ненадежно.
Пройдя по комнатам, я убедилась, что в доме и правда никого нет.
Моя бабушка была человеком старой закалки. Она до сих пор писала письма на бумаге, все новости узнавала из газет или радио, и не признавала мобильных телефонов. Даже автоответчик у нее появился сравнительно недавно – несколько лет назад по настоянию мамы.
Так что не было никакой возможности связаться с ней и выяснить, в чем дело. Но я не думала, что Пет могла просто забыть о моем визите – несмотря на возраст, она по-прежнему обладала ясным разумом.
Я еще раз прошлась по первому этажу, оглядываясь более внимательно в надежде, что будет что-то, что подскажет мне, куда делась бабушка. И обнаружила лист бумаги на стойке в кухне, который раньше пропустила.
Мелким, аккуратным почерком Пет вывела:
«Чарли, ты знаешь, что я всегда старалась поменьше лезть со своими советами и размышлениями к своим детям и внукам. У каждого из нас свой путь и никто не пройдет его за нас. Но я стала уже довольно старой, а потому надеюсь на твою снисходительность к моему своеволию.
Я позвонила тебе и попросила приехать, а потом позвонила Олли и попросила о том же.
Я всегда думала, что вы созданы друг для друга. Да, я стара, но я верю в судьбу и предзнаменование так же, как и много лет назад. Что-то пошло не так, и ваши дороги разминулись – так бывает – но ваши сердца все еще тоскуют друг по другу.
Пожалуйста, воспользуйтесь возможностью и моим домом, чтобы поговорить откровенно и навсегда оставить былые обиды в прошлом, ведь там им самое место.
Бабушка Пет».
Я опустила письмо обратно на стойку и невидящим взглядом посмотрела в окно. От слов, написанных бабулей, ком встал в горле.
Вот для чего была вся эта интрига. Пет устроила все это для нас.
Конечно, если Олли приедет, иначе все будет зря.
Но если Пет просила его ради себя, он не сможет отказать ей. Мысли об Олли вернули меня к реальности. Если так, то скоро он должен быть здесь и…
Что тогда? Станет ли он слушать меня? Захочет ли? И не мне одной есть о чем рассказать и в чем признаться. Готов ли Олли к тому, чтобы ответить на мои вопросы?
В ожидании Оливера я вышла на крыльцо и села на скамейку, выложенную мягкими подушками, которые Пет сшила сама.
Беспокойство во мне разыгралось с такой силой, что руки начали дрожать. Я сжала их коленями, не сводя взгляда с дороги.
У нас с Олли уже было столько попыток за последние месяцы! Может судьба или что-то иное дает нам знаки, что на самом деле мы не должны быть вместе? А мы (я) упорно продолжаем биться в эту стену в какой-то несбывшейся надежде?
Минут через двадцать я увидела знакомую машину – Dodge Challenger свернул на подъездную дорожку, затормозив за Бьюиком. Когда Оливер вышел из авто, я поднялась со скамейки и пошла ему навстречу, остановившись у ступенек.
– Чарли? – Брови Олли озадаченно сошлись на переносице. – Что ты… – Он вдруг замолчал, оглянув дом, и на лице его промелькнуло понимание. – Где Пет?
Я в нескольких словах описала ему ситуацию, отчего-то испытывая некую вину, хотя эта затея и не была моей. Но я опасалась, что Олли мог подумать иначе.
– Она снова это сделала? – к моему удивлению, он усмехнулся, когда я замолчала.
– Похоже на то.
– И что нам теперь делать? – покосился на меня он, очевидно, и сам, испытывая некую скованность.
– Не знаю, – честно призналась я, ощутив облегчение от того, как легко он воспринял новость.
– Мы можем вернуться в Гери и сделать вид, что ничего этого не было, – предложил Олли, оценивая меня взглядом.
Его слова заставили меня испытать глубокое разочарование, которое я попыталась скрыть.
– Если ты этого хочешь.
– А чего ты хочешь, Чарли? – прямо спросил он, не сводя глаз с моего лица.
– Ты знаешь чего. Но готов ли ты? Если да, мы войдем в дом и поговорим, а если нет… Я не стану удерживать тебя силой.
Мне было не просто сказать это. Я не хотела, чтобы он уезжал. Мне хотелось использовать шанс, который подарила нам Пет. Но я также понимала и то, что ничего не выйдет, если Олли не настроен на то, чтобы быть честным со мной.
– А стоит ли, Чарли? – Он пожал плечами, и я увидела усталость в его прекрасных, голубых глазах.
Этот вопрос и взгляд подействовали на меня как подножка. Выходит, он уже смирился с тем, что больше никогда не будет «нас»? Я одна, кто все еще живет надеждой?
– Знаешь, иногда я хочу – очень сильно хочу – все вернуть. Я по-прежнему чувствую, что ты то, без чего мне никак не выжить, – с горячностью признался Олли, пока я не знала что сказать. – Но в другие моменты сама мысль о том, что мы начнем сначала, пугает меня, Чарли! Мне было сложно потерять тебя. Не думаю, что хорошо справился с этим, но что-то стало получаться. Не сразу, для этого потребовалось много времени. Твое возвращение выбило меня из равновесия, но я подумал, что может это шанс все исправить? – Он едва заметно улыбнулся, поведя плечом. – Но… Я не думаю, что выйдет. Не верю, понимаешь? Так не проще ли оставить все как есть? Так будет безопасней. Для нас обоих, Чарли.
– Проще – да, может быть, но это то, чего ты в действительности хочешь? – Я со злостью смахнула слезу со щеки, упрямо поджав губы. – Ладно, если это так, я оставлю любые попытки помириться с тобой!
Круто развернувшись и громко топая, я сбежала с крыльца, но, не пройдя и десяти шагов, вернулась.
– Хотя знаешь что – нет! Я не буду лгать ни тебе, ни себе, потому что пока я жива, не перестану надеяться, что между нами все еще что-то возможно! – Моя речь была запальчивой и экспрессивной, но именно сегодня я собиралась все выяснить раз и навсегда. – Ты отрицаешь то, что мы с тобой должны быть вместе, Олли! – Я ткнула в него пальцем и не смутилась, когда он скептически вздернул губы. – Ты и я! Так всегда должно было быть, но в жизни не все идеально! Я знаю, что совершила ошибку, и она привела нас к тому, где мы сейчас оказались. Я не стану просить у тебя прощение за Зака – потому что иначе я
