоржа.

Маленькая гнусная сволочь.

– Положи рюкзак и подними руки вверх!

Мари-Наташа поколебалась, взгляд ее скользнул по сторонам, затем она неохотно подчинилась приказу Анаис.

– Положи бриллианты туда, откуда взяла.

Мари-Наташа отдала бриллианты Жоржу. Потом повернулась, все еще держа руки поднятыми.

– И что ты будешь теперь делать? Ты отлично знаешь, что если ты меня отпустишь, я вернусь, – заметила блондинка.

– Ты тоже руки подними, – произнес голос сзади.

Анаис не обернулась.

– Положи оружие.

Она не подчинилась.

Шарлотта держала на прицеле Анаис, державшую на прицеле Мари-Наташу.

– Я вас считала серьезными девушками, но вижу, вам совсем нельзя доверять, – вздохнула Шарлотта.

Мне страшно. Анаис, осторожно, это две змеи.

Мари-Наташа нагнулась и выхватила спрятанный у щиколотки маленький револьвер. Прежде чем две другие успели отреагировать, она повернулась и прицелилась в Шарлотту.

– Вот так мы в равном положении, – объявила она.

Они попятились каждая, держа друг друга на прицеле и образуя собой безукоризненный равносторонний треугольник.

– Ну что, девчушки? Достанем карты и сыграем в покер на бриллианты?

– Наша система работает только тогда, когда мы заодно, – сказала Анаис.

Анаис права. Слушайте ее, вы обе.

– А что, если нам положить оружие и снова стать разумными? – предложила Анаис.

Никто не шелохнулся.

– Боюсь, это уже невозможно. Кое-что исчезло. Доверие.

– Ну и что будем делать?

Высоко в небе пролетел сарыч, испустив короткий пронзительный крик.

– Давайте все-таки сложим оружие и поговорим.

Три девушки опустились на колени и положили револьверы перед собой. Они недоверчиво следили друг за другом.

Вдруг Мари-Наташа схватила револьвер, перекатилась через себя и выстрелила, ранив Анаис. Та тоже выстрелила, но промахнулась. Шарлотте удалось задеть Мари-Наташу.

Они бросились врассыпную, пытаясь укрыться в кустарнике. Выстрелы гремели. Из зарослей раздался крик.

Анаис подползла к Шарлотте. Та была мертва.

У Мари-Наташи кончились патроны. Она стала заряжать револьвер, но тут Анаис, нагнув голову, бросилась на нее, схватила за колени и попыталась повалить на землю.

Обе покатились в кустарник. Танец по горизонтали: они дрались, кусались, вырывали друг другу пряди волос.

Вдруг в руке Мари-Наташи блеснул нож.

Осторожно, Анаис!

Анаис ударом ноги опрокинула противницу. Но та вскочила. Анаис удивленно смотрела на нее. А в глазах Мари-Наташи уже было сожаление.