Наконец – долгожданный второй ребенок, снова мальчик. И снова без магии. И если первый случай все могли списать на какую-то ошибку или необъяснимый феномен, то второй уже не мог быть назван случайностью. С магией можно родиться, приобрести магию нельзя, но ее можно отнять и присвоить себе. Это очень сложный и жестокий ритуал, для которого нужны три сильных мага. Маги, конечно, после него не выживают. Таким образом обычный менар может получить магию, но передаваться по наследству она не будет. Заподозрить Адальвейна, чья семья насчитывает почти два десятка поколений магов, нельзя, а вот безродную крестьянку, в семье которой магов никогда не водилось, – вполне. И ей было предъявлено обвинение. Дарну взяли под стражу почти сразу после рождения второго ребенка. Адальвейн пытался добиться, чтобы ее отпустили, но тогда во главе отдела Правосудия Ордена магов стоял очень принципиальный и своеобразный ищейка. Расспроси как-нибудь о нем наставника: неординарная личность, к нему до сих пор приходят за советом судьи. Суд был назначен на полдень. Ранним утром Дарне принесли завтрак, а когда за два часа до суда за ней пришел конвой, женщина была мертва: вилкой умудрилась расковырять себе вены – ножей в тюрьме не выдают – и истекла кровью. И как бы потом ни осматривали камеру, как бы ни пытались выдать самоубийство за убийство, даже Адальвейн, лично забиравший труп жены из одиночки, был вынужден признать, что заколоть вилкой сильного и опытного боевого мага, при этом не наделав шума и не оставив ни одного намека на сопротивление с ее стороны, просто невозможно. Вот так и закончилась его любовь.
Я пораженно смотрела на Владыку. Никогда бы не подумала, что у Вейна была такая непростая судьба! Нет, понятно, что жизнь боевого мага не сахар, но чтобы такая трагедия в семье…
– И что, в итоге-то смогли узнать, как она получила магию?
– Нет. Опрос семьи и свидетелей ничего не дал. Тогда еще Владыкой был мой отец, он договорился с Орденом, чтобы выделили лучших ментальных магов на это расследование, но никто действительно не был в курсе, откуда у нее магические способности столь высокого уровня. На обучение в Орден берут лучших из лучших, остальные же останавливаются на базовом уровне контроля и управлении магией при школах, а при наличии желания и более выраженных способностей идут в подмастерья к магам-ремесленникам. Но даже таких в ее семье не было. Более того, никто не мог сказать, когда именно в ней проснулась настоящая магия, потому что в один прекрасный день Дарна просто собрала вещи и уехала поступать на обучение в Орден магов. Ее учитель магии в школе считал, что дар у нее был очень слабеньким, тем больше был удивлен ее последующими успехами. Это, конечно, наводит на мысли, но предположить, что деревенская девчонка смогла справиться с тремя сильными – подчеркиваю, сильными! – магами, предварительно разузнав про запрещенный и оттого недоступный даже верхушке магов ритуал отбора магии, а потом еще и провести его без необходимых навыков… В общем, что бы там ни было, но эту тайну она унесла с собой в могилу.
– А как Вейн перенес потерю жены? – я обняла себя за плечи. Чем дальше, тем хуже была история, и что-то в ней меня беспокоило сильнее всего.
– Очень тяжело. Он уже тогда занимал свой пост, но не был советником Владыки. После смерти Дарны он с головой окунулся в работу, начал налаживать взаимодействия войск, обустраивал новые гарнизоны, а то, с какой жестокостью он бился с врагами, пугало даже его солдат. Но время лечит, и сейчас, спустя более десяти лет, я считаю, он переболел теми событиями. К тому же к концу их брака ходили слухи, что в семье у него не все гладко и с женой он старался проводить поменьше времени.
– Наверное, все дело в ребенке, – начала было я. – Владыка! – я так резко схватила мужчину за руку, что тот даже вздрогнул. – А что с детьми? Я не видела их в его доме!
– Их отправили к родственникам по матери. Родители Адальвейна отказались принимать таких детей, да еще со столь сомнительной матерью, в семью, а Вейну было откровенно не до сыновей. Им, правда, выделили щедрое содержание, но об их судьбе сейчас ничего не известно – отец ими, во всяком случае, не интересуется.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
По тому, как Владыка слегка поморщился на последней фразе, не мне одной претила данная ситуация. Как он мог! Дети-то все равно его и ни в чем не виноваты!
Владыка, видя мое состояние, пожелал мне скорейшего выздоровления, а также взял обещание подумать о браке и детях. В таком раздрае я могла наобещать вообще все что угодно, лишь бы меня все-таки оставили одну.
Когда дверь за Владыкой закрылась, мне отчаянно захотелось припереть ее стулом для посетителей, но я сдержалась. Правда, в кровати я не задержалась. Забыв обо всех травмах, усталости и прочих мелочах, я металась по комнате, как тигр в клетке. Но в конце концов устало легла обратно. В голове роились мысли о странной супруге Адальвейна (которая определенно была не столь проста, какой должна быть девочка из деревни), о ни к чему не приведшем расследовании, о брошенных детях…
И уже перед самым сном в голову пришла последняя мысль: этот волшебный мир магии нравится мне все меньше и меньше.
12. Уйти нельзя остаться
Конечно, ни о какой «паре дней покоя в больнице» речи и не шло: меня в Ордене ждал Атос, невыгулянный и голодный. Поэтому, проснувшись, наскоро умывшись и позавтракав, я крепко задумалась. Куда идти, мне совершенно неизвестно: до изучения столицы Дарстейна – Лигрела – я так и не дошла, но маг я или не маг? Вчерашние события показали, что пора уже принять свою магию и научиться ее использовать, а для этого нужно прежде всего поверить в себя.
Я встала посреди комнаты и сосредоточилась. У меня имелся отличный ориентир – Атос, на перенос к которому я и настраивалась. Вдох-выдох, и я уже чувствую воронку портала, еще мгновение – и вуаля! Я стою посреди своей комнаты, а на кровати, развалившись, лежит этот шипастый паршивец!
Увидев меня, вигон быстренько спрыгнул и завилял хвостом, прямо как собака. Я только вздохнула и почесала домашней рептилии шейку. Потом мы вместе сходили в хранилище за свежей порцией мяса, которую вигон умял за милую душу, погуляли по парку, а дальше я села покорять магическую науку.
Сначала дело шло медленно, мысли все время соскакивали на вчерашние события, но незаметно для себя я втянулась.
Вскоре пожаловал наставник, с которым мы разобрали вчерашнюю битву: выяснили, что я молодец, не растерялась, хотя рисковала здорово.
Так прошло еще две недели. Больше меня не дергали, событий никаких не происходило. Я расслабилась и мирно плыла по однообразным учебным дням, изредка выползая погулять в сопровождении охраны (регулярные выгулы Атоса в саду – не в счет).
Тем внезапнее, прямо из кельи, меня повели в портальный зал, в котором уже поджидал, ни много ни мало, сам Владыка Велиаран в сопровождении Адальвейна и еще парочки менаров, ранее виденных мною среди круга Совета во дворце.
А еще среди представителей правящей верхушки Дарстейна стоял мужчина странной наружности. Вроде похож на остальных, а вроде и нет. Такой же высокий и статный, но со светло-голубыми, почти белыми волосами. Среди смуглых менаров он казался прямо-таки белой вороной: его кожа тоже имела голубой оттенок, что в сочетании с черными глазами давало весьма странный эффект. Одет не то в халат, не то в платье странного кроя. Но мужественное, словно высеченное из камня лицо делало его суровым и даже брутальным в любой одежде.
– Знакомьтесь, посол, – голос Владыки оторвал меня от затянувшегося разглядывания мужчины, грозившего перерасти в неприличное. – Это наш будущий маг Врат – Валерия ира Лисовская.
Я вежливо улыбнулась, а приставка «ира» резанула слух. Было бы оно менее земным, что ли, а то будто вторым именем обзавелась. Посол заинтересованно посмотрел на меня и тоже улыбнулся.
– Очень приятно, ира Лисовская, мое имя Абер, – гортанный, тянущий гласные выговор завораживал. Очень интересный мужчина!
