- Беру недорого, - смущенно пробормотала девушка, словно боялась, что взрослого мужчину не привлекут ее слишком юные прелести.
Зря опасалась. У Эззре не было иных слабостей, кроме любви к молодым свежим девицам. Нет, он не был извращенцем и не питал греховной страсти к малым детям, но от неопытных в постели смазливых дурех от пятнадцати и чуть старше был буквально без ума. Справедливости ради, стоит отметить, что чернокожий ловелас умел завести самую безнадежную неумеху, именно в этом и заключалась для него вся прелесть общения с неопытными девицами.
- Почему же недорого, красавица? - тут же завелся эфиоп. - Дядюшка Эззре заплатит тебе столько, что у тебя целый месяц не будет нужды ходить на панель. Пойдем ко мне в номер, у меня шикарные апартаменты, тебе там понравится.
- Нет, господин, в гостиницу идти я стесняюсь. К тому же там этот противный Гнилозуб со своими коровами. Увидит, мне несдобровать: изобьет, заставит платить за покровительство, а потом начнет подкладывать под кого ни попадя. Давайте лучше ко мне, у меня тут неподалеку домик.
- А как же твои родители?
- Я сирота… круглая, - при свете уличных фонарей было хорошо видно, как огромные глазищи юной “волчицы” увлажнились.
“Похоже девчонка совсем недавно потеряла родителей и теперь ей не на что даже купить еды. А цветочек-то роскошный. Грех упустить”.
- Только не нужно плакать, красавица, - Снежок покровительственно потрепал девушку за упругую щечку. Показывай свой дом!
Девица радостно улыбнулась, как будто подцепила самого настоящего принца а не сомнительного вида чернокожего мужчину. Не теряя времени подхватила Эззре под руку и потащила в темноту ближайшего переулка.
Поначалу Снежок заподозрил подвох, но милый голосок красавицы и полная индифферентность к окружающей обстановке находящихся при нем охранных артефактов, привели тайного агента в благодушное расположение. Ну какая опасность может исходить от такой милой и наивной девчушки?
А вот и домик, небольшой крытый дранью. Удобства во дворе. Не густо, но многим жителям Лиона и такие апартаменты не по карману.
Девушка распахнула калитку и по усыпанной битым кирпичом дорожке повела клиента к запертой на ключ двери. Тут Эззра окончательно успокоился и приготовился в полной мере вкусить юной девичьей плоти.
- Тебя хоть как звать-величать, чаровница?
- Олуэн, господин, - ковыряясь в замке, ответила девица. Кажется у нее заклинило ключ и тот никак не хотел поворачиваться в замочной скважине.
- Олуэн - красивое имя. Давай-ка я попробую отпереть замок.
- Сделайте милость.
Эззре легонько отстранил девушку от двери, а сам уверенно взялся за ключ своими ловкими и сильными пальцами. Однако, едва это случилось, он ощутил легкий укол в подушку большого пальца. В следующий момент физически крепкий и здоровый мужчина пошатнулся, изо рта его неудержимым потоком хлынула белая пена, спустя пару ударов сердца он повалился замертво рядом с дверью.
Отошедшая в сторонку Олуэн взирала на муки мужчины с завидным хладнокровием. Лишь после того, как тот перестал дергаться в предсмертных конвульсиях и извергать пену, хищно усмехнулась и негромко произнесла:
- Какие же все-таки мужчины предсказуемые существа. Стоит лишь пальчиком поманить, вы тут же теряете голову и забываете об элементарных мерах безопасности. Ты ждал удара ножом в спину, выстрела из-за угла или хитроумной магической ловушки и был готов своевременно защититься. Но уколоться о ядовитый шип ты никак не рассчитывал. Покойся с миром, Снежок-Эззре, и не держи зла на ветреную Олуэн - все там будем рано или поздно.
Затем девица достала из сумочки небольшие слесарные пассатижи и осторожно извлекла из замочной скважины смертельно опасный ключ. Ключ и пассатижи поместила обратно в сумочку, и после тщательного осмотра места преступления поспешила удалиться.
На утро следующего дня, какой-то случайный прохожий заметил распластанное на земле тело чернокожего мужчины и сообщил о своей находке стражам порядка.
В результате вскрытия выяснилось, что смерть Эззре Адулиса наступила в результате остановки сердца, вызванной обширным инфарктом миокарда. Уголовное дело даже заводить не стали, ибо полицейские не усмотрели в произошедшем криминального следа.
Глава 5
Утром на четвертые сутки после описанных выше событий в приморском городе Карзандо на станции дилижансов появился бравый молодой человек в офицерском мундире без знаков различия, но с приличным иконостасом боевых наград на широкой груди, а также именной шпагой на перевязи. Наблюдательному человеку не составило бы труда прочитать струящуюся по извилистой гарде надпись: “Капитану пограничной стражи Кнуру Демфиксу за личное мужество и отвагу”.
Кнуром Демфиксом был ни кто иной, как наш герой. Поначалу Кевин в чужом военном мундире, при незаслуженных орденах и не принадлежащем ему именном оружии ощущал себя не совсем в своей тарелке, может быть, потому, что у Фалька были свои собственные ордена, свое наградное оружие и, разумеется, свой мундир. Однако постепенно пообвык к непривычному имиджу отставного вояки, даже перестал смущаться, чувствуя на себе уважительно-одобряющие взгляды прохожих.
За два дня маги и прочие специалисты Воровской Гильдии буквально совершили чудо. Они не только полностью поменяли внешность тайного агента, но кардинальным образом подкорректировали его астральные оболочки, так что если бы у кого-нибудь имелся в распоряжении портрет и слепок ауры того прежнего Фалька, он вряд ли признал бы британца в этом бравом военном. Теперь лицо Кевина было обветренным и едва ли не до черноты загорелым. Его тонкий ястребиный нос стал похож на нос профессионального кулачного бойца, а левую щеку от уха до подбородка прочертил неровный белесоватый шрам - след “сабельного удара”. Теперь его не узнала бы даже родная мать, может быть, Наталь удалось бы вычислить приятеля, по некоторым известным ей одной приметам, но девушка далеко, поэтому разоблачение ему не грозит.
Облик продержится не более трех недель, после чего Фальк вновь станет самим собой. Во всяком случае, так утверждал мэтр Карикасс, мастер магической пластики и астральной коррекции. Славный старикан, на первый взгляд слегка мрачноват, но на поверку с безграничным чувством своеобразного юмора, в духе: “Вскрытие показало, что пациент умер от вскрытия”, к тому же большой любитель “усугубить неразведенного”, иначе говоря, пропустить стаканчик чистого спирта в компании благодарного слушателя, чтобы потом обрушить на голову этого самого слушателя целый ворох бородатых как сам морской царь Посейдон анекдотов. Вольно или невольно все эти дни исполнять роль “благодарного слушателя” пришлось Вьюну, причем исполнять вполне добросовестно, поскольку он опасался, что обиженный маг в сердцах чего-нибудь напортачит, или как-нибудь не так проинструктирует ассистентов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
