— Это Стикс, — пояснил мой попутчик. Сказал в расчете, что название реки произведет на меня должное впечатление.
— Стикс? — Оно мне ни о чем не говорило.
— Да, — Орфей улыбнулся привычной улыбочкой Незнакомца, — Стикс — река, окружающая царство мертвых. Души умерших дожидаются на этом берегу, когда Харон доставит их в страну, откуда никто не возвращался. Мне кажется, еще можно различить следы моей Эвридики на прибрежных камнях. Поспешим к переправе.
Вскоре мы увидели небольшую группу людей. Орфей остановился чуть поодаль, предпочитая не смешиваться с толпой ожидавших своей участи душ. Когда смолк хруст камешков под ногами, я впервые обратила внимание на необычную тишину, поглощавшую любой, даже самый звонкий звук.
Безмолвие нарушил плеск воды о весла. Спустя некоторое время днище черного, источенного червями челна заскрежетало по прибрежной гальке. На корме стоял высокий старик в лохмотьях. Внезапно он поднял голову и посмотрел прямо на меня — его глаза сияли неукротимым алым пламенем, прожигая насквозь. Я отступила за спину Орфея.
— В очередь, по одному. Больше дюжины не повезу, — послышался хриплый, как мне представилось, землистый голос. — Не толкаться! Деньги готовить заранее!
Толпившиеся на берегу послушно выстроились в очередь. Она двигалась быстро — каждый вынимал изо рта какой-то предмет, протягивал Харону и прыгал в челн. Всего я насчитала девять пассажиров. Последними к перевозчику душ подошли Орфей и я. Харон насупил седые брови:
— Куда торопитесь? Живым здесь не место!
— Мы должны попасть в царство мертвых.
— Так перережьте себе глотки!
— Мы дол лены попасть туда живыми, — уточнил Орфей.
— Вы что — психи? — Алые глаза Харона посмотрели на нас с удивлением. Орфей только развел руками, а я промолчала, мысленно согласившись с перевозчиком. Харон почесал шею и усмехнулся. — Ладно, валяйте. Но учтите, без разрешения шефа обратно не повезу. Будете бродить на том берегу, пока не помрете. У нас все билеты в один конец.
— Возьмите, — Орфей протянул перевозчику монету.
— Проходи. Следующий.
— У меня, кажется, нет денег, — честно говоря, я не ожидала, что и в царстве мертвых проезд окажется платным, — а школьникам разве нет скидок?
— Какие скидки при такой дороговизне! Жизнь дорожает, смерть дешевеет — гони монету или ступай прочь!
— Я заплачу за нее, — вмешался Орфей.
— Тоже мне, богатенький нашелся! Плата, коли не жалко.
Я прыгнула в челн. Харон по головам пересчитал пассажиров и заявил, что никуда не поедет, пока не дождется еще одну, последнюю душу. Ждать пришлось недолго — двое неспешно брели по каменистому берегу в сторону переправы.
— Эй, поторапливайтесь! — Они побежали. Харон продолжал командовать. — Ты — в челн, а ты — леди следующего рейса.
— Но мы вместе, — робко возразили души, — мы поклялись быть вместе до смерти и не разлучаться в загробном мире.
— Разговорчики! Девчонка — в челн! Парень подождет!
И тогда тонкие пальцы Орфея сжали грубую, оплетенную набухшими жилами руку старика:
— Ты возьмешь их, Харон. Нельзя разлучать влюбленных, — он сказал это так, что перевозчик неожиданно смягчился.
— Ладно, пусть плывут. Но тебе, заступничек, придется всю дорогу черпать воду. Эту посудину не ремонтировали уже четыре века.
Перевозчик оттолкнул челн, и он заскользил по прозрачным ледяным водам Стикса. Разговоры смолкли, и вместе с безмолвием вернулись тревога и уныние. Орфей сжал мою руку:
— Не бойся, чужестранка. Один человек все же вернулся из этих мрачных земель.
— Геракл был полубогом, — перебил его Харон, — а я вижу жалкого актеришку и нищую девчонку, у которой далее нет денег на проезд!
Серые холмы и низкое без солнца и лупы небо того берега неотвратимо приближались. Лодка причалила к отмели.
— Ступайте прямо к большой пещере. Проваливайте, голодранцы! И еще — передайте привет Церберу!
— Кто такой Цербер? — поинтересовалась я.
— Трехголовый пес, охраняющий вход в Аид — царство мертвых.
Орфей умолк, и мы двинулись вслед за плетущимися по дороге душами умерших. Темный зев пещеры напоминал воронку водоворота, втягивающую в небытие все живое.
Войдя под ее своды, Орфей остановился:
— Расстанемся на время. Выполняй то, что считаешь нужным, а я займусь своим делом. Встретимся в покоях Аида.
— Чьих покоях?
— Аид — это не только название царства мертвых, но и имя владыки подземного мира.
Мне очень не хотелось расставаться с Орфеем и в одиночестве бродить по пыльным тропам этой негостеприимной земли, но он уже пошел своей дорогой.
— Чужестранка! — я обернулась. — Собравшись в путь, ты не берешь денег, отправляясь за водой — забываешь кувшин. Лови!
Он бросил мне пустую флягу и торопливо зашагал прочь. Я поблагодарила его, но поглощенный своими заботами человек с лицом Незнакомца, кажется, не расслышал этих слов.
В царстве мертвых было многолюдно, но разузнать дорогу к лете оказалось не так-то легко. На мои вопросы просто не обращали внимания.
— Чужестранка, иди за нами! — это был тот самый паренек, которого Харон не хотел брать в лодку. Он пояснил: — Все оказавшиеся здесь должны испить воды забвения. Говорят, что после этого люди не вспоминают свое прошлое. Но с нами такое не случится — наша любовь сильнее смерти, сильнее беспамятства.
Молчаливая девушка, стоявшая рядом, согласно закивала головой. Влюбленная парочка бодро зашагала по пыльной дороге, и я последовала за ними. Лета напоминала маленькую деревенскую речушку — местами совсем обмелевшую, местами заросшую чахлым, сероватым камышом. Мои провожатые в очередной раз одарили друг друга восторженными взглядами и, опустившись на колени, припали к воде. Поднявшись, они с равнодушным выражением лиц побрели в разные стороны. Прошлое больше не волновало их. Я подошла к безобидной на вид речушке и наполнила флягу ядовитой жидкостью. Только седовласый предсказатель мог знать наверняка, поможет она Сережке и Светке или загубит их окончательно. Оставалось надеяться на лучшее.
Нежный звук, обрывок какой-то мелодии нарушил ватную тишину царства теней. Это было так необычно и неожиданно. Что я невольно пошла ему навстречу. Скоро сомнения рассеялись окончательно — в унылом царстве звучала чарующая волшебная музыка. Казалось, она пробуждает этот пыльный мир, возвращает в него краски и жизнь. Прежде безучастные души умерших, заслышав мелодию, заторопились в том же направлении, куда шла и я.
Около огромного, высеченного из черного мрамора здания собралось множество обитателей Аида. Его не охраняли, и я беспрепятственно прошла вовнутрь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
