Опустим детали, которые Вы можете найти у высокого толкователя древней мудрости, и взглянем на результат концептуального восстановления («оживления») символа. Приведу его как пример метода.
Итак, структура концептуальной схемы пятого Аркана представляет собой пентаграмму, в которой четыре компонента связаны попарно и парами, а вместе они порождают пятый.
Эти четыре компонента суть следующие свойства любой целостности (качества):
• качества Огня – активные, генерирующие, инициативные, дающие;
• качества Земли – пассивные, принимающие, наполняющие, сопротивляющиеся;
• качества Воздуха – активные, синтезирующие, разнообразящие, порождающие;
• качества Воды – пассивные, завершающие, исполняющие, проявляющие.
Эти компоненты связаны попарно отношениями взаимодействия, и между парами – отношением продолжения. Каждой комбинации элементов этой четверки соответствует только один элемент из пятого множества – множества видов индивидуальных свобод.
Итак, пятый элемент структуры – индивидуальность как особенный тип свободы, свободы пассивной. Это свобода использовать или не использовать свою уникальную индивидуальность, обусловленную сочетанием конкретных свойств из четверки.
Сознаю, что это чрезвычайно абстрактное описание концептуальной схемы символа. Но и чрезвычайно богатое (по причине закона об обратном соотношении содержания и объема понятий).
Попробую теперь продемонстрировать это на примере. Любой человек, совершая что-либо, задействует ряд своих качеств. Существенными из них являются те, которые издревле выражаются стихиями Огня, Земли, Воздуха, Воды (иначе – категориями «желать», «терпеть», «сметь», «знать»). Полнота и сила задействованпя этих динамических качеств дает особенный результат проявления исходного импульса (Огня), без которого действия вообще нет. Но помимо конечных результатов этого процесса (который осуществляется всей четверкой качеств) происходит и нечто другое – формируется индивидуальность деятеля. Эта индивидуальность, с одной стороны, – есть след особенного сочетания проявленных динамических качеств, а с другой стороны – характеристика его индивидуальной, неповторимой свободы. Чем полнее проявленные качества, тем больше свободы, тем ярче индивидуальность.
Все это можно применить и к человеку, и к команде, и к организации, и к государству, и ко всему человечеству, ко всему, что действует. И тогда становятся понятными как следствия многие феномены природы деятельностей. Скажем, деятельность, в которой слишком много качеств Земли (или Огня, или любой другой стихии), обречена на несвободу. Ее активность тратится только на то, чтобы, «терпеть», или «хотеть» и т. д. Организация, в которой не уравновешены качества четверки, никогда не приобретает той свободы, которая нужна ей для действительного развития себя, своей деятельности.
Можно сказать, что при этом она непрерывно занята исправлением своей деформации. Индивидуальна ли она? Конечно же, она необыкновенно индивидуальна в этом своем «исправительном» труде! Но много ли проку в такой индивидуальности? Ведь свобода, которая возникает при уравновешивании качеств, пассивна в том смысле, что ее можно направить куда угодно. Об этом пятый Аркан молчит, но говорят другие.
...
«Аркан V есть учение о пассивном начале человеческого существа, о самосознании монады, выливающемся в Мир Духа в пассивную индивидуальность, а в Мире Бытия, управляющем и созидающем облик человека, его душу и утверждающем его законы и возможности… У каждого человека есть своя бесконечность, которая может совпадать с другими лишь весьма незначительной своей частью». [95]
Что я сейчас, собственно, делал? Я «оживлял», то есть интерпретировал один из символов учения Гермеса Трисмегиста, приводя свою интерпретацию ко все более строгой концептуальной схеме. Затем уже интерпретировал эту схему на примере поведения компании. Надеюсь, Вы уловили идею метода?
Если в ходе освоения какой-то предметной области Вы решаетесь принять наблюдаемое за символ, то Ваша дальнейшая работа разворачивается как установление (восстановление) связи между символом и реальностью, которую он обозначает. Связь эта почти никогда не бывает прямой, линейной. Концептуалист здесь на первых порах выступает как интерпретатор смыслового поля символа, знака познаваемой реальности, а лишь потом – как его конструктор концептуальными средствами.
Это решение (принять наблюдаемое или текст за символ или не принять), как всегда, исходит от контекста. Но оно изменяет очень многое. Объектами внимания концептуалиста становятся уже не слова – «атомы» смыслов, не словосочетания – «клетки», не суждения – «молекулы», а целые фрагменты смыслов, их «ткань», выражаемая символом и его компонентами. Взгляните хотя бы на эти древние символы… слова здесь помогают не многому.
Заметим, что работа с символами основана на активной структуризации того, что ими выражается. В этом смысле толкование символов уподобляется построению концептуальных схем и помогает ему. Эта работа совершенно противоположна той, которая совершается нами при встрече с символикой фотографий. Здесь логика смиренно «молчит», освобождая путь фантазии.
Эта работа совершенно противоположна той, которая совершается нами при встрече с символикой фотографий. Здесь логика смиренно «молчит», освобождая путь фантазии.
Не показалось ли Вам, что все приведенные методы – это чрезвычайно длинные «траектории» к концептуальным схемам и моделям? Действительно, эта работа напоминает процесс изготовления бриллиантов – наибольшая доля труда в них приходится на добычу алмазов, а не на огранку.
Резонно спросить сейчас – а есть ли другие, менее затратные технологии?
Короткий путь концептуализации...
«Путь постижения человека попеременно делится на участки, из которых каждый в свою очередь разделяется на два: первый – это изучение феноменов по шаблонам, второй – выработка шаблонов по феноменам» [96] .
У любой концептуальной схемы, как и у любой «вещи», есть свой характер. Его основные черты – строгость, прозрачность, лаконичность… мы уже обсуждали это. Но есть одна, которая открывает нам короткий путь концептуализации. Это – инвариантность концептуальных схем по отношению к нескольким или даже ко многим предметным областям. Мы снова говорим о конструктах. Конструкт – абстрактное мысленное изделие, выступающее как некая «пустая» заготовка из понятий и отношений, приготовленная для наполнения содержанием. Собственно, это «наполнение» содержанием конструктов и есть тот самый короткий путь.
Построение понятия той или иной предметной области с помощью конструктов заключается в сопоставлении их (предмета и конструкта) друг с другом. Это происходит в три шага.
1. Шаг первый – поиск уместного для конкретной задачи познания некоей предметной области конструкта.
2. Шаг второй – мысленное сопоставление предметной области компонентам выбранного конструкта ради убеждения в их адекватности друг другу.
3. Шаг третий – интерпретация компонентов конструкта в терминах предметной области.
Рассмотрим пример.
...
Пусть нам хочется понять некую реальность, которую в миру называют «атмосфера организации», или «климат организации», или «организационная культура». Вот пара типовых суждений (в неконцептуальной форме) об этой реальности.
1. «Организационная культура – это совокупность основных убеждений– сформированных самостоятельно, усвоенных или разработанных определенной группой по мере того, как она учится разрешать проблемы адаптации к внешней среде и внутренней интеграции, – которые оказались достаточно эффективными, чтобы считаться ценными, а потому передаваться новым членам в качестве правильного образа восприятия, мышления и отношения к конкретным проблемам» [97] .
2. «Культура – это идеи, интересы и ценности, разделяемые группой. Сюда входят опыт, навыки, традиции, процессы коммуникации и принятия решений, мифы, страхи, надежды, устремления и ожидания, реально испытанные вами или вашими сотрудниками. Ваша организационная культура – это, как люди относятся к хорошо сделанной работе, а также и то, что позволяет оборудованию и персоналу работать гармонично вместе. Это клей, который держит, это масло, которое смягчает… Это то, почему люди занимаются различной работой в рамках компании. Это то, как одни части компании видят другие ее части и какие формы поведения выбирает для себя каждое из подразделений в результате этого видения. Это то, о чем знают все, за исключением, возможно, лишь руководителя» (Б. Феган) [98] .
