Тендер на реконструкцию театра выиграла компания «СУИ-проект», которая на рынке стройуслуг уже более 16 лет. Офис «Газпрома» — ее рук дело.
//- Гастарбайтеры спят в театре — //
Со стороны Большой напоминает огромный муравейник. Здесь трудятся сотни строителей. На всех — робы с названием ремонтной организации. Все законно и официально. Но, как удалось узнать «Собеседнику», на реконструкции театра на подсобных работах активно задействованы гастарбайтеры, в основном из Молдавии и Таджикистана.
— Они превратили Большой в сарай, — призналась нам сотрудница театра, проработавшая там 40 лет и попросившая не называть ее имени, чтобы не лишиться работы. — Гастарбайтеры спят прямо в театре — они лежат на полу шеренгами.
Во время нашего визита у рабочих было обеденное время. Те, кто побогаче, шли обедать в город, остальные же раскладывали свои кулинарные запасы прямо на стройке. Между досками и цементом.
— Мне выделили комнату для занятий, — рассказывает нам сотрудница театра, представившаяся Людмилой. — Но я побоялась туда войти. Всю ее заполонили эти люди. Было ощущение, что они меня не выпустят обратно. Я писала в Минкультуры, в наш профсоюз. С горем пополам удалось выбить помещение для занятий.
— Все этажи Большого заняты администрацией, — подхватывает коллега. — Мы не можем добиться помещения для хора.
Официальные представители реконструкции факт работы гастарбайтеров отрицать не стали. Даже сообщили, что приезжих помощников не более 30 человек (на 500 официальных рабочих). Да, эти люди питаются и отдыхают (и не только? — Авт.) прямо в театре, но нас заверили: «В течение двух ближайших недель бытовой городок из 30 бытовок будет построен».
— И никто в театре не спит. Рабочие работают в две смены, после чего театр закрывается и передается на ночь охране, — заявили официальные лица.
//- Имущество театра пропадает? — //
Во время нашего визита в Большой мы стали свидетелями того, как, снимая одну из декораций, рабочие оступились и уронили ее.
— Да все в порядке, — нервно оправдывается ремонтник. — Мы сейчас все заделаем. Будет как новая.
Тут же последовало заявление официальной стороны, что все ценности вплоть до хрусталиков лампы уже вывезены из театра.
Цифры впечатляют: люстра зрительного зала 1863 г. — диаметр — 6,6 м, высота — 8,5 м, 15.000 хрустальных подвесок, площадь живописного плафона (роспись на потолке) — 1000 кв. м, аграмантика зрительного зала (бахрома и мишура) — 3000 погонных метров, предметов антиквариата — 1100 (мебель, вазы, светильники, в том числе люстры, бра, канделябры; штородержатели, вышитые панно, декоративные решетки и т. д.), площадь позолоты лепного декора (без мебели) — 1100 кв.м. Все это описали, сфотографировали и развезли по реставрационным центрам. Могло ли что-то пропасть по пути?
— Теоретически могло, — отвечают в театре. — Но генподрядчик, контролирующий эти вещи, понесет юридическую ответственность за пропажу даже самого маленького хрусталика. Все ценные вещи застрахованы.
— Здание является памятником. Как в целом, так и все его составляющие, — говорит зам. директора Центра прикладных коммуникаций Любовь Бушуева. — Даже эта деревянная балка 1856 года. Что это значит? Ее никто никуда не выкинет, а в числе прочих деревянных деталей присвоят инвентарный номер и положат в тихое место. Когда зал будет готов, балку вернут обратно.
Но в узких кругах стали появляться предложения о покупке антиквариата и других вещей из Большого.
— Можно, наверное, купить паркет. Но какой в этом смысл? — отвечает Любовь Бушуева. — Здесь находят иногда до пяти слоев паркета. Он же ломается, портится и часто меняется. Исторической ценности у верхних слоев паркета нет. Стулья тоже никто не собирается продавать. Восстановят их исторический облик. В 50-е годы, когда стулья обновляли, туда положили обычный поролон. Сейчас восстановят наполнитель по историческим аналогам. То же с тканями. Организация по охране памятников следит за всем строго.
У рядовых сотрудников другое мнение.
— Мы с подругой зашли в буфет. Там стояли мешки, в которые были навалены канделябры и много чего другого, — рассказывает сотрудница театра. — На следующий день мешков не было. Мы спросили: «Куда они делись?» Нам ответили: «Исчезли». У бывшего директора на столе стояла хрустальная ладья. Ее след простыл. Когда моя подруга узнала о реконструкции, она взяла на работу фотоаппарат и каждый день снимала ценные вещи театра. Получилось 70 тысяч снимков. Будет ли столько вещей при открытии? Она хотела предоставить свои факты на телевидение, но побоялась. Убить же могут…
— Я вспоминаю наш шикарный театральный буфет, — говорит солистка хора. — Там были витрины во всю стену, изящные полочки, где стояла красивейшая расписная посуда из серебра. Где она сейчас? А заведующая буфетом теперь буфетчица в каких-то мастерских.
//- На театре экономят все — //
Реконструкция Большого идет под девизом экономии. Первоначальная цена вопроса -30 миллиардов рублей. В Главгосэкспертизе цифру подтвердили. Но тут же заговорили, что сумма завышена. Большому пришлось отказаться от подземной стоянки. Это помогло сэкономить 6 млрд. Руководство театра планировало сделать автостоянку бесплатной для зрителей. И автостоянка будет. Но она окажется под контролем московских властей, а въезд станет платным. Большой не получит ни копейки.
Из экономии в Большом отложили и строительство художественно-производственных мастерских. Костюмеры в шоке. Они задыхаются от пыли — в распоряжении театра находится более 50 тысяч костюмов. Но зато можно вычесть еще 3 млрд. Сэкономят и на отделке залов. От органа, возможно, откажутся вовсе.
Зрительный зал до реконструкции
Цену реконструкции сбили до 20 млрд. Сумму, считают специалисты, нужно распределить на три пункта: подземную часть театра, реставрацию и сценическое оборудование. Оборудование закупили немецкое. Реставрация идет. А вот к подземным работам строители приступят не раньше декабря, после укрепления существующих стен и фундаментов.
С помещением под Большим определились не сразу. Планировалось соединить театр с соседними зданиями стеклянной крышей, сделать пристройки, так называемые карманы, для хранения декораций, размещения механизации сцены (подъемники и другие машины), технических помещений, гримуборных. Но марать исторический облик здания не позволили. Тогда взгляды ушли под землю. Исследования показали: на глубине 24 метров залегает твердый известняк, на который можно опереться. Театр укрепят самым щадящим способом — задавливая под него сваи. Подземное пространство раскинется под сценой (там будет располагаться вся механизация сцены) и под Театральной площадью (гардеробы, буфеты, эскалаторы, концертный зал). Помещений под исторической частью — от колоннады с Аполлоном до сцены — то есть под главным фойе и зрительным залом — не будет.
//- Больше душевых и туалетов — //
В театре, как и в XIX веке, будет 11 входов (4 под колоннами, остальные по бокам). Зрителей ожидает четырехступенчатая система безопасности, установят шлюзы, как в банках. Каждого посетителя станут фотографировать и сверять фото с билетом на входе и на выходе. Так гарантируется, что те, кто вошел в театр, покинут его по окончании спектакля. Такие меры безопасности вводят из-за терактов. Пока непонятно, что будет с мобильниками. Либо создадут спецячейки, либо установят глушители.
Больше всего в театре рады увеличению числа душевых и туалетов. До реконструкции на 200 гримерок было 2 душевые и чуть больше туалетов.
Изменится президентская ложа. Ткань и пол восстановят по историческим аналогам. Все материалы — отечественные.
Во время реконструкции обнаружили пуленепробиваемую стену, которую сделали по указанию Сталина. Потребует ли таких мер безопасности нынешний президент — неизвестно.
К Путину в театре отношение особое. Все помнят, как он приезжал сюда в марте. Ему показали, до чего дошел Большой театр. После этого президент заявил, что открытие театра должно состояться в марте 2008 года. Многие тогда шутили, что Путину хотелось успеть еще разок побывать в Большом в качестве президента (напомним, что выборы президента намечены на март 2008 года). Но все оказалось прозаичнее. Говорят, перед тем, как Путин назвал дату открытия театра, его отвели в сторонку и пояснили, что стоит говорить, а что нет. Сейчас все специалисты, занятые на реконструкции театра, работают именно на эту дату. Пока успевают. Уже даже обдумывается спектакль, которым откроет новый сезон БТ.
После мартовского визита Путин в театре больше не появлялся. Самый частый властный гость здесь Михаил Швыдкой.
На мой вопрос, будут ли менять герб, руководство Большого ответило: «Как ТАМ решат».
