— Только прикоснись, скотина! Маньяк недоделанный! — не, ну, а что? Почему бы не высказать напоследок этому гаду всё, что я о нём думаю? Всё равно умирать…правда, выходит только хрип, похожий на рык.
Ещё и земля холодная. Тело ломит от боли. И угораздило меня упасть прямо на камни!
— Я ей помочь пытаюсь, а она меня оскорбляет! Женщины, — фыркает мужчина (теперь, когда я его увидела поближе, парнем язык не поворачивается назвать) и закатывает глаза.
Мужчина закутывает меня в свою кожаную куртку и поднимает на руки, как пушинку. Я взвываю от боли, но стискиваю зубы и стойко терплю. Сама виновата! Дура! Вроде неплохой парень, а я от него понеслась, как ненормальная!
— Спас-сибо, нас-сильник, — теперь из горла доносится мой сиплый голос, сменяя рык. Мужчина внезапно хохочет, и я трясусь на его сильных руках, потому что от смеха трясётся он сам.
— Твоя машина? — мужчина указывает на мой красный внедорожник, и я утвердительно киваю.
— Она открыта, — шепчу я, и мужчина несёт меня к моему красавцу. Правильно, пусть отпустит меня, и я поеду домой "зализывать" раны!
Но мужчина кладёт меня, словно младенца, на задние сиденья, а сам садиться за руль. Ничего не понимая, я не издаю ни звука. Что-то он уже не похож на друга. В голове вновь включаются мысли параноика, что он всё-таки насильник. А ещё к ним прибавляется мысль: "Ой, а я, кажется, куда-то еду!". Ну, или моя крыша. Кто знает…
Когда машина останавливается, я со страхом в груди и бешено бьющимся сердцем смотрю вперёд. Жду, когда откроется дверь. А ведь он даже не спросил, где я живу! Конечно, он не повёз меня домой, он же маньяк!
Вот, дверь открывается, а из неё протягиваются накаченные руки и голова. Меня вновь поднимают на руки, но на этот раз я не издаю ни звука, стойко вытерпев боль. Меня заносят в какое-то помещение, напоминающее гараж, и садят на бежевый широкий диван. Ох ты, а тут и телевизор есть! Неужели это его дом? Хотя, чему я удивляюсь, этот гараж не похож ни на что, кроме дома насильника! Паника сменяется истерикой. Пока мужчина где-то ходит, из моих глаз водопадом льются слёзы. Сейчас он меня…лучше бы убил! Всхлипывая, я закрываю лицо руками. Если ничего не видеть, можно подумать, что я дома. Ну, или в машине. Истерика не прекращается, и моё тело искажается дрожью. Я трясусь, словно на мне включили кнопку вибрации. Передо мной опускается маньяк, и я, поборов свой страх, ошалевшими от происходящего глазами смотрю прямо ему в глаза. В них недоумение и…жалость?
— Уб-бей м-меня…пожалуйста. Только не насилуй! Лучше убей! — дрожащим голосом умоляю я мужчину, сложив руки на груди, словно в молитве.
— Опять одно и то же! — раздражённо, но с насмешкой говорит мужчина. Я замечаю, что у него красивый, словно бархатный, с хрипотой голос, — я не маньяк, дура! Я помочь тебе пытаюсь!
— П-правда? — с надеждой во взгляде спрашиваю я и понемногу успокаиваюсь.
Мужчина не отвечает. Ставит на пол аптечку и приказывает:
— Разденься.
— Ч-что? — я с недоумением смотрю на него, а он с раздражением — на меня.
— Я могу и поверх одежды твои ссадины обработать! — с сарказмом говорит он и, в подтверждение своих слов, подносит вату с каким-то вонючим спиртом к моей толстовке.
Я в ту же секунду послушно снимаю толстовку, благо, под ней у меня футболка. На моих локтях порезы и синяки, аж страшно смотреть. А я и не смотрю — отворачиваюсь. Когда мужчина осторожно дотрагивается до моих ран, их начинает щипать, и я шиплю от боли, стиснув зубы.
— Терпи! — приказывает мне "маньяк" и продолжает проделывать "манипуляции" со второй рукой.
— Зачем ты мне помогаешь? — спрашиваю я то, что приходит мне в голову, а сама отворачиваюсь в другую сторону, чтобы не видеть ссадин на второй руке.
— Я лишь выполняю свой долг. Ты упала из-за меня, потому что я тебя напугал. Я не могу не помочь, — мягким голосом, словно ребёнку, объясняет парень. Всё-таки парень. По нему видно, что до мужчины ему далеко, ведь в душе он мальчишка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты мне ничего не должен. Никто никому ничего не должен! — возмущаюсь я, но завершаю шипением.
— И всё же, я решил помочь. Разве это плохо? — парень поднимает на меня взгляд и под тусклым светом лампы я вижу, что у него карие глаза. Цвета тёмного янтаря, словно тёмный мёд. Я на секунду засматриваюсь в них, ведь они такие красивые…
— Нет, это не плохо. Просто…вдруг я воровка? Ты ведь не знаешь, кого приводишь к себе домой.
Парень на секунду задумывается над моими словами, но затем усмехается.
— Даже если ты воровка, то мне терять нечего. Из ценностей здесь лишь аппаратура, которую ты вряд ли дотащишь даже до машины, — парень смеётся, и я невольно улыбаюсь. Заметив серебряную серьгу в его ухе, вопрос сам из меня вылетает.
— А она? — я легонько дотрагиваюсь до серебряного кольца и пальцем задеваю ухо. Парень дёргается, словно от удара током, и я резко убираю руку. Кажется, даже краснею. Никогда в жизни не краснела, а тут на тебе! Дарси Маквин стало неловко!
— Думаешь, будь ты вором, вырвала бы его и убежала? — парень вновь смеётся. Действительно, Дарси, что за чушь ты несёшь!
Кажется, парень закончил обрабатывать мне локти, потому что убрал руку и покосился на мои ноги. Нет, нет, нет! Пусть даже не надеется! Штаны я точно не сниму!
Но мой спаситель, видимо, решает оставить это на "потом" и начинает обрабатывать мне голову. Точно, я чувствую застывшую кровь. Наверняка порезалась! Он, как можно аккуратнее, подносит вату к ране, но всё равно безумно больно. Я вздрагиваю, шиплю, стискиваю зубы, но из губ всё равно вылетает: "Ай! Парень не комментирует мой порыв, лишь задерживает свой взгляд на мне. Кажется, мы смотрим друг на друга вечность, на самом же деле не больше пяти секунд.
— Сколько тебе лет? — неожиданно спрашиваю я и мысленно бью себя по лбу.
— Двадцать шесть, — спокойно произносит парень, а я стараюсь выглядеть такой же спокойной и не округлять глаза.
— Выглядишь ты…намного моложе, — я сглатываю. Что ты несёшь Дарси, что ты творишь?! Конечно, он выглядит на двадцать шесть! Ну, может, на двадцать два. Но всё же хочется, чтобы с такой внешностью ему было хотя бы восемнадцать…
— Надеюсь, это комплимент, — парень лучезарно улыбается, и я понимаю, что мы даже не знаем имени друг друга. Нужно ли представляться, или он сочтёт это знакомством? Подумает, что я заноза в…
Парень аккуратно заправляет выбившийся волос мне за ухо. Я краснею, а он, кажется, улыбается ещё шире.
— Я Билли. Билли Стоун, — внезапно, он представляется мне сам, и я пытаюсь сдержать радостную улыбку. Мне не пришлось ничего делать, он просто будто мысли мои прочёл!
— А я Дарси…Дарси Маквин, — в его же манере поправляюсь я, и мы друг другу улыбаемся.
— Колени сама обработаешь или мне помочь? — Билли ухмыляется, а в глазах играют озорные огоньки. Да он специально меня смущает! Но я не из наивных, так что вхожу в эту игру!
— Конечно сама! — возмущаюсь я и мысленно аплодирую своей актёрской игре. Парень, кажется, веселиться от моей реакции.
— Ну, хорошо, — говорит он, берёт аптечку и собирается её уносить. Но я выхватываю вату из его рук.
Далее он наблюдает картину, как я разуваюсь, медленно стягиваю с себя джинсы и сажусь поудобнее. Моя длинная футболка могла бы прикрыть мои чёрные "американки", но она задирается. Так даже лучше! Билли ухмыляется, и складывает руки на груди.
— Ага… возбудим и не дадим, так, что ли? — насмешливо спрашивает он, и я откидываюсь назад в порывах смеха.
Смеюсь чуть ли не до слёз, а парень стоит и насмешливо на меня смотрит.
— Ну, я же сказала тебе, что сама! Или ты имел ввиду не это? — я обвожу рукой себя, показывая "это". Парень закатывает глаза и пристально наблюдает, как я, сжав зубы, протираю свои ушибы и синяки. Кое-где я даже порезала ногу! А где-то содрала кожу…да, этим никого не возбудишь! Это же ужас!
