буркнул Глен.
– Постой, так и с веревкой ты постарался? – внезапная догадка осенила меня.
– Говорю же, я обиделся на вас, – ответил он.
– Глен, мы чуть не остались там, мы могли погибнуть. Это ты понимаешь? Давай так, ты сам по себе, а я сама как-нибудь.
– Я хотел бы стать тебе другом. И не только другом. Я не хотел причинять вред. Просто разозлился и решил досадить вам, – пытался оправдывать себя Глен.
– Дружба рождается из доверия. А какое между нами может быть доверие? Разговор окончен.
«Вот и поговорили. Вечно я такая прямолинейная. Что думаю, то и говорю. Как теперь разговаривать о поиске яда для клещей? Хотя, это ведь и кальширам тоже нужно. Ладно, как-нибудь решим этот вопрос. Вот же какой этот Глен. И не совестно ему такое делать? Привык, что все сходит ему с рук. Как же, бедный Гленушка так сильно пострадал, а мы вынуждены терпеть подобное отношение, » – так я размышляла, лежа на кровати в маленькой комнате.
Глен после нашего разговора вел себя тихо. Лежал, вздыхал. А потом и вовсе заявил бабушке, что теперь он может уже поехать домой.
– Что ты, Гленушка, тебе лучше бы еще полежать, всполошилась сердобольная бабушка Лиза.
– Нет. Я поеду, – стоял на своем Глен.
Сборы были недолгими. Влад и Алекс отправились с Гленом в белокаменный дом. Неразлучные друзья взялись доставить Глена в целости и сохранности. Отправились утром следующего дня. Ехали верхом по очереди, один из них периодически правил телегой, где лежал Глен.
***
В следующий раз, когда Денни пришел, он принес мой кулон! Радости моей не было предела. Я какое-то время молчала, уставившись на дорогую моему сердцу вещь. На мгновение дыхание перехватило. Потом мои губы расплылись в улыбке:
– Денни! Где ты его нашел?!
– Ну, ты же говорила, что потеряла дорогую тебе вещь там, где тебя впервые встретили Алекс и Влад. Они любезно рассказали, где именно это было.
– О, Денни! Это просто чудо, он мне очень дорог! Спасибо, милый Денни! – я крепко обняла его.
Глава 21. Братья
Глава селения Тарий объявил о том, что сегодня состоится собрание жителей на площади перед Домом старейшин. Собралось много народа. Я не смогла пойти из-за того, что еще не совсем поправилась. А бабушка Лиза отправилась пораньше. Сказала, зайдет к Тарию. Сам Тарий, конечно, дома не сидел в такой день, он был занят в Доме старейшин, а Тая и Денни она сможет повидать.
И вот началось собрание. Слово взял Алекс.
– Все вы знаете, что Тай ходил в горы не один. Только объединив усилия с Денни и Лисой, удалось добыть то, что исцелило всех вас.
Кругом раздались возгласы:
– Да, да.
– Знаем.
– Хочу сообщить вам, – продолжил Алекс, – Теперь вы должны знать. Тай и Денни приходятся друг другу братьями.
Раздался гул спорящих голосов из толпы.
Алекс посмотрел вперед и продолжил;
– Денни вырос среди кальширов, вдали от отчего дома и родных. Ему повезло, что он не был убит, как другие младенцы, и вырос в семье, где к нему хорошо относились. Но все могло быть иначе. И сколько погибших детей за всю нашу историю. То, что много лет назад, оба брата остались живы, большая удача для всех. Если бы не они, то сейчас, возможно, все погибли, а потому необходимо пересмотреть законы и запретить убивать одного из родившихся младенцев.
– Да.
– Это так.
– Мы понимаем – голоса раздавались с разных сторон площади.
Алекса сменил Тарий.
– Отныне, если в семье родились одновременно несколько детей, они должны расти, как все дети. Никто не смеет их обидеть ни словом, ни делом. И еще. Денни, как и Тай, мой сын! И отныне они вместе.
Глядя на то, что Тай и Денни делают для селения, люди были удивлены и поражены. Как такое возможно? Ведь издавна веками был такой обычай, избавлялись от лишних детей, если их родилось больше одного. Считали, что душа разделяется на две части и это надо «поправить», то есть убить одно тело. Обычно, младенца уносили в лес и оставляли там. Особенно не везло девочкам, от них избавлялись в любом случае. Если рождались девочка и мальчик, оставляли в живых мальчика, при рождении двух девочек, в лес относили обеих. Вот как все обернулось. Выходит, зря невинные жизни губили.
***
Уборка территорий вокруг деревни шла полным ходом. Никто не сидел без дела. Распределили, кто займется сухостоем вокруг селения, кто скосит высокую траву. Я вспомнила, что клещи не имеют глаз и действуют на ощупь. Они дышат дыхальцами на лапках, и налипшая зола мешает им дышать. Пришлось поехать в белокаменный дом. Посещение напомнило мне, как я впервые попала сюда. Тогда рядом был Денни, и мне было, как ни странно в тех обстоятельствах, спокойнее что ли, даже не могу точно определить свои чувства, но присутствие Денни меня поддерживало и не давало впасть в уныние, вселяя надежду на лучшее.
Глен помещал клещей в золу на несколько минут, потом перекладывал их полумертвых в банку, но через какое-то время клещи приходили в себя и снова начинали двигаться. Так мы выяснили, что зола отпугивает, но не убивает этих мелких паразитов. Ну, ее хотя бы можно использовать для отпугивания клещей от домов.
Свои подворья люди осыпали вокруг золой, бани у всех были, и еду готовили каждый день, печи топили для этого или пользовались очагами в летних кухнях и дворах, где готовили корм для животных. Еще одну полосу рядом с золой делали из песка. В домах запахло лавандой. Но было понятно, что это все лишь временно.
Срочно нужно было уничтожить, а не отпугнуть клещей.
После разговора с Тарием запретили уничтожать муравьев и птиц, которые были естественными врагами клещей. О всех наших нововведениях я рассказала Глену, чтобы он мог решить, нужно ли это кальширам.
Дома Глен вымачивал ткани в разных растворах, пробовал, что получилось на себе, чтобы как можно лучше обезопасить нас, занимался изучением мелких паразитов и влиянием их укусов на крыс. Методом проб и ошибок ему удалось создать средство, убивающее клещей, но не действующее на других животных. Сера и фосфор вызывали отравление маленьких насекомых, их гибель. Но важно было не навредить другим живым существам. Все это сложно.
Дозы, необходимые для маленьких насекомых, были
