так, чем ты случайно размажешься по полигону из-за ошибки или недостаточности пропитки стихией.
Еле сдержался от нового вопроса. То есть, когда я кастовал огненный шар в нашу прошлую встречу, все нормально было? Хотя, должен признать, демонстрация получилась весьма… показательной.
— На этом твой лимит вопросов исчерпан. Молчание — краеугольный камень развития медитации. Приступаем.
Три часа мы сидели и занимались тем, что гоняли энергию по телу. Честно говоря, я в прошлой жизни никогда не был сторонником восточных практик. Некоторые сослуживцы любили медитировать, но я всегда подозревал, что они просто называют так свой сон. Регенерация наконец полностью восстановила тело Кенто, я чувствовал себя просто отлично, даже мышцы вернули эластичность. Просидел не меняя позы без особых проблем, и постепенно перестал замечать неудобства, в итоге очутившись в странном месте.
Меня окружала вязкая тьма, которую с трудом пробивал свет, льющийся откуда-то сверху. Я вдруг понял, что надо идти вперед, и срочно, и сразу же поспешил навстречу, преодолевая сопротивление внезапно ожившей тьмы, изо всех сил старавшейся остановить меня. С каждым шагом идти становилось все тяжелее.
— Иди… — вдруг раздался шепот в голове, — иди… я жду тебя!
— Кто ты? — мысленно задал вопрос. Дожил — с голосами разговариваю.
— Когда дойдешь, узнаешь, — в голосе чувствовалось разочарование, — вижу, сейчас ты не готов, не сегодня… Не говори никому… Не говори никому… Если хочешь выжить, человек с Земли…
Голос исчез, а я почувствовал, словно проваливаюсь в какой-то бездонный колодец. Но сразу выскочил из него каким-то рыком и открыл глаза. Первым я увидел любопытные глаза сэнсея.
— Очнулся? Молодец. Пять часов медитации — отличный результат для новичка. Я передам магистру Икеру, он будет доволен.
— Пять часов? Обалдеть… — несмотря на сидение в одной позе пять часов, тело ощущалось отдохнувшим и расслабленным. Никаких неприятных ощущений, которые мешали сосредоточиться в самом начале.
— Ты далеко ушел, ученик. Погрузился достаточно глубоко в себя. Поведай же мне о своих ощущениях… что ты увидел? — мастер и не думал скрывать свое любопытства. Нет бы для приличия о погоде поговорить…
Я коротко обрисовал поход в окутавшей меня тьме, не обмолвившись о странном голосе, который знал, что я попаданец.
— Ничего необычного, — как-то разочарованно заявил мне сенсей, — так ты воспринимаешь собственный внутренний мир. Со временем то место будет становиться все… комфортнее.
Что-то я был не согласен с сенсеем, тот голос явно не моим внутренним был, но я решил не спорить. Занятие, увы, не закончилось. Следующий час я слушал пространную и очень скучную лекцию о природе магии. Я вроде не тупой, но скажу без стеснения — нифига не понял! Ему бы работать в центре здорового сна, усыплять мучающихся бессонницей.
Под конец сэнсей скинул на мой планшет целую гору учебных материалов и велел прочитать до завтра. М-да, дед не шутил, учеба весьма интенсивная. Капец… столько лет не выполнял домашку.
После напутствия я в сопровождении появившейся Сатико отправился к себе, только чтобы узнать, что меня ждут в торжественном зале. Пришлось переодеваться в цветастое кимоно и следовать уже за другой служанкой.
Видимо приказ повару готовить мясо не распространялся на трапезы с дедом. Мы молча вкушали, что бог послал (а послал он, как ни странно, рыбу и рис).
— Как прошло первое занятие? — спросил дед, когда мы приступили к чаепитию.
— Хорошо, — осторожно ответил. Вот что ему сказать-то? И так все уже знает.
— Да, Итеру-сан доложил мне о твоем старании и успехах. Молодец, внук! Я верю в тебя, ты показал себя действительно достойным представителем рода. — Он перевел взгляд на Юки, которая молча наблюдала за происходящим цирком. — Мы верим в тебя. А теперь возвращайся к себе, у тебя много дел.
Мне полагалось встать из-за стола, поклониться и уйти, что я собственно и сделал. М-да, кушать вдвоем с Юки гораздо уютнее, а так я себя словно на параде чувствовал.
В комнате первым делом проверил почту. Нет новых сообщений. Странно — неужели поклонницы молчат? Ладно, надо будет вечером написать своим новоявленным рекламщицам. Хотя… я пощелкал по Микси и нашел хитпарад песен… Интересно. А дальше я сел там, где стоял.
Первые места занимали «Проклятый старый дом», «кукла колдуна» и «я свободен». Охренеть! Всего за полдня! Сижу и хлопаю глазами.
Что мне вообще думать? Сто тысяч просмотров и двадцать тысяч скачиваний — оглушительный успех, причем всего за несколько часов. Нет слов… а ведь скачивания платные! То есть я уже что-то заработал!
Блин, дурак старый, повелся на сиськи и наряды и забыл подписать договор! Просто отдал им записи песен! Они ведь меня и наколоть могут как с процентом, так и вообще. Деньги ведь не мне идут, и хрен его знает, почем качают. На этом компе стояла премиум подписка и вся музыка была бесплатной. Может, я уже миллиардер?
Вдох, выдох. Спокойно, Ваня. Юки и ее подруги вроде девушки порядочные, сам бы я не разобрался так быстро. А если кинут… ну, бывает, приму за жизненный опыт. Песен-то еще много. К тому же я не какой-то там хрен с горы. Я внук правителя планеты. Вот это сразу успокоило. Не думаю, что кто-то рискнет Кенто Каядзаки нае… то есть обмануть.
Полазил по комментариям к моим песням, на которые пользователи Микси не скупились. И надо сказать, чсв удалось почесать отменно. Хотя и песни я просто сплагиатил, все равно приятно. Живет музыка в веках, возродились бессмертные хиты! Кто таким еще похвастаться мог, Моцарт? Ну вот где он, а где Цой. Я даже представил реквием в местных аниме-реалиях… тьфу-тьфу…
Огромным усилием воли закрыл социальную сеть и взялся за планшет. Прочитать задали дофига, и не стоило злить сэнсея. Сидим и не отсвечиваем, пока не свалю куда подальше…
Но вот появилась Сатико с новой одеждой, напомнившей мне знакомый по прошлой жизни тренировочный костюм. Переодевшись, я отправился на следующее занятие, пытаясь сконцентрироваться и стереть с лица довольную улыбку.
Глава 13
«Тусовка»
Вся неделя проходила в изнурительных тренировках. До обеда медитировал и практиковался в управлении энергией под руководством Комадзу. После читал и занимался комплексом изнуряющих упражнений, включающими в себя таскание утяжелителей килограмм так по пятнадцать каждый. Атлетикой со мной занимался накачанный здоровяк по имени Исибо, самый молодой из моих учителей. Заслуженный тренер и прочие регалии, которых я не запомнил.
После мощной разминки я занимался боевыми искусствами. Масу Ояма был жилистым стариком, творившим на татами сплошные чудеса. Я по сравнению с ним вообще «ребенок». Однако сэнсэй высоко оценил мои способности, заявив, что есть с чем работать. К тому же в прошлой жизни мне как-то не
