на глубине от вершины в пять аршин две небольшие груды камней и род площадки, выложенной плитами, на три аршина глубже еще пять плоских груд, или каменных помостов, сложенных из булыг в два яруса. Наконец, на глубине в 13 аршин, т. е. в основании кургана, нашли семь отдельных каменных груд, также частью в виде более или менее правильных помостов, частью же в виде громадных куч булыжников. По самой подошве под всей насыпью расстилался черный слой с вкрапинами угля, на котором между упомянутыми грудами найдены четыре обгорелых бревна. Вся подошва была обнесена каменной оградой около двух аршин толщиной, причем наружная ее сторона состояла из ряда огромных валунов, а внутренняя тонкая стенка из плит, пустое же пространство в аршин между ними было забито мелкими камнями со щебенкой и сверху прикрыто плитами. Кроме того, в насыпи было найдено немного разбросанных обломков костей, железа и бронзовой проволоки, развалившийся глиняный горшок с кусками какой-то черной обугленной массы (животного угля, быть может, от сожженного мяса), с остатками коры или бересты, которой, по всей вероятности, был накрыт горшок. Наконец, в подошве кургана найден только небольшой слой сожженных костей. Но снаружи насыпи было обнаружено целое языческое могилище, заключавшее 14 погребенных трупов. Снаружи могильник не имел никаких признаков, но внутри был продолговатой формы и как бы огибал круглую подошву кургана. Ряды лежавших в нем скелетов следовали за кривизной насыпи и постепенно вследствие этого изменяли свое положение. Из числа трупов два было женских. При некоторых скелетах оказались кое-какие предметы украшений, как кольца, бусы, пряжка, затем костяной гребень, несколько ножей и обломок венедской монеты XI века.
В летописи Ипатьевского списка мы видим указание на то, что уже в XII веке жители Ладоги находили в земле разные украшения и старинные вещи. Летописец, как видно, был в Ладоге во время построения в ней каменного городища, о котором он и сообщает, между прочим, в одном месте летописи: «В се же лето Мстислав заложи Новгород болии первого. В се же лето заложена бысть Ладога камением на присне Павлом посадником, при князе Мстиславе. Пришедшю ми в Ладогу, поведоша ми ладожане, яко еде есть, егда будет туча велика, и находят дети наши глазкы стеклянный, и малый и великыи, провертаны, а другие подле Волхов берет, еже выполаскивает вода, от них же взях более ста; суть же различии». Из дальнейшего разговора летописца с ладожанами видно, что они связывали нахождение бус на размытом дождем или волнами Волхова берегу с грозой, тучами и другими явлениями природы. Они считали это дивом и, очевидно, им не приходило в голову, что они находят остатки украшений, которые носили люди, жившие здесь задолго до них.
Раскопки курганов с научной целью, т. е. археологические, стали производиться уже в гораздо более поздние времена. Волхов в этом отношении был счастливее всех других исторических мест в России, на его берегах были произведены первые археологические раскопки. Но многие курганы, как здесь, так и в других местностях, были разорены и разграблены еще в древности и, конечно, без всякой научной цели, а просто с желанием поживиться. Немые, загадочные холмы — «сопки», как называют их обыкновенно, давно уже интересовали людей, а предания о богатых кладах, зарытых в них, разжигали интерес. На это хищническое опустошение курганов Волхова указывает Штрандман, оставивший в 1816 году рукописное описание курганов России и Сибири. Передавая, что в Старой Ладоге, в одном кургане, около 1774 года были выкопаны какие-то необыкновенной величины человеческие кости, Штрандман указывает на огромный курган ниже Ладоги, глубоко разрытый кладоискателями.
По сообщению Гюссена, издавшего в 1773 году в Лейпциге описание Петербурга, еще до 1710 года евангелическим пастором Толлем была совершена археологическая экскурсия за Шлиссельбург и Старую Ладогу для курганных раскопок. Тогда же были найдены им многие древности, поступившие потом в частную собственность. Здесь же производились в шестидесятых годах прошлого столетия раскопки В. Прохоровым и некоторыми другими археологами, но результаты или неизвестны, или незначительны. Самые ценные и осязательные результаты дали раскопки в семидесятых и восьмидесятых годах прошлого столетия, произведенные вышеупомянутым Н. Бранденбургом. Он же производил раскопки Рюриковой крепости и нескольких разрушенных церквей, исчезнувших с течением времени под земляными насыпями.
Раскопки крепости, основательно уже к тому времени разрушившейся и ушедшей в землю, обнаружили все разнообразие ее переживаний и дали разнообразные остатки людей разных племен и разных состояний, перебывавших на ее области чуть не с доисторических времен. Наряду с медвежьим зубом с просверленным отверстием и небольшим каменным диском с отверстием в центре, т. е. предметами, которые могут быть отнесены к доисторическим временам, можно встретить среди находок рыцарскую шпору, рукоятку шпаги или даже медную полушку 1735 года.
Бранденбург тщательно исследовал внутренности всех башен, глубокие сводчатые входы и переходы которых смущали жителей и возбуждали всевозможные разговоры о таинственных подземных и подводных ходах. Мы приведем здесь только некоторые описания исследований найденных предметов, по которым можно судить о характере находок и во всем городище.
«При очистке пола башни от покрывавшего его черноземного слоя, в последнем было найдено довольно много различных предметов, как: ручной мельничный жернов, железная оправа от заступа, обломок копья, цепь с крюком, железный ковш, три ножа, таган, кирка, ключ, большой дверной замок, конская подкова, сапожная подковка, род костяного свистка, черепки глиняной посуды (некоторые с поливой, другие грубые, с древними украшениями, свойственными курганному периоду), обломки железа, гвозди, много костей животных, осетровая шелуха и кости, угли и пять чугунных ядер. Подобный характер находок может указывать, что в этой части башни находились в свое время более или менее постоянные обитатели, даже готовившие здесь себе пищу». В другом месте было найдено следующее: «Грубые (без поливы) глиняные черепки, из которых на одном характерный орнамент (рисунок) курганного периода (волнообразный), часть конской подковы древнего образца, железный вбивной в стену светец, подсвечник, нож, железное кольцо и плоская глиняная бляшка с отверстием».
Раскопали также место исчезнувшей Тайничной башни, «где находилась большая седловина, покато спускавшаяся к Волхову. Вскоре после начатия работ среди этой седловины был обнаружен незначительный остаток каменной сводчатой перемычки, при окапывании которой оказались по бокам две каменные параллельные стены, шедшие по направлению к реке, а между ними ступени каменной лестницы, спускавшейся туда же. Очевидно, что здесь были найдены остатки именно того тайника, который вел к колодцу под башней. При дальнейшем производстве работ открылась и вся лестница, имевшая в ширину четыре аршина и составлявшая один марш в 21 ступень на протяжении четырех сажен».
Между прочим, Бранденбург упоминает об
