скорости, которая была возможна нёсся к их дому, пот пёк с него ручьями, но он не на что не обращал внимания, понимая, что, если они потеряют всё, им трудно будет выжить на этом острове. У него была фора, пока пираты высадятся, осмотрятся, возможно сразу не сунутся в чащу незнакомых джунглей. Виконт забежал в пристройку, прошёл в пещеру, схватил чайник и попив из носика, оглядевшись, соображая, что ему взять. Расстелил пару одеял и стал на них скидывать вещи всё подряд, оставил по комплекту теплой одежды, два одеяла чайник, топор и все ножи, спички, соль, остатки продуктовых запасов и кое-что из посуды. Завязав два одеяло наполненные под завязку и по очереди унеся чуть в сторону от жилья, забросил в заросли, так же припрятал стол и два кресла прикрыв листами пальм. Вернулся собрал оставшееся в мешки, связал их между собой, вынес, а в доме навёл беспорядок, так, чтоб было ощущения, что всё разворотило ураганном и если, кто-то, когда-то здесь жил, то точно уже давно ушёл или уплыл. Окинул ещё раз взглядом свой обжитый и уже родной домик, который он почти разорил собственными руками, взвалил на плечо мешки, взял в руки чайник, который ещё больше чем на половину был заполнен чае и быстрым шагом направился в обратный путь.
Лео сидела на камне и продолжала прислушиваться, время текло медленно, ей показалась, что она сидит так целую вечность — «как Алёнушка на камне» — всплыл в памяти сюжет известной картины. Вдруг ей показалось, что она слышат резкий всплеск воды и ещё через некоторое время до неё донеслись отголоски человеческой речи, но как она не старалась напрячь слух, не чего не могла понять. Вдруг совсем рядом послышалось шуршания, девушка напряглась, нащупала под ногами удобный камень, взяла его в одну руку и встала в боевую стойку.
— Лео, это я помоги войти, раздвинь лианы.
Услышала она тихий знакомый голос и с облегчений выдохнув, организовала проход, раздвинув заросли двумя руками.
— Принимай, — прошептал он и просунув в проём чайник и за ним два мешка забитых под завязку.
И только, когда их Лео оттащила в сторону, протиснулся сам, она сразу накинулась на него с объятиями.
— Ты где пропадал, я чуть не сошла с ума, — шипела она боясь разговаривать громче. — Ты что к жилью ходил?
— Ну да, не оставлять же всё этим варварам, они всё растащат и нам тогда туго придётся, да и следы надо было запутать, — тихо произнёс он ей на ухо, — да ты по аккуратней, всё раздавишь, я кое, что насобирал.
Она отстранилась, уже было темно и только силуэт можно было рассмотреть.
— Давай руку.
Лео протянула руку в его сторону к верху ладонью, он положил ей на ладонь, какой-то плод по форме похожий на картошку, наощупь лохматенький.
— Это, что? — спросила она.
— Ешь и спать, откусывай аккуратно, может косточки попадутся, не подавись, — ответил он.
Она села обратно на камень и откусила не виданный плод, оказалось, что-то типа киви: сочное сладко-кислое и без косточек. Съев по несколько плодов, виконт достал из одного мешка тёплые вещи и одеяло, одевшись и постелив постель они легли спать. Проснулись, когда в пещеру проник свет, так же тихо поели сушёной рыбы и доели остатки вчерашних плодов, всё запили холодным чаем.
— Я пошёл, надо проследить за этими, — он мотнул головой в сторону выхода. — Мы должны знать, какие у них планы, как долго они здесь собираются находиться, — объяснил капитан.
— Я с тобой, мне страшно здесь одной оставаться, — запротестовала девушка.
— Нет, это опасно, я один тихонько, меня не увидят, а вдвоём будет сложней, нам нельзя себя обнаружить, они потом перероют весь остров, сиди тихо, тебя здесь не кто не найдёт — и он ушёл.
А она снова заняла свой пост на камне у входа, подстелив в несколько раз свёрнутое одеяло.
Леонардо тихонько пробрался к вчерашнему пункту наблюдения и осмотрел из зарослей берег. Пираты развернули лагерь прям под скалой не далеко от тропы к их укрытию, две шлюпки стояли на берегу, скорей всего эти люди спали прямо в них, горел костёр, над огнём жарилось, что-то типа рыбы. Капитан прислушался и уловил разговор на чужом языке, но так, как он много путешествовал, то понимал многие языки.
— Давайте быстрее жрите и надо обследовать — этот островок, найти источник пресной воды, и всё, что может пригодиться для ремонта корабля, но и все фрукты и живность, что попадаться несите, — орал звонким голосом не высокий тощий мужичок. — Надо к вечеру от сюда отчалить, я не собираюсь ещё одну ночь здесь торчать.
Лагерь оживился, люди забегали, создавая видимость активности, потом собрались вокруг костра, поели.
— Так, здесь видно не проходимые дебри, в них не полезем, двинемся по берегу вдоль кромки джунглей и смотрите в оба, уведёте хоть маленький просвет докладывайте, — верещал тот же мужичок. — Всё встали, пошли, вы двое сторожите лодки, — обратился он к двум здоровякам.
И они толпой побрели по песчаному берегу вглядываясь в заросли. Леонардо отошёл от края и присел, дожидаясь пока они подальше уйдут. Он знал, что первый просвет, который их заинтересует, это проход к ручью, поэтому дальше следить не стал, решил вернутся в пещеру успокоить Леонэллу.
— Лео, это я не бойся, — и он вошёл во внутрь держа в руках два кокоса. — Они к вечеру уйдут отсюда, потерпи, вот попей.
Он положил один кокос на вытянутую руку, а второй рукой вынул из-за пояса тесак и размахнувшись снёс макушку плода, протянул ей. Открыл второй плод тем же способом и попил сам.
— Мне пора, я должен быть уверен, что нам не грозит опасность, вернусь, когда они уйдут с острова.
Он подошёл к ней в плотную обнял и нежно поцеловал.
— Только веди себя тихо, они не далеко могут услышать.
— И ты будь осторожен, я тебя буду ждать и волноваться.
Виконт вернулся на свой пост, два охранника сидели под скалой в теньке, другие члены команды скрылись из вида. Через некоторое время со стороны, куда ушли пираты, появилась бегущая и размахивающая руками фигура мужика. Когда он подбежал поближе, Леонардо понял, что он кричит своим подельникам, чтоб они сворачивали лагерь и плыли вдоль берега ближе к месту, где нашли источник пресной воды. Но, эти два охранника не как не реагировали на своего дружка, наверно просто спали и мужику пришлось идти до них, он конечно уже не бежал, а к концу пути ели
