турками в 1683 году, где косвенным виновником в глазах всего континента являлся французский король, эта оценка резко изменилась, и юстиц-советник майнцских курфюрстов (такой пост долгое время занимал Лейбниц) стал называть Людовика «христианнейшим Марсом». Ведь, согласно логике, «христианский король должен защищать христиан от варваров и еретиков (т. е. турок. –
Л. И.)[112].
Большое впечатление на германских князей, да и на всю Европу, произвела отмена Людовиком XIV в 1685 году Нантского эдикта, гарантировавшего свободу вероисповедания французским кальвинистам – гугенотам. Призванный монополизировать власть внутри страны, этот акт революционизировал религиозно-политическую доктрину протестантизма. Попрание принципов свободы совести параллельно с нарушением баланса сил на континенте обернулось для Людовика целым рядом неудач. Возможно, преследованиями гугенотов он рассчитывал на расположение Рима и нейтрализацию Вены. Но как папа, так и император считали, что французы преследуют не религиозные, а политические цели.
Стремление французского короля к конфессиональной гомогенности привело его к претензиям на роль первого католического правителя Европы, породившим опасения у других государств, что он стремится к новой «универсальной монархии». Не только политическая, но и конфессиональная угроза, исходящая от Франции, вновь сплотила большинство германских князей вокруг императора. Становилось очевидным, что Людовик играет роль защитника католической ортодоксии в Европе больше, чем роль традиционного защитника «немецких свобод». Так, по сравнению с 1648 годом ситуация в германских землях полностью изменилась. Французская внешняя политика во второй половине столетия способствовала подъему имперского патриотизма, и теперь уже император выглядел в глазах имперских чинов как защитник Вестфальской системы государств, а Франция – как нарушитель спокойствия. Это укрепляло позиции Леопольда на периферии Священной Римской империи и позволило сместить центр тяжести политики Вены в направлении Центральной и Восточной Европы и Юго-Западной Европы, что способствовало становлению монархии Габсбургов как великой державы. Параллельно укреплялись позиции территориальных германских княжеств как внутри Империи, так и в европейской системе государств.
Как оценивал международную ситуацию молодой Фридрих Август, мы не знаем. Свидетельства об этом отрезке его жизни довольно скудные. На всем протяжении войны за Пфальцское наследство было много маневров, но мало сражений. Фридрих Август был храбрым воином, но заявить о себе ему, скорее, не предоставилось возможности. И все же он на практике познакомился с реальностями войны и освоил искусство фортификации. Впрочем, значительную часть времени принц находился при венском дворе, где вел праздную жизнь и тратил свою неуемную энергию на развлечения. За это время его дружеские связи с Иосифом Габсбургом окрепли.
Зимой 1690–1691 годов отец отправил Фридриха Августа в Богемию с целью рассмотреть возможность его брака с одной из дочерей последнего герцога Лаенбурга. Из этой затеи ничего не вышло, к тому же принц заболел оспой. Во время восстановления после болезни он сочинял наброски стихов и читал исторические новеллы. Как младший сын молодой человек не имел прав на управление курфюршеством, и мог мечтать только, как замечал Вольтер, о вечной славе. После смерти отца 12 сентября 1691 года курфюрстом стал Иоганн Георг IV.
20 января 1693 года в Байрейте принц вступил в брак с Кристианой Эбернардиной, принцессой Бранденбург-Байретской (1671–1727). Скромная богобоязненная девушка сразу очаровала свою свекровь, которая до конца жизни относилась к ней симпатией, и свекра, который отнюдь не являлся образцом идеального мужа. Три года спустя в Дрездене родился их единственный сын Фридрих Август (1696–1763), будущий курфюрст Саксонии и король Речи Посполитой. Хотя этот союз был заключен по политическим мотивам, в первые годы совместной жизни казалось, что супруги довольны друг другом, несмотря на то что Кристиана вскоре после свадьбы узнала, что Фридрих Август страстно влюбился во фрейлину своей матери Софию Кессель, на которой обещал жениться. Пламенный роман остановила свекровь, срочно выдавшая замуж возлюбленную сына за маршалка Яна Хаугвица и отправившая новобрачных в Виттенберг. Но это была только первая капля в море разочарований Кристианы неверным мужем[113].
Пребывая в Италии во время карнавального сезона в Венеции, курфюрст Иоганн Георг IV заразился оспой и, не оставив завещания, 27 апреля 1694 года скончался. Неожиданно для себя его младший брат стал курфюрстом Саксонии под именем Фридрих Август I[114]. Когда 4 мая 1694 года английский посол Джордж Степни назвал нового курфюрста «Ваша Курфюршеская Светлость», тот откровенно признался, что «еще сам не верит, что титул принадлежит ему». Тогда же Степни заметил, что «мы (послы. – Л. И.) ожидали, что он заставит нас много пить, как часто делал раньше». Но оказалось, что «он оставил старый обычай, стараясь достойно начать управлять жизнью тех, кто от него зависел». Впрочем, подобной сдержанности молодого правителя, как показало время, хватило ненадолго. Английский посол также обнаружил в курфюрсте «отличное чувство юмора»[115]. Вместе с титулом Фридриху Августу теперь принадлежал и сложный мир большой политики, в который он активно и с готовностью окунулся.
Фридрих Август родился в Саксонии и стал ее правителем, что побуждает очертить основные этапы истории этого германского княжества. Маркграф Мейсена из династии Веттинов Фридрих I стал главным союзником императора Сигизмунда I Люксембурга во время его войн с гуситами (1419–1434). В награду за военную поддержку в 1423 году император пожаловал Фридриху герцогство Саксен-Виттенберг и титул курфюрста Саксонии. Новое владение Фридриха, вместе с его прежними владениями в Мейсене, стало называться Верхней Саксонией, а затем Саксонией. К 1485 году это княжество стало одной из самых крупных и сильных территориально-политических единиц в Священной Римской империи. Кроме Саксен-Виттенберга и мейсенских владений курфюршество включало в себя еще Тюрингию и ряд других земель. Но вскоре все изменилось. В июне 1426 года 25-тысячное войско гуситов нанесло близ Ауссига (Усти) поражение возглавляемой Фридрихом 75-тысячной имперской армии, после чего курфюрст, как говорят, от горя скончался. Его сыновья Фридрих II и Вильгельм в 1446–1451 годах вступили между собой в вооруженную борьбу за Тюрингское наследство. А в 1485 году его внуки Эрнст и Альбрехт подписали в Лейпциге договор о разделе между собой владений Веттинов. В истории Саксонии Лейпцигский раздел считается самой тяжелой ошибкой. Этот акт не позволил курфюршеству в дальнейшем играть первые роли в истории Германии и, возможно, способствовал как лавированию его правителей в политике, так и поискам ими других путей возвышения.
Так, курфюрст Фридрих III Мудрый (1486–1525) открыто не поддерживал знаменитого реформатора Мартина Лютера, но вместе с тем не препятствовал распространению его учения в Саксонии. После осуждения Лютера на Вормсском рейхстаге он предоставил ему убежище в Вартбурге. Только брат и соправитель Фридриха Иоганн Постоянный (1525–1532), став курфюрстом, открыто ввел лютеранство в своих владениях, перейдя на сторону протестантов. В 1531 году Саксония вместе с Гессеном возглавила оборонительный
