это правильно произносится, и между собой называли его просто «Комарое»). За эти несколько мгновений она едва успела бы добраться до дверей военного бара, а больше деться ей было некуда.
Либо…
Подтверждая мою догадку, хлопнула автомобильная дверца. Я резко развернулся всем корпусом, зафиксировав отваливший от тротуара тяжелый армейский внедорожник с гражданскими номерами. Внутри него сидели несколько человек.
Я бросился следом, но джип, естественно, и не подумал останавливаться, хотя водитель наверняка меня увидел. Машина резко прибавила скорости, оставив меня далеко позади, и я сразу отказался от безумной мысли догнать ее на своих двоих.
Что-то маленькое и блестящее вылетело из бокового окошка удаляющегося автомобиля и поскакало по проезжей части. На гранату это было никак не похоже, поэтому я снова рванулся вперед и подобрал странный предмет, уже догадываясь, что именно увижу.
ПДА Динки. Значит, ее перемещений не отследить теперь даже при помощи Че.
– Хемуль! – донесся от ворот бара «Шти» рев Патогеныча.
Мне было не до него. Сейчас надо было сломя голову лететь обратно в бар, выпрашивать у Бубны оружие, теряя драгоценные секунды на объяснения, собирать ребят, выводить из гаража «Нивы»…
Вся эта последовательность действий зигзагообразной молнией пронеслась у меня в голове, оставив лишь один четкий и ясный отпечаток: слишком долго. Уйдет чересчур много времени, и похитители успеют скрыться. Аут, я в полном дерьме.
Снова хлопнула дверца джипа. На противоположной стороне пустынной улицы из машины миротворческих сил выскочил молодой солдатик и бегом бросился в «Комарое». Он так спешил, что даже не запер за собой дверцу, и насколько мне было видно, в машине больше никого не было.
Я метнулся через дорогу к покинутому джипу, рывком распахнул дверцу и плюхнулся за руль. Черный Сталкер! Ключ торчал в замке зажигания. Как бы ни спешил натовец, с его стороны это были невероятная халатность и должностное преступление, и накажут его за это по полной программе.
Впрочем, сейчас меня меньше всего тревожило, что из-за меня у натовского водилы будут неприятности. Расслабились, бездельники, привыкли, что в тихом Чернобыле-4, пятьдесят процентов населения которого составляют их коллеги, никогда ничего не происходит. Это типа не Пакистан, не Конго и не Балканы, где в одиночку и без «М-16» шагу не ступишь за пределы расположения части – партизаны тут же выпотрошат, как рождественского кабанчика.
А не происходит здесь ничего потому, что сталкерам не нужен лишний шухер в том месте, где они живут, отдыхают и сбывают хабар. Отморозков, пытающихся переносить свои разборки через Периметр на мирную территорию, довольно быстро зачищают сами бродяги. Что, кстати, наши непременно сделают с теми уродами, которые со второй попытки всё-таки выкрали Динку, зуб даю. Если раньше я сам не посворачиваю шеи ублюдкам.
А может, солдатик увидел, как Динку запихивают в машину, и бросился за подмогой. Тогда спасибо, брат. Впрочем, в любом случае его дальнейшая судьба должна занимать меня в последнюю очередь. Сейчас на кону жизнь моей подруги.
Кто-то с силой дернул на себя заднюю дверцу, потом еще раз. Заведя машину, я бросил беглый взгляд назад и одним движением разблокировал двери: это был Патогеныч. Он ввалился на заднее сиденье и захлопнул дверцу за собой. С противоположной стороны в машину прыгнул Храп, после чего я резко рванул джип с места вслед за похитителями Динки, не дожидаясь, кто еще выскочит из бара.
Вот теперь мы на равных, ребята. Давайте погоняемся.
– Что происходит? – рявкнул Патогеныч. – Мозголом?..
– Следи за ощущениями! – распорядился я, утопив педаль газа в пол. – Чуть какой звон в ушах – сразу предупреждай! Если он возьмет меня под контроль, разобьемся к чертовой матери!
Пока я экспроприировал вражескую технику, похитители свернули куда-то во дворы. Недолго думая, я последовал их примеру. Я готов был голову дать на отсечение, что они выберутся на академика Александрова. Это единственная магистраль, пронизывающая город из конца в конец.
Со стороны пассажира болталось на коротком витом шнуре переговорное устройство, из которого доносились приглушенные матюки по-английски. Понятно: штабной офицер миротворческих сил малость загулял, а свирепое руководство срочно потребовало его на связь, и молоденький водитель офицера кинулся за шефом, с перепугу бросив и машину, и ключ в зажигании.
Жалко, автоматическую винтовку не забыл – к сожалению, этому натовцев учат в первую очередь: всегда, даже в туалет, брать личное стрелковое оружие с собой. Иначе партизаны и судьба рождественского кабанчика.
Одной рукой удерживая руль, другой я отключил переговорное устройство и грохнул его в гнездо. Нечего ему болтаться и стукаться о стекло, отвлекая меня от дороги.
Несколько минут я вращался по узким петляющим улочкам Чернобыля-4, непрерывно выкручивая руль. Когда здесь разбивали временный эвакопункт и армейский госпиталь, никто, разумеется, и думать не думал о том, что военный городок так разрастется. А разрастался он в суматохе хаотично и непредсказуемо, разумеется, без всякого генерального плана. Теперь же делать с этим что-либо было поздно.
– У кого-нибудь оружие есть? – поинтересовался я в пространство.
– Кто же ходит в бар с оружием, – резонно заметил Патогеныч. – Ты что, с дубу рухнул?
– У меня пистолет, – отозвался Храп.
– Мать, – прокомментировал я. – Дважды мать. Они наверняка экипированы по полной программе.
Категорически неплохо день начинается.
Мы выскочили на улицу академика Александрова, однако никакого джипа ни спереди, ни сзади не обнаружили. На несколько долгих мгновений мое сердце перестало биться. Если похитители высадились где-нибудь во дворах или поменяли машину, преследование можно считать законченным.
Однако внезапно знакомый внедорожник с гражданскими номерами вылетел на трассу в одном квартале впереди нас. Я тут же прибавил скорости; ублюдки заметили меня не сразу, и я повис у них на хвосте.
Догнав машину похитителей, я с размаху всадил бампер своего джипа ей в корму. Нас здорово тряхнуло, раздался душераздирающий треск.
Недурственно.
В заднем окошке джипа мелькнуло лицо Ковригина, перекошенное от злобы. А здравствуй, родной. Мы ведь с тобой так еще и не посчитались за ту борзоту, с которой ты вел нас с американцами на расправу к Стронглаву.
Обожаю, когда у меня с противником личные счеты: в Космонавта, скажем, мне было бы сложнее стрелять. То есть нет: Космонавта я бы в такой ситуации тоже расстрелял бы не задумываясь. Но от этого я не получил бы такого морального удовольствия, какое получу, прикончив паскуду Ковригина.
Вторым на заднем сиденье был Мармелад. Еще один приятный сюрприз.
Между двумя вонючими мутантами была намертво зажата моя Динка, ее шикарные волосы расплескались по спинке заднего сиденья. Когда я тебя спасу, радость моя, обязательно вымоешься с антисептическим мылом.
