Нужна помощь!
Однако, людей не было, а те кто были лишь исподтишка наблюдали за разворачивающимся скандалом.
— Митя… Митенька, — изволочилась она, — пожалуйста…
— Не тронь ее! — вышел из-за спины матери Герман.
С храбрыми глазами, стальным голосом, он встал между родителями.
— Не тронь! — смело отрезал.
— Щенок! — зло процедил мужчина. — Да, я вас обоих закопаю…
Но не успел. Поспевшие соседи, кто был посмелее, уже бежали на помощь. Крики. Возня. Скандалы. Полиция.
Безжалостное лицо мужчины, несчастное женщины и обреченное мальчика...
Этот вечер закончился именно так. Больше Герман ко мне не приходил. Больше не было нашего места. Не было общих секретов. От него у меня осталась лишь рогатка.
Глава 11
«Выходи» — пришло смс от Белова. Просто и ясно. Этот парень был столь уверен в себе, что опрометчиво посчитал, что я дома. Однако, дома меня не было.
Прикусив губу, я покосилась на парня, сидевшего напротив. Он с интересом за мной наблюдал, лучезарно улыбнулся и подмигнул.
— Что, Улька изводит? — поинтересовался Вася.
— Почему сразу Фролова?
— Пф-ф, а кто ж еще! — закатил свои темные глаза юноша. — Только Улька может изводить, — цепко ухватился за эту ложную мысль.
Однако, дело было не в смс, а в том, что за пренебрежительным тоном Вася скрывал свою симпатию к моей подруге. Он не упускал случая начать о ней разговор, наивно полагая, что ни капли заинтересованности в его тоне не прослеживалось.
— Она там еще хоть жива? — фыркнул и отвернул голову к стене, отведя взгляд.
Усмехнувшись, покачала головой.
— Васька, это не Улька.
— А кто? — без былого интереса спросил. Теперь по-настоящему.
— Знакомый, — не стала вдаваться в подробности. — Так, что за срочность такая?
— Дунька, я что не могу просто с тобой увидеться? — пылко возмутился Васька, едва локтем не опрокинув чашку с чаем.
Помявшись, растянула на губах виноватую улыбку.
Мог. Конечно мог. Тогда почему большинство времени молчал?
Пришло еще одно смс.
«Я жду».
Прикусив губу, быстро напечатала.
«Я не могу выйти».
С Васей беседа не клеилась. Обсуждать нам разве что и было, что Фролову. В остальном же мы молча цедили чай, час от часу натыкаясь на друг друга неуверенными взглядами, чтобы затем поспешно отвернуться. Васька мялся, стеснялся и нервно дергал ногой под столом. Хотел что-то сказать, но не решался. Мы уже узнали, как у друг друга дела и, получив в ответ «нормально», все вопросы были исчерпаны.
Неловкость разбил звук очередного смс.
«Почему?»
«Я не дома.»
— В общем, — подал робкий голос парень, откашлявшись, — тут такое дело…
Со всей серьезностью я посмотрела на Васю, и он уже было нашел в себе слова, как очередной звук его прервал.
— Ответь, — раздраженно брякнул, нахмурившись.
— Извини…
«Я в курсе, где ты. И жду тебя уже десять минут под кафе.»
Без труда представила эти плотно сжатые губы, двигающиеся скулы и колкий взор, отчего поежилась.
Как? Как он узнал?
В суматохе зыркнула по сторонам, но в кафе парня не было.
«Выходи.»
Даже обычный текст в его исполнении звучал напряженно, требовательно, с капризными нотками.
«Я не могу».
«Если через пять минут не выйдешь, я зайду сам».
Не сомневалась, что так оно и будет. Зайдет… Еще как зайдет!
С кислой миной отложила гаджет, обращая все внимание на Васю.
— Так, что ты хотел сказать?
— Дунь, тут такое дело, — почесал нос, — ты… Ты не могла бы мне одолжить немного денег?
А я думала просто так увидиться хотел… Как же! Говорила мне Фролова, хоть иногда снимать свои розовые очки!
— Вась, я бы с радостью, — отказывать мне было не менее неудобно, нежели ему просить, — но у меня нет.
И правда. В библиотеке миллионы не заработаешь…
Парень поморщился, уставшие красные глаза исподлобья на меня гневно и обиженно зыркнули.
— Ну как же! — фыркнул. — Предки по миру мотаются, а ты бедная сиротка. Не хочешь, так бы и сказала.
Упреки в мою сторону были незаслуженные, но я привыкла. Отчего-то все были уверены, что если мои родители колесили по миру, то денег у нас куры не клюют. Однако, эти люди забывали, что прежде всего они были учеными. Их постоянно хвалили, ими гордились и благодарили. Но, как известно, на одних благодарностях сыт не будешь…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Вась…
— Ой, Дунька, хватит из себя невинность строить! Тоже мне святоша! — окинул меня брезгливым взором.
Гадости летели в мою сторону часто, я привыкла пропускать их мимо ушей. Каменная маска — единственная моя защита. К тому же, он это так… сгоряча. Васька он хороший… Честно! Просто отказов не любил.
— Мне эти бабки позарез нужны! — хлопнул кулаком по столу. — Они с меня шкуру спустят…
— Кто? — тотчас же всполошилась. — Вась, кто?
Закатив глаза, парень не ответил.
— Если с тебя эти деньги требуют, давай обратимся в милицию. Я уверена…
— Боже! — рыкнул. — Почему ты такая тугая? Ты можешь меньше вопросов задавать и не совать свой нос куда не просят?
Не стала напоминать, что он меня позвал. Колкие слова задели. Возможно, мне действительно были непонятны некоторые вещи, но это не делало меня глупой.
Встав, я из кошелька достала купюру и тихо положила на стол. Это были последние сбережения… Но до зарплаты, что там… Рукой подать! Неделю можно потерпеть! Эти деньги Васе нужнее. Не стал бы он на ерунду просить… Точно не стал бы! Без стеснения его рука потянулась к купюре. Несмотря на меня, парень пробормотал себе под нос слова благодарности.
— Отдашь как сможешь, — пожала плечами и накинула куртку.
— Спасибо, Дунь. Ты прости, что я так, — сразу же приобрел заискивающие нотки тон Васи. — Просто мне очень нужны и…
— И некрасиво у баб деньги клянчить, — закончил за него другой голос. Более грубый, уверенный и твердый.
Резко я обернулась, натыкаясь на раздраженного Белова. Тот прожигал своими пронзительными омутами Васю. Медленно его голова наклонилась вбок. Не в угрозе, но предупреждении. Подобно хищнику, он сощурился.
— Щуплый, ты совсем охренел? Работать не пробовал, а не бегать клянчить?
С презрением он покосился на купюру, что была зажата в пальцах Васи.
— Я… — сглотнул он, передернул плечами и брякнул, — не твое дело.
Лицо Германа приобрело насмешливое выражение. Погладив гладко выбритый подбородок, Белов сделал шаг вперед.
— Герман! — встала у него на пути. Наконец-то внимание упрямца обратилось на меня. В привычном жесте, он приподнял бровь, ожидая моих дальнейших слов. — Я сама дала ему денег. Не трогай его!
— Мышь, а с тобой мы позже поговорим, — усмехнулся и неуместно щелкнул меня по носу. — Иди в машину. — мягко подтолкнул в спину.
— Никуда я не пойду!
— Мышь, — угрожающе рыкнул.
В неуверенности обернулась на Васю. Тот с деланным безразличием за нами наблюдал. Хмыкнул и, махнув рукой, бросил:
— Увидимся, Дунька!
Без слов Белов вырвал из моих рук красную шапку, натянул мне на уши, вручил в руки ключи и наказал:
— Шуруй.
Когда я шла на выход из кафе, несколько раз оборачивалась, точно готовая сорваться с места и вернуться, но парни стояли на расстоянии. О чем-то тихо переговаривались. Похоже, они были знакомы… Откуда только?
Надеяться, что Белов ответит мне на этот вопрос было глупостью. Снова шутки шутить станет.
В стареньком бумере было холодно, но приятно пахло. Германом. Несколько раз я подпрыгивала, когда дверь кафе с хлопком открывались или же напротив закрывалась. Я вся была сплошной нервный комок, а парни все не выходили. Было ли им что выяснять? И зачем Белов вообще пошел за мной? Дверь в очередной раз хлопнула и знакомый силуэт неспешной походкой направился к машине, я тихо выдохнула. Кажется, все хорошо… Мне ли не знать, тягу этого непоседы к всякого рода приключениям. Дверь с водительской стороны открылась, Белов плюхнулся на сиденье. Достал из кармана куртки пачку сигарет.
