Читаем без скачивания Князь государственной безопасности (СИ) - Поповкин Кирилл

— А что тогда заставляет вас ёрзать? Падение? — она улыбнулась, явно наслаждаясь моментом.

— Нет, даже не само падение, — я ответил светским наклоном головы, — Только резкая остановка в конце.

Девушка рассмеялась, прикрыв рот ладошкой, а отсмеявшись спросила:

— Хороший ответ. Но всё же, в чем причина вашей тревоги? Вы не летали до этого?

— Летал, просто наши воздушные корабли были иные. Больше всего они похожи на ваши цепеллины, только иных форм. И в воздухе их держала не подъёмная сила газа, а…

Я пошевелил пальцами в воздухе, пытаясь подобрать слова. Сложно объяснять принцип действия истока, которым сам не обладаешь, особенно если он тебе чужд. А капитаны воздушных кораблей обладали, по моим ощущениям самыми непохожими ни на что истоками в мире.

— В общем — магия их держала в воздухе, — наконец сдался я.

— Вот даже как, — заметила Арлетт, надула губки и приложила к ним изящный пальчик, в выражении комичной кукольной задумчивости, — Что ж, тогда я понимаю ваши эмоции и не буду заострять внимания на их причинах.

— Благодарю вас, — произнёс я, церемонно наклонив голову.

Арлетт величественно махнула рукой. Замечу, что несмотря на форменный мундир, она не забыла ни про маникюр, ни про макияж. Впрочем, длинные волосы были уложены тоже не совсем по-уставному.

— Пользуйтесь привилегиями своего положения, лейтенант? — спросил я, выделяя голосом её недавно полученное офицерское звание и кивая на её ногти.

Девушка взглянула на свои пальцы, будто только сейчас заметив маникюр

— А, это? Ну да. Почему бы мне и не воспользоваться в кои-то веки. Вы не представляете, насколько меня бесит каждый раз красить ногти в туалете после смены, ведь маникюр могут только офицеры носить, — девушка фыркнула, — К тому же это просто дорого — я не могу сделать долгий маникюр, знаете, есть такая услуга в салонах красоты, наложить на пальчики такой лак, который держаться будет несколько месяцев, только меняй цвет по желанию.

— К сожалению, о таком я не слышал. Ваши артефакты не перестают меня удивлять.

— О, я заметила. Вы очень быстро приноровились к ним, — добавила она, кивнув на мой наряд.

Я опустил взгляд — собственно, Арлетт не ошибалась, я действительно довольно специфически носил положенный мне по статусу мундир. На мне были чёрные брюки, заправленные в высокие сапоги на среднем каблуке, форменная белая рубашка под жилетом-разгрузкой, кармашки которого я заполнил всякими полезными предметами, а поверх самого жилета был перекинут пояс-перевязь с двумя кольцами на бедре, в которые я продевал ножны катаны, закрепляя её таким образом скорее на западный, чем восточный манер. Поверх этого жилета должен был быть надет китель, который висел на вешалке во встроенном в стену шкафу. Впрочем, даже если бы он был на мне, более похожим на нормального солдата я бы не стал. Китель был притален и его полы доходили почти до щиколоток, превращая форменный пиджак скорее в привычный мне самому выходной китель офицера Российской Империи.

— Хорошо, что у вас нашлась штука, подгоняющая одежду под боевой стиль носящего, — заметил я, поправляя шейный платок, который естественно входил в комплект.

— Удивительно только, что она подогнала под вот это — раздался у меня за спиной новый голос.

Капитан Алиса Стрелецкая показалась в дверях салона. Девушка была всё той же уверенной в себе снежной королевой, и даже планка ордена, слишком высокого для её звания и возраста, не делала её образ мягче.

— Приготовьтесь к действию, мы снижаемся через пять минут, — сказала она, прошествовав в хвост самолёта.

— А где садимся? — спросил я у Арлетт, которая как раз начала вставать.

— В Вердене нельзя сесть, — покачала головой брюнетка, — Только смотреть сверху.

Несколько дней назад

Виктор фон Меттин в моём мире был родом из Пруссии, и именно там находился его лен. Как ни странно, это было очень хорошим местом для начала поисков — изрядная доля силы мага всегда остаётся в месте, где маги этого рода жили поколениями. Поэтому мой изначальный план был прост — я знал, где в Империи находился его лен, а следовательно, мог локализовать его и в этом мире. А если Виктор и открыл способ путешествия между мирами, то точка перехода должна быть именно там, ну или, по крайней мере — остатки методов, допустивших переход.

Алиса выслушала эту идею с уже знакомым мне сосредоточенным вниманием. Читать её мысли по лицу было практически невозможно (блондинка обладала каким-то невероятным уровнем контроля эмоций — может один из её мини-истоков?), но кое-что я всё-таки научился замечать. Когда я ткнул в место на разложенном на столе атласе, девушка слегка дёрнула щекой и я почувствовал, как она напряглась.

— Да уж, стоило ожидать, — вздохнула капитан Стрелецкая, откинувшись на спинку кресла. Её пальцы задумчиво крутили коробочку с орденом, таким же, какой достался мне, — Просто ничего не бывает.

— Что-то не так? — я изогнул бровь.

— Да нет, просто ваш визави, Святослав, прекрасно выбрал место для своего логова. Верденская зона отчуждения — не то место, в котором я бы хотела побывать. Почему кстати Верден, вы же говорили он из пруссии, а это Франция?

— В моём мире Пруссия имела несколько иные границы. Но что значит «Зона отчуждения»?

Алиса вздохнула и покачала головой. Потом встала из своего кресла, подошла к шкафу (обычному, не несгораемому), провела пальцем по корешкам и вытащила книжку толщиной в палец. Передала мне.

— Вот, тут всё расписано. Почитай на досуге.

— Ага, почитаю. А что насчёт Виктора, капитан?

— Ну, мне не нравится идея лезть в Верден, но поскольку это единственный след, а времени нет… — Алиса пожала плечами, — Я обеспечу нам транспорт в самое ближайшее время.

«Ближайшим временем» оказалось послезавтрашнее утро, так что весь следующий день я посвятил тому, чтобы понять пределы открывшихся мне вместе с присвоением воинского звания возможностей, параллельно наслаждаясь разворачивающейся бурей из самого центра шторма. Надо сказать, буря была знатная.

Японского дипломата поймали на горячем — и не просто на горячем, а на самом мерзком преступлении из имеющихся — торговле людьми. Причём человек, который его на это толкнул принадлежал к весьма тайной японской государственной конторе и Империя, безо всякого сомнения, не могла даже нормально отбиваться, ведь пришлось бы раскрыть настоящий статус Виктора, что несомненно подвергло бы опасности другие операции, в которых он был задействован.

Если же Фон Меттин был абсолютным самозванцем и не имел к шинсенгуми отношения, то выходило, что один человек водил Имперскую Японию вокруг пальца хрен знает сколько времени, что означало такую потерю лица, от которой страна не отмылась бы лет двадцать. Наверное, европейское государство или даже моя родная империя предпочла бы проглотить подобную пилюлю, но для самураев, помешанных на чести и принципе «главное не быть, а казаться» такой вариант был практически неприемлем.

В общем, в результате японцы отбивались только по формальным признакам типа жалоб на штурм посольства и нарушение дипломатической неприкосновенности посла. В Европе такая линия защиты работала плохо — в паре шоу, на которые я наткнулся по телевизору, даже люди, которые вроде бы были апологетами курса Империи в основном признавали, что таки да, хреновая защита.

Впрочем, особого времени на наблюдение за тем, как одни политики с наслаждением песочат других, у меня не было. Во-первых, мне удалось принести присягу. В реалиях конторы, которой мне предстояло служить, это не означало публичного действия: на принятии присяги присутствовала сама Алиса и несколько мужчин, которых я не знал. Причём произошло всё рутинно — вышел, положил руку на прибор, подтверждающий клятву, и произнёс слова. По сути, это была одна из форм магического договора и именно она, как оказалось, наделяла агентов ограниченными силами истока. Правда, разбираться с ними мне предстояло на лету.