Джордж Монбайэт написал книгу о пагубности любого глобального повышения температуры. Он говорит, что изменение климата просто разрушит условия, в которых живет человек, что изменение климата является самой главной задачей, которая должна стоять на первом месте. Но сокращение странами ОЭСР выбросов на 96% к 2030 году подорвет всю экономику, основанную па природном топливе. Автор весьма расплывчато представляет общие расходы, но убеждает нас в том, что они не приведут к экономическому краху. При этом он предполагает, что за 23 года мы должны принципиально перестроить энергетику и транспортную систему во всем мире. Это приведет к прекращению воздушных перелетов и введению системы нормирования выбросов СО„, похожей на систему нормирования потребления энергии, введенную в Великобритании во время Второй мировой войны.
Мне кажется, что нам необходимо обсудить, будет ли польза от таких радикальных действий превышать расходы. Экономисты категорически это отрицают. Однако Монбайэт отказывается участвовать в таком диалоге, так как «это аморальный анализ». По его мнению, когда мы говорим о выгоде, мы не можем почувствовать страдания людей, вызванные ураганом Катрина, оценить стоимость унесенных наводнением жизней и стоимость нарушенной экосистемы или самого климата.
Этого аргумента недостаточно. Аргументация Монбайэта и большинства сторонников сильного сокращения выбросов СО,, очень похожа на долгую дискуссию, участники которой пытаются оценить все — от людей 6*
до экосистем, которых нужно спасти. Убеждая нас в необходимости подобных расходов, он заявляет, что поскольку климат будет воздействовать исключительно на все живое на Земле, мы должны быть готовы к жертвам. Он считает, что мы должны своим авторитетом поддержать трудную миссию поколения — за 23 года сократить выбросы СО., на 96 %. Но тогда нашего авторитета и усилий не хватит па решение многих других трудных задач, стоящих перед миром, — борьба с ВИЧ-инфекцией, малярией, голодом и борьба за чистую питьевую воду. Монбайэт действительно делает все возможное, чтобы расставить приоритеты.
По-видимому, Монбайэту кажется неправильным измерять все одной денежной единицей, особенно долларом. Его недовольство мне понятно, потому что в этом случае внимание общественности будет привлечено к суровым последствиям наших действий и, более того, методика очень сложна. Но если нам надо провести сравнения во многих различных и несопоставимых областях, очень важно, чтобы мы сохраняли объективность, и экономический подход помогает нам в этой нелегкой задаче.
Вместо этого Монбайэт и многие другие, увлекаются простой риторикой. Он считает, что бессмысленно торговаться за воздушное сообщение и его роль: «Следует ли жертвовать стюардессой каждый раз, когда кто-то в Эфиопии умирает от голода?» Это звучит весьма впечатляюще, но абсолютно не относится к делу. Пожалуй, прекращение воздушного сообщения — не лучший способ помочь голодающим Эфиопии.
Так как использование воздушного транспорта составляет сегодня около 3,5% оказываемого на климат воздействия, и к 2050 году будет составлять около 5%, даже полное прекращение полетов — огромной ценой, — принесло бы очень мало пользы жителям Эфиопии. Поскольку выполнение условий Киотского протокола в полном объеме оказало бы воздействие на климат эффективнее, чем полное прекращение воздушного движения, и, несомненно, было бы значительно дешевле, Монбайэт, в сущности, предлагает, чтобы мы платили больше за меньший результат. Монбайэт собирается уберечь от голода менее 2 миллионов человек, в то время как в 10 раз меньшее количество денег могло бы спасти 229 миллионов гораздо быстрее и эффективнее.
По мнению Монбайэта, сравнение затрат и выгоды означает, что «вы провели слишком много времени со своим калькулятором и очень мало времени уделили людям». И все-таки я возражу: каждый раз вы помогаете 5 тысячам эфиопов, Монбайэт помогает только одному. Следовательно, вы также больше беспокоитесь о людях.
Неэтично сравнивать затраты и выгоду, но вполне этично узнать, как помочь наилучшим образом.
Вот почему экономический анализ соотношения выгоды и затрат, проведенный ведущими специалистами в этой области, показывает, что изменение климата — реальный процесс, и нам следует что-то предпринимать, но показатель сокращения выбросов не должен быть очень высоким. В последнем обзоре анализируются предыдущие исследовании:
Результаты этих исследований показывают, что нужно сократить выбросы парниковых газов до уровни ниже обычного, рекомендуемого ранее, но предлагаются умеренные сокращения.
Такой была новейшая экономика до октября 2006 года, когда вышел шестисот страничный доклад Британского правительства, составленный под руководством экономиста сэра Николаса Стерна. Этот доклад привлек всеобщее внимание. Автор доклада показал свое, видение изменения климата, которое было удачно представлено в сжатой форме в The New York Times: он «предсказал апокалиптические воздействия изменения климата, включая засухи, наводнения, голод, стремительное распространение малярии и исчезновение многих видов животных. Все это будет происходить в рамках жизни нашего поколения, если срочно не будут предприняты какие-то действия».
Два главных экономических пункта доклада очень просты в понимании. Первое: Стерн считает, что общие затраты и убытки, связанные с изменением климата, составят от 5 до 20% ВВП сейчас и впредь. В докладе подчеркнуто, что это эквивалентно убыткам от великих войн и экономической депрессии XX века. Второе: серьезные меры, направленные против глобального потепления, обойдутся всего лишь в 1 % от ВВП.
Фактически у всех сложилось мнение, что Стерн провел анализ затрат и пользы и показал, что польза составит 20%, а затраты — только 1 %, представляя действия, направленные против изменения климата, простейшей задачей. Это сделало Стерна очень популярным. Британский министр по проблемам окружающей среды заметил: «Ник Стерн теперь звезда в мире изменения климата».
Несмотря на это в последнее время вышло множество научных работ, в которых Стерна серьезно критикуют, называя его доклад «политическим документом»,и не скупясь на такие слова, как «не отвечающий никаким требованиям», «нелепый», «некомпетентный», «глубоко ошибочный» и «непродуманный, неубедительный». Хотя перечень замечаний достаточно длинный, я думаю, достаточно указать на три момента.
1. Научная часть обзора представлена в сильно преувеличенных выражениях, присущих фильмам ужасов. «Обзор не дает четкой картины научного понимания вопросов, связанных с изменением климата», и его «анализ ожидаемых воздействий возможного глобального потепления последовательно и избирательно настраивает на худшее, вселяя неоправданную тревогу». Так как обзор, несомненно, был рассмотрен компетентными экономистами, беспокоит столь широкое распространение его паникерских интерпретаций происходящего.
2. Стоимость ущерба, причиняемого изменением климата (и выгода от немедленных действий), очень завышена. Несколько научных работ указывают, что «обзор Стерна не содержит новых фактов или даже новой модели». Как же он может делать настолько нестандартные выводы? Оказывается, что авторы обзора несколько раз подсчитали убытки и произвольно увеличили их в 8 или более раз в соответствии с новыми и предположительными ценовыми категориями, которые никогда не рассматривались независимыми экспертами. В то же время в обзоре изменено значение основного параметра во всех анализах соотношения расходов и пользы в сторону существенного увеличения ущерба. Странно, но этот параметр не используется при расчете приведенных ниже расходов, что могло бы помешать принятию ответных мер в области политики. Этот параметр также сильно не согласуется с нашим сегодняшним поведением: он предлагает нам сберегать 97,5% от нашего ВВП для будущих поколений. Это заведомо абсурдно — сегодня нормы сбережения ВВП в Великобритании составляют 15%.
3. Расходы на такие действия крайне занижены, в духе хорошо известного «оценочного оптимизма», который с 50-х годов был заметен в очень заниженных оценках расходов на ядерную энергию. Стерн необоснованно предполагает, что расходы на возобновляемые источники энергии снизятся к 2050 году в 6 раз. В то же самое время он не учитывает расходы на проекты после 2050 года, хотя эти расходы возрастут и будут оставаться весьма существенными еще долгое время.
Это означает, что разница между научной литературой и докладом Стерна, который не прошел предварительное рецензирование, огромная. В исследованиях ущерб, наносимый глобальным потеплением, составляет около 1 % от ВВП, а расходы примерно 2%. Важно отметить, что вы не можете просто сравнивать эти две статьи расходов, потому что их несение не означает, что возмещен весь ущерб. Но r целом несение расходов, составляющих 2%, при приросте в 1 %, — это невыгодная сделка, и поэтому экономические анализы соотношения расходов и выгоды рекомендуют умеренные сокращения выбросов СО,,. Однако Стерн не проводит анализа соотношения расходы/выгода, и в основном описывает стандартную экономическую картину, не внося новых аргументов: ущерб, размер которого далеко не соответствует предшествующим значениям, и значительно более оптимистичные затраты. Более того, Стерн сам признается, что, действительно, не проводил никакого изучения затрат и выгоды — понятно, ему только следовало бы сравнить затраты с частью ущерба, который был предотвращен.
