Читаем без скачивания Ловушка - Патрик Квентин

— Возможно, это спрятано и не в холодильнике, Бак. Но мне кажется, что все-таки там. Сначала посмотри в холодильнике, а если не найдешь и у тебя будет время — обыщи все кругом. Ну что, думаешь, тебе удастся?

— Конечно, — Бак вскочил на ноги. — Не беспокойтесь. Считайте, что дело сделано. Я с полицейскими накоротке. До скорого, босс!

Сначала, после того как он ушел, к Джону вернулось хорошее настроение. Бак найдет то, что там спрятано. Но, сидя около зарослей тсуги, слушая, как поет дрозд и журчит ручей, он почувствовал, как его стало одолевать беспокойство. Ну, не дурень ли он — поверить сыну Стива Риттера! И что он, в сущности, знает о Баке? А если тот уже все рассказал отцу, и это всего лишь еще одна западня?..

И он вспомнил, как за ним гнались через лес. Появилось непреодолимое желание убежать, бросить эту бессмысленную, рискованную затею — скрыться в пещере. Ему нужно связаться с Вики. Это самое разумное, что следует сделать. И почему он до сих пор…

И когда мучительная нерешительность достигла предела — появился Бак, беспечно шествующий между деревьями. Невероятно, но он широко улыбался своей обычной простоватой улыбкой и — так же невероятно — нес под мышкой плоскую коробку из красной кожи.

Мальчик подошел и протянул ему коробку с небрежностью комического героя.

— Это то, что вам нужно? Было в холодильнике. Я сначала не заметил. Всюду смотрел и ничего не заметил, кроме бутылки джина. Потом увидел сверху какую-то металлическую полоску, а за нею щель. Я сунул туда руку и нащупал это. Браслет здесь, будьте покойны, браслет и еще куча всяких штучек. Ну, это было совсем нетрудно. Полицейский сидел в машине. Это был Джордж, мой приятель, старина Джорджи-Порджи. Он ужинал и меня даже не заметил. Я прошмыгнул сзади и прямехонько в коровник. И эта штука была в холодильнике, как вы и сказали. — Он провел рукой по своим колючим, стриженным ежиком волосам. — Раз, два и готово. Да, сэр!

Джон взял коробку в руки. От нетерпения пальцы плохо слушались. Щелкнул золотой застежкой и приподнял крышку. Первое, что он увидел, — браслет. Точно такой, каким его описала Энджел — широкая золотая лента и пять маленьких золотых пластинок, свисающих с нее. Некоторые были повернуты лицевой стороной вверх. Видны буквы: И… Д… А.. В коробке лежали и другие драгоценности: серьги, ожерелье, золотое кольцо с большим сверкающим камнем. Бриллиант? Но он едва взглянул на них. Другая вещь привлекла его внимание — катушка с магнитной лентой. Он вынул ее и перевернул. К катушке приклеена бумажка, и на ней его собственным четким почерком выведено: Мендельсон — «Морская тишь и счастливое плаванье».

Какое-то время он смотрел на катушку, раздумывая: это та пленка, которую я не нашел в гостиной. Потом, постепенно, им овладело возбуждение. Это последняя пленка, которую он записал. Рассчитана она на полчаса звучания. Мендельсон продолжается минут десять. Значит, в конце катушки оставалось почти двадцать минут свободной пленки.

Зная Линду, он угадал почти точно. Не любовные письма, а магнитофонная запись. Запись чего? Какого-то компрометирующего разговора? Вероятно. Даже наверняка… Когда он записал Мендельсона? Примерно неделю назад. Выходит, где-то в течение прошлой недели, после того как пришли отчеты о его выставке…

— Вот так номер! — донесся до него голос Бака. — А это что за штуковина? Лента от пишущей машинки, или что?

Не все ли теперь разъяснилось? У Линды — любовник. Кто? Стив Риттер? Считай пока, что Стив. После провала выставки Линда решает: «Джон не годится мне в мужья. Я нашла другого. Он подходит мне больше, но мне надо суметь это устроить». И Линда — будучи Линдой — подстраивает в гостиной компрометирующую сцену и украдкой включает магнитофон.

Успех достался ему так легко, что он прямо-таки обалдел от нахлынувших мыслей. Вынул кольцо и стал рассматривать. Камень — настоящий бриллиант? А жемчуг ожерелья, если не природный, то культивированный. Мог ли Стив Риттер позволить себе делать такие подарки? И если он был прав насчет Линды — разве это мог быть Стив, в любом случае? Разве Линда могла так глупо обманывать себя, считая, что дорога к лучшей жизни откроется перед ней с помощью Стива Риттера?

Нет, конечно же ее любовником был не Стив Риттер. Теперь он ясно это понял. Если бы и вправду Стив, она никогда бы не призналась. Признание было ложью — или полуложью. Подразумевалось, что любовник у нее есть, но этот любовник вовсе не Стив.

В таком случае — кто же? Кто-то из компании Кэри? Должно быть так. Брэд? Нет, это не Брэд. Брэд был в Нью-Йорке в то время, когда произошло убийство. Мистер Кэри? Но как это может быть, если в те месяцы, когда роман должен был развиваться, мистер Кэри лежал в больнице. Значит, Гордон Морленд?

Гордон Морленд — бегавший по лесу вместе с фермерами! Гордон Морленд, непримиримо враждебный, все больше и больше укреплявший Стива Риттера в его подозрениях!

Возбуждение почти опьянило Джона. Пленка была в его руках. Все, что нужно сделать, — достать магнитофон и прокрутить пленку. Тогда он все узнает. Где же можно прослушать ее? У Фишеров? А почему бы и нет? Магнитофон испорчен, но его можно починить. Да, утром он пошлет одного из ребятишек в Питсфилд. И когда проиграет пленку, когда узнает…

Все опасности, подстерегавшие его, внезапно показались ему мнимыми, ерундовыми — даже полицейские около дома.

— Послушай, Бак, ты сможешь уговорить полицейского пустить тебя в дом?

Лицо мальчика засияло от удовольствия:

— Вы, правда, хотите, чтобы я снова пошел туда — прямо в дом?

— Думаешь, тебе удастся его уговорить?

— Шутите! Я могу уговорить старину Джорджи-Порджи купить мне космический скафандр за двадцать пять долларов…

— Тогда слушай. Сделай так, чтобы он пустил тебя в дом. Увидишь магнитофон в гостиной, рядом с проигрывателем. Похож на переносной проигрыватель в кожаном футляре. Открой окно в гостиной, то, что обращено к лесу, выброси магнитофон на клумбу, и снова выходи через парадную дверь. Потом улучи минутку, забери магнитофон и принеси сюда.

— Здорово, — восхитился Бак. — Просто здорово! Вы только посидите и подождите. Вот и все. А Малыш Супер-Бак Риттер в момент выполнит свою миссию.

Он улыбнулся, ударил себя в грудь и скрылся между деревьями.

20

Гордон Морленд? Ожидая Бака, Джон сидел на солнце около кустов тсуги, раздумывая о своем возможном противнике. Гордон Морленд всегда производил на Линду сильное впечатление. Он был знаменитостью — тем, чем Джон должен был стать и не стал. И, кроме того, он был связан с Роз двойной связью — как с женой и как с сотрудницей. Идеальные условия для состязания. Линда, вероятно, была удовлетворена тем, что ей удалось увести мужа из этой шикарной пары, проводящей целые зимы в фешенебельных уголках Европы. Это снова было повторением той ситуации — с Паркинсонами и Рейнсами: разъедающее душу стремление соперничать с людьми другого, более аристократического круга. Линда, поймавшая в свои сети Гордона Морленда и выманивающая у него подарки; Линда, для которой этот роман был той изощренной тайной, которая укрепляла ее веру в себя, после провала своих надежд на быстрый успех Джона решила: «Надо заставить Гордона жениться на мне».

Теперь он сумел восстановить события. На днях, как раз перед тем, как пришло письмо от Чарли Рейнса, Линда пригрозила Гордону магнитофонной записью. «Разведись с Роз и женись на мне, а иначе…» Это могло бы повлиять на кого-то другого, например, на Брэда, но с Гордоном Морлендом не вышло. Гордон Морленд — вроде старого мистера Кэри, он сработан из гранита. Нет, Линде не удалось принудить его, ради нее, психопатичной, не имеющей гроша за душой женщины, бросить жену, чья поддержка была его куском хлеба с маслом и обеспечивала ему уютное, респектабельное существование в качестве кумира компании Кэри. На этом они столкнулись. И он попросил отсрочки? Вероятно. А потом… Конечно же! Эффектное появление Линды на дне рождения Вики было задумано не только для того, чтобы унизить его, Джона. Давно уже следовало понять, что с его женой все обстоит куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. Этим продуманным спектаклем Линда скрывала окончательную угрозу. И пока она рассказывала всей компании Кэри о его решении отказаться от места — она обращалась прямо к Гордону Морленду: «Видите? Джон окончательно доказал, что он мне не подходит. Ну и прекрасно. Если мне не удастся заставить его переменить свое решение, то это конец. Так что будьте готовы! »

И он приготовился. Линда во всеуслышание объявила о том, что у них была ужасная ссора, в которой Джон ее ударил, и что на следующий день он уезжает в Нью-Йорк… Все это было выложено Гордону Морленду и представляло удобный случай. Он мог убить ее и свалить вину на Джона. Он мог заказать цемент утром, когда Джон еще был в Стоунвиле и, следовательно, имел физическую возможность совершить преступление, а потом, после того как он отправился в Нью-Йорк…