это… – Я судорожно придумывала, что бы ответить. – Вчера кое-что случилось, и, кажется, мои силы выросли.
– Кое-что? Это когда ты разнесла кабинет Гремлайна? – К нам подошла Юрэлея. – Что вчера было-то? Расскажи. А то преподаватели молчат, а нам жуть как интересно.
Она состроила просящую мордашку. Не, ребят. Мы, конечно, одна группа, но всего я вам не расскажу.
– Не могу, к сожалению, – я развела руками. – Крассвил запретил. Под угрозой выгнать меня отсюда.
Ребята страдальчески вздохнули.
– Всё самое интересное от нас скрывают! – топнула точёной ножкой Элея. – Так нечестно!
– Правда не могу рассказать, простите.
И я развернулась и пошла к зданию академии. Может, я слишком открылась им всем? Никогда ещё ко мне не проявляли участия или интереса, мне стало не по себе. И я не знаю, можно ли верить, доверять, сближаться с кем-то. На душе кошки скребут. Да и вообще, вряд ли директор оценит, если я всё расскажу студентам. Не зря ж он от них информацию скрывает, даже преподаватели не все в курсе.
Так, погрузившись в свои мысли, я дошла до крыльца и стала подниматься по ступенькам.
– Смотрите-ка, кто тут спокойно разгуливает! – Над ухом раздался циничный голос. – А Эрика сейчас лечится, даже свою комнату покинуть не может! Дрянь!
Приехали. Только графини Лордек мне не хватало. Стоит, руки в боки, сверлит меня злобным взглядом.
– Ванесса, оставь меня в покое. Вот нет ни малейшего желания с тобой ругаться. А Эрика сама виновата.
Я устало остановилась прямо перед ней. Бояться? Много чести будет.
– Да что ты! – Её слова так и сочились ядом. – Ты её чуть не убила! Ты! – Она почти визжала, так что я непроизвольно скривилась. – Ах ты дрянь такая! Ещё и ухмыляется!
– Ты повторяешься. – Я пожала плечами. – Придумай новое оскорбление. А я пока пойду.
Я попыталась обойти рассерженную девушку, но меня за руку схватила её подружка. Высокая, черноволосая и на фоне Ванессы удивительно страшненькая.
– Отпусти.
Я замерла и посмотрела ей в глаза. А по позвоночнику побежали мурашки.
– Держи её!
Пока я отвлеклась на девицу, мне сбоку плеснули что-то в лицо. Кожу зажгло, и я зашипела, как рассерженная кошка. Щека нещадно болела, острая боль раздирала её изнутри. Но пара мгновений – и стало легче. Зато нарастала злость.
Тут завизжала черноволосая подружка, резко отдернув от меня дымящуюся руку. Она закружилась на месте волчком, чудом не слетев с лестницы. Прижала руку к груди и по-детски дула на неё, совсем забыв, что она маг. А я медленно обернулась.
Ванесса Лордек смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Где-то далеко внутри теплился ужас.
– Но как?!
– Что ты на меня вылила? – Я пошла на неё. Мою голову покинули все мысли и усталость. Остался только первобытный гнев. Магия кипела внутри, лишая меня возможности думать самостоятельно. – Отвечай!
Голос эхом отозвался от каменных стен. Где-то закричал в испуге ворон.
– Ещё чего! – Она гордо задрала голову. – Не знаю, как ты исцелилась, но в следующий раз тебе это не удастся.
Она повернулась на каблуках и хотела уйти. От меня? Ну уж нет! Кто посмел поднять на меня руку, не останется безнаказанным.
Я пошевелила пальцами, и графиню резко развернуло. Последовавшие за ней подружки отпрыгнули в сторону и запричитали.
– Я спросила, что это было! Отвечай мне! – Голос громом разнёсся по округе.
– Это… это был галдерик. Настойка.
Сильный яд, сжигающий кожу жертвы до кости. Уголок моих губ приподнялся в усмешке.
– И этим ты хотела меня наказать? Глупая девчонка.
Она попыталась призвать магию, чтобы дать мне отпор. Только ей для этого нужно поднять руку и произнести заклинание. А я и есть магия. Не успела. Поворот головы – и Ванессу скинуло со ступенек. Я шагнула следом. Хватит говорить. Пора её наказать. Отомстить.
Я не обращала внимания на столпившихся вокруг студентов, мне не было до них дела. Пусть глазеют, если хотят. Я всё равно свершу свою месть. Взмах руки – и воздушная плеть обхватила её шею и протащила по земле. Кивок. И плеть подняла в воздух извивающееся тело. Взгляд в сторону. Да, подойдёт. И она летит в кирпичную стену здания.
– Немедленно прекратить!
Директор, появившийся на пороге, успел перехватить мою жертву в последний момент, поймав её в воздушный кокон и не дав разбиться.
– Дрейк! Что ты, чёрт возьми, творишь!
Я? Злость схлынула, обдавая меня холодным ужасом. Я её чуть не убила? Но я ведь не хотела!
Крассвил опустил бесчувственную девушку на руки Гремлайну, и тот почти бегом занёс её внутрь.
– Все разошлись по кабинетам! Дрейк, ко мне!
Я опустила взгляд, чтобы не видеть полные ужаса глаза вокруг. Сердце бешено колотилось в груди. Почти как браслет на ноге. От него нет никакого толка! Как я сейчас сорвалась? Это была не я, это была сила во мне. Теперь ей не надо вырываться, можно просто управлять моим телом. Я зажмурилась и сжала кулаки так, что ногти до крови впились в ладони.
Глава 14
Я кого-то убила? Нет, все целы. А о том, что я опасна, я предупреждала? Да. Что же вы от меня тогда хотели? Посреди академии на меня уже второй раз покушались, а виновата я? Ну уж нет!
Выдохнула и смело открыла глаза.
– Милена! – Директор Крассвил стоял прямо передо мной. – Что это было?
Кажется, он по-настоящему злится.
– Студентка Лордек облила меня настойкой галдерика, директор.
Не хочу оправдываться. Я сорвалась? Да. Но меня довели!
– Не может быть! – профессор нахмурился. – На территорию академии невозможно пронести яды.
– Кажется, вы не всё знаете о своей академии, профессор. Если студентки позволяют себе такое прямо возле главного входа.
– Я с этим разберусь. Но что ты устроила потом?
– Защищалась.
Пожилой невысокий мужчина в криво завязанном синем галстуке казался безнадёжно усталым и растерянным.
– Это защита, Дрейк? Кидать студентов в стену? Признаю, студентка Лордек обладает тяжёлым характером. Но что ты устроила – это уже перебор. А если бы я не успел её поймать? Ты готова отвечать за смерть графини?
Я промолчала. Он и так всё знает. Прежняя я не готова. А я, объединившаяся с проклятием, – вполне.
– Иди в свою комнату, Милена. И завтра на занятия не ходи, мне надо обдумать твою индивидуальную программу. Я разберусь с нападением на тебя, решу вопрос с семейством Лордек. Но ты сейчас опасна, будь добра – сиди у себя и не высовывайся, пока всё не уляжется.
Меня не пытаются отправить в карцер? Уже хорошо.
Я и
