и до самой старости жил в соответствии с тем и другим. Мыши, поняв, что ради своей сытой жизни Уилберфорс будет воевать с ними жестоко, предпочли найти другое место жительства.
Кот жил на Даунинг-стрит, 10 при четырех премьерах - Хите, Вильсоне, Каллагане и Тэтчер. Лучше всего ему жилось при Тэтчер. Неизвестно, что именно привезла (и привезла ли вообще) в подарок из далекой России Маргарет семье, а вот коту привезла - несколько баночек кильки в томате. Люди постарше помнят вкус этих консервов времен 80-х, они были хороши (не всегда), но никак не годились для котов. История умалчивает, съел ли Уилберфорс кильку, понравилось ли коту, но прожил он до 1988 года, почти двадцать лет. Может, не ел?
Уилберфорс честно исполнял возложенные на него обязанности, мыши документам больше не угрожали, а потому откровенно пользовался привилегиями. При Тэтчер кот имел право заседать в кабинете министров, вернее, «залегать» на специально отведенном ему месте. Иногда создавалось впечатление, что Уилберфорс понимает, о чем идет речь, во всяком случае, он не единожды высказывал свое мнение по каким-то вопросам громким «мяв».
Министры возмущались, мол, Калигула ввел в сенат коня, а Тэтчер кота. Но возмущались тихо-тихо, чтобы Уилберфорс не услышал, а ведь у кошачьих слух отменный... Однажды кто-то нелицеприятно высказался в адрес животного, что повлекло за собой строгий взгляд премьер-министра и отставку провинившегося (по собственному желанию) уже на следующий день. Неужели Уилберфорс лично позвонил вечером министру и посоветовал уйти добровольно, пока не ушли насильно?
Но никто не вечен, даже любимый кот Маргарет Тэтчер.
Взамен умершего Уилберфорса также с улицы принесли Хамфри. Этот наглец из пары права - обязанности признавал только первую половину. В журналистской среде у кота было прозвище Профессиональный Вредитель. У Главного мышелова страны (так официально называлась его должность) имелось даже жалованье - 140 тысяч фунтов в год. Еще 4000 фунтов выделяли на устранение последствий его пакостей в углах резиденции. И при столь обеспеченной жизни Хамфри позволял себе надолго отлучаться, если обстановка Даунинг-стрит надоедала, а уж ловить мышей и вовсе не считал нужным.
Зато как этот сибарит нравился англичанам! Когда однажды кот исчез надолго, был даже выпущен бюллетень о безвременной кончине усатого. Но немного погодя Хамфри обнаружили на территории Королевского военного медицинского колледжа, студенты которого приютили сибарита, посчитав того бездомным. Британцы радовались возвращению блудного кота (слуги, основательно уставшие от его наглости, едва ли).
Этого «помощника» Тэтчер на заседания кабинета министров не допускала, да он и не рвался.
Когда уже при Тони Блэре в 1997 году Хамфри все же покинул резиденцию на Даунинг-стрит из-за аллергии на котов супруги нового премьера, потребовалось специальное разъяснение возмущенным британцам, что, мол, кот жив-здоров, живет за городом в Чекерсе и весьма доволен...
Кошка у Маргарет была, во всяком случае, в то время, когда она работала над постановкой своего голоса с преподавателем из Ковент-Гарден. Тэтчер вспоминала, как занятия несколько раз срывались из-за болезни кошки, лидеру Консервативной партии было не до работы над голосом, ее волновал кошачий недуг. А незадолго до этого Тэтчер было не до важного экзамена дочери из-за собственных волнений по поводу предвыборной кампании партии. Что ж, приоритет налицо.
«We have become a grandmother»
«Мы стали бабушкой».
Англия по достоинству оценила эту фразу Маргарет Тэтчер 1989 года, когда на свет появился ее первый внук - сын ее сына Марка.
Как только не обыгрывали это почти королевское «мы»!
Англичане - любители иронических комментариев, но тут они превзошли самих себя. Маргарет Тэтчер возомнила себя особой, равной королевской?
Нашлись те, кто поведал о фразе, сказанной королевой вскоре после знакомства с Маргарет Тэтчер, мол, если стереть тонкий слой лака, нанесенного Оксфордом, под ним обнаружится бакалейная лавка.
Немедленно припомнили, как однажды в самом начале карьеры Тэтчер в качестве премьер-министра она и королева появились на официальном приеме в очень похожих нарядах.
Само по себе это не редкость, ведь платья и костюмы дам королевского окружения обычно классического стиля, а потому совпадение цвета ведет к похожести одежды. В таком случае аристократки старались просто не оказываться рядом с королевой и даже не попадаться ей на глаза. Однажды так весь вечер «пряталась» герцогиня - хозяйка приема. Зато на следующий день получила королевский отзыв, что одинаковые платья не так уж страшны, а ужин был великолепен. А одной из дам пришлось срочно переодеваться, поскольку спрятаться возможности не представлялось.
Иначе повела себя самоуверенная Маргарет. На следующий день она внесла предложение заранее согласовывать наряды, чтобы более не попадать впросак. Можно представить гнев королевы. Ответ последовал незамедлительно: «Ее Величество не считает нужным подобное согласовывать, поскольку не замечает, во что одеты другие дамы»!
Ходили слухи о пощечине, данной королевой своей премьер-министру, но этого никто не видел.
Вообще же отношения между двумя влиятельнейшими женщинами Британии были трудными, и только разум обеих и желание не выйти за рамки приличий уберегали их от стычек.
Королева царствует, но не правит, она не может менять законы, объявлять войну и даже открыто выступать на политические темы. Королева - символ власти фактически без самой власти. Она символ традиций и ритуалов, которые блюдет истово. Возможно, именно это сохранило саму Великобританию за время всех потрясений бурного XX века.
Сейчас в Британии король, но он не сменил систему ценностей монархии.
Премьер-министр правит, но при этом должен еженедельно держать ответ перед монархом. Это неформальный, но все же отчет.
Обычно такие встречи проходят в Букингемском дворце в Зале аудиенций по вторникам после заседаний парламента в половине седьмого вечера. Никакого монарха на троне, все в непринужденной, хотя и деловой обстановке. В это время королева может максимально влиять на премьер-министра, просто советуя что-то и высказывая свое мнение.
Встреча обычно длится час, за это время едва ли можно рассказать королеве обо всем, что произошло в стране, к тому же мнение премьер-министра может быть субъективным. Но у Ее Величества есть прекрасный инструмент, чтобы знать все обо всем - оппозиция с теневым кабинетом.
Тэтчер сама была лидером оппозиции и министром в теневом кабинете и прекрасно знала, что этот кабинет также регулярно готовит доклады королеве, и приукрашивать действительность не стоит, королева все равно узнает об истинном положении дел от оппозиции.
Дочь Альфреда Робертса была монархисткой на сто один процент, она не просто с пиететом относилась к королевской власти, но буквально преклонялась перед Ее Величеством. Сотни раз из ее уст можно было
