Маркиз не двинулся с места. Смотрел на Саманту и рокового соблазнителя, терзаясь мыслями о том, что они уже нашли друг друга, они уже одно целое, что, очень может быть, к тридцати одному году почувствовав ответственность за графский титул, Лайонел решил наконец жениться. А можно ли найти невесту красивее Саманты Ньюман?
Вальс длился бесконечно. Полчаса невыносимых мук! Когда музыка наконец стихла, Хартли проследил, как Лайонел проводил Саманту к группе молодых людей. Маркиз узнал среди них лорда Фрэнсиса Неллера, он не раз встречал его в Челкотте. Неллер – друг Торнхилла, приятный молодой человек, хотя и завзятый франт. Вот Лайонел учтиво откланялся и отошел.
А вдруг не так все плохо? Вдруг они просто знакомые – и даже не слишком близкие знакомые – и Лайонел просто пригласил Саманту на танец? Балы для того ведь и предназначены, чтобы на них танцевали.
И все же Хартли не испытывал ни малейшего желания и дальше оставаться в зале. Не хотел, чтобы Саманта увидела его. Он огляделся в поисках своих друзей – оба были заняты разговором. Бридж с Мьюиром, хорошенькая дочка которого блистала на другом конце зала. Он уйдет один, решил Хартли, дойдет до дома пешком, отсюда не так далеко.
Но в дверях Хартли оглянулся. Не выдержал, хотел в последний раз взглянуть на Саманту. В той компании ее уже не было. Он поискал глазами – Саманта медленно пробиралась к дверям, с кем-то здороваясь по пути, улыбаясь знакомым. Она шла по направлению к нему, хотя не похоже, что она его заметила.
Хартли сделал еще несколько шагов и оказался на лестничной площадке перед входом в зал. Он намеревался поскорее, как только позволит нога, спуститься по лестнице, чтобы Саманта не успела выйти из зала и не увидела его, но вдруг передумал и остановился. Что страшного, если он поздоровается с ней, увидит, как оживятся ее глаза, когда она узнает его, получит еще одну ее улыбку? В последний раз! Завтра он отправится в обратный путь, в Йоркшир. Лучше бы ему и не уезжать оттуда! Маркиз остановился в ожидании Саманты.
Она стремительно вышла из дверей зала и направилась к лестнице. Маркиз стоял на ее пути, но она его не замечала. Она казалась рассеянной и была точно в смятении – то ли устала от вальса, то ли от присутствия множества людей. Тогда маркиз преградил ей дорогу. На мгновение ему показалось, что она обойдет его стороной, даже не взглянув на него, но она взглянула.
И остановилась как вкопанная. Выражение лица у нее мгновенно изменилось, она вся просияла и заулыбалась.
– Мистер Уэйд! – удивленно и радостно воскликнула она. – Что за чудо! Ах, если бы вы знали, как я счастлива видеть вас!
И она протянула Хартли обе руки. Он взял их в свои, мельком отметив про себя, что она ни на секунду не замешкалась и даже не взглянула на его правую руку в шелковой перчатке, и просиял в ответной улыбке.
– Здравствуйте, мисс Ньюман, – сказал он. Саманта не верила собственным глазам: что он здесь делает? Очевидно, кто-то из его знакомых раздобыл ему приглашение. Одет он был превосходно, хотя, быть может, излишне строго, – коричневый фрак с белым жилетом и жабо. Однако совсем не важно, как случилось это чудо, важно, что оно случилось. Если бы она, выйдя из бального зала, могла надеяться встретить кого-то, она подумала бы только о нем одном.
Впрочем, Саманта не стала размышлять по этому поводу. – Как вы здесь оказались? – спросила она и, не дожидаясь ответа, продолжала:
– Ах, я и не мечтала вас встретить! Как это замечательно! Я счастлива, что снова вижу вас!
Саманта никак не могла прийти в себя после вальса с Лайонелом, страх и уныние овладели ею, и вдруг эта неожиданная встреча с близким другом. С человеком, в котором она нуждалась сейчас больше всего на свете. Она и не надеялась когда-нибудь снова его увидеть – и вот он здесь, перед ней! Саманта не могла сдержать свою радость.
– В зале толпа и ужасно душно. Не выйти ли нам в сад? – сказала она. – Вы прогуляетесь со мной? – Саманте никогда еще так сильно не хотелось уйти подальше от светского сборища.
– С большим удовольствием, – ответил Хартли, подставляя ей левую руку, и в глазах его засветилась ласковая улыбка. Саманта так любила эту его улыбку, она словно согрела ее всю, до кончиков пальцев.
Он в первый раз подставил ей руку, отметила она, а ведь они исходили немалые расстояния, гуляя по хаймурскому парку. Здесь он тяжелее припадал на правую ногу и медленнее шел, чем в Хаймуре. Чтобы выйти в сад, предстояло спуститься по лестнице. Хартли помогал себе, ведя правой рукой вдоль перил.
Встречавшиеся им дамы и джентльмены бросали на маркиза любопытные взгляды и тут же отворачивались. Несколько мужчин поздоровались с ним. Один из них, как заметила Саманта, после приветствия зашептал что-то на ухо своей жене.
Саманта продела свою правую руку под его левую. Пусть в глазах света он никто и многие из присутствующих на этом пышном балу сочтут, что ему совершенно незачем было появляться в столь знатном обществе, но он ее добрый друг. Пусть только кто-нибудь попробует бросить пренебрежительную реплику – этот человек будет иметь дело с ней!
По случаю приема в саду на ветвях деревьев висели гирлянды разноцветных лампочек, на террасе горели фонари. Сад был небольшой, но так удачно распланирован, что казался большим и уединенным. Трудно было поверить, что они в самом центре самого большого и самого делового города Англии. А может, и всего мира.
Саманте пришла в голову неожиданная мысль, и она мягко засмеялась.
– Случайно не вы ли, мистер Уэйд, планировали этот сад? – спросила она.
– Вы угадали, мисс Ньюман! – Хартли тоже засмеялся. – Это было несколько лет назад, один из первых моих проектов. Я вычертил план по просьбе старого барона, отца теперешнего барона Рочестера. Старый барон завершил работы перед самой своей смертью.
Саманта снова засмеялась.
– Я могла бы и догадаться, – сказала она. – Так вот почему вы приглашены сегодня. Однако вы даже не сказали мне, что собираетесь в Лондон. Как нехорошо с вашей стороны! Вы понадеялись, что я не встречу вас и не узнаю, что вы были в Лондоне? А я-то думала, что мы друзья!
Саманта говорила это легким тоном, словно бы и не всерьез, но чувствовала себя задетой. Не так ли все и есть на самом деле?
– Я и сам до последнего дня не предполагал, что поеду, – сказал Хартли. – И очень надеялся, что увижу вас. Я пришел сюда сегодня с намерением поздороваться с вами и узнать, помните вы меня или уже забыли…
– В самом деле? – Саманта почему-то очень растрогалась: какое бы дело ни привело его сюда, он предполагал разыскать ее только для того, чтобы поприветствовать. Однако даже если он автор этого сада, он был всего лишь служащим у старого барона, которого теперь к тому же нет в живых. Не так-то легко ему было получить приглашение на столь великосветский бал. Ну да, он джентльмен, но одно это обстоятельство не обеспечивает ему свободный вход на светские приемы. – Безусловно, я помню вас. Наши прогулки по парку и беседы – самые приятные воспоминания в моей жизни.
