Читаем без скачивания Снежный король - Лариса Соболева

– Дрянь! – повторил зло Герман, направляясь в офис отца.

Выдавая негодование хозяина, автомобиль просто летел по городу, ведь неприятна сама мысль: меня бросили, к моему недругу переметнулись. Приехал. Дежурно поздоровавшись с охранниками, на лифте поднялся на четвертый этаж, открыл кабинет отца.

Пятиэтажное здание, занимало когда-то некое бюро, распавшееся в начале победоносного шествия капитализма. Отец его выкупил буквально за копейки на аукционе недвижимости.

Феликс давно мечтал приобрести нечто подобное, но жаба давила много платить. А тут как раз подоспел аукцион. Проштудировав список выставленных на продажу зданий, Феликс придумал, как быть. У него работал вахтером пожилой мужчина с потрясающей внешностью важной шишки. Феликс приодел его достойно, сунул в руки портфель из крокодиловой кожи и отправил на аукцион на новеньком «Форде», купленном накануне, следовательно, о машине никто не знал, отец в те времена еще ездил на потрепанной «Ладе».

Подъехал «Форд» к ДК, где был назначен аукцион, водитель открыл дверцу, папин вахтер вышел и неторопливо потопал в зал, не глядя по сторонам. Кстати, настоящие шишкари ездят сзади, а не рядом с водилой, в городе тогда таких тонкостей не знали, поэтому эффект приехавшего барина удался. Феликс прикатил сразу же и – тоже в зал. Ну, многие заинтересовались, кто это с «крокодилом» под мышкой, своих-то знали наперечет. Спросили у Феликса (нашли у кого спросить!), а тот им, пожав плечами:

– С такой высокомерной мордой только руководят и обязательно чем-то крупным.

Слух о важной птице прокатился мигом. Можно представить радость устроителей: если заладится торг, хорошие бабки светят. Ну а зачем Феликс прибыл на аукцион, все, разумеется, проведали. Он «неосторожно ляпнул» знакомым, мол, хотелось бы домик купить этажей в пяток, чтобы в центре обязательно и бывшее учреждение, там кабинеты распланированы, ремонт сделать легче, чем перестраивать. С него решили содрать побольше.

Итак, назвали первоначальную сумму. Кто-то чуток завысил, на чуть-чуть повысил и Феликс. Вдруг важно встает его вахтер и с видом миллиардера накидывает сразу... тоже чуть-чуть. Феликс краснеет и бледнеет (как это ему удавалось – загадка), ведь на облюбованное им здание покусились. Некто попытался слабо накинуть сумму, папин вахтер нехотя дал больше, Феликс тоже, но третьего тура «не вынес», выбежал из зала, махнув рукой. Может, кто-то и хотел купить, но никто не стал ввязываться в торг, у папиного вахтера на лице было написано: все равно куплю. В результате здание перешло к Феликсу. Юморист был.

Здание не пустует, дает доход от аренды. Чего тут только нет: магазины, мастерские по ремонту техники и пошиву одежды, интернет-кафе, зал игровых автоматов, бар. Четвертый этаж полностью Феликса... то есть теперь Германа, а на пятом склад. Почему так высоко? Ну-ка, попробуйте с пятого этажа стащить, много унесете? То-то.

В кабинете Герман покрутился в кресле, изучая себя в зеркалах. Видок мужа-рогоносца. Глупо. К черту Риту! Она посмела оскорбить память отца, потом еще и обиделась... Стоп! Герман сощурился от напряжения.

– Что она там плела? – произнес медленно, вспоминая. – Он заставил ее? Ага, заставил прийти на свадьбу и угрожал. Угрожал, что выгонит...

Словно змея ужалила Германа, он ведь исключил из числа убийц Риту. Пожалуй, и Беллу можно вычеркнуть из списка, она никаким боком... а вот Рита зуб на Феликса имеет. Могут стать поводом угроза и принуждение? Запросто. Что еще могла дать смерть Феликса Рите? Кроме свободы, практически ничего. А ее желание выйти замуж за Германа? Он же по дурости не хотел обижать ее отказом, чтобы не связывать себя узами брака, говорил ей, будто отец пока против. Вот дурак! А это очень серьезный повод для женщины, которая хочет замуж. Если бы сейчас Герману предстояло выбрать жену, кого он предпочел бы? Беллу или Риту? Выбрал Риту он давно, просто тянул время... А если ее нынешняя связь с Андреем – хитрая уловка? Зная точно, что Герман никогда не уступит Андрею...

Мысли наслаивались одна на другую, чудовищные и нелепые одновременно. Неужели она могла? Нет и нет!.. А почему нет? Люди нынче пошли с большой фантазией и поразительной жестокостью. Как она тогда сказала? «А меня подозреваешь?» Эх, слова, слова... Часто их произносят с одним смыслом, а таят они в себе другой. Ну, кто заподозрит в Рите хладнокровного убийцу?..

Позвонила охрана, он нажал кнопку переговорного устройства:

– Что случилось?

– К вам посетитель. Говорит, приехал из другого города. Пропустить?

– По какому вопросу?

– Проект у него здесь. Просится к шефу. Срочно надо, говорит. Я ему: выходной, мол...

– Пропусти. На этаже пусть позвонит и назовет фамилию. Как его?..

– Тебя как? – Видимо, охранник спросил посетителя. – Викулов он.

Отец учил: день, ночь, а дело на первом месте, непредвиденные обстоятельства, о которых ты поленился узнать, могут впоследствии раздавить тебя. Когда вновь раздался звонок и Герман услышал фамилию, он нажал на клавишу, дверь на лестничной клетке автоматически открылась. Минуту спустя в дверном проеме кабинета показался темноволосый, с открытым и в то же время хитроватым взглядом серых глаз, мужичок лет сорока, эдакий крепыш.

– Можно?

– Прошу вас, – пригласил Герман. – Садитесь.

– Простите, мне нужен шеф, Феликс Георгиевич...

– Он погиб. Я его сын, Герман Феликсович, теперь и являюсь шефом.

– Извините, я не знал, – растерялся и очень расстроился Викулов. – Примите мои искренние соболезнования... Надо же, так неожиданно... Значит, вы вместо отца? Что ж, может, с вами обсудим некоторые детали? Я специально приехал.

– Попробуем. – Герман предполагал, что Викулов начнет клянчить деньги.

– Я по поводу бутылочного завода, к строительству которого должны приступить через полгода. А я думаю, уже можно начать подготовительные работы, свозить материалы, делать замеры...

– Погодите. На меня сейчас навалилось слишком много всего, я принимаю дела и не совсем в курсе, о чем идет речь. Подробнее расскажите.

– Суть вот в чем. Год назад я обратился к вашему отцу с предложением построить бутылочный завод, который будет перерабатывать всю стеклотару без исключений. Проблема в том, что в ходу «чебурашки» и бутылки из-под водки, но и те далеко не все. Не везде берут в пунктах приема стеклотары бутылки из-под шампанского, вовсе не принимают импортные бутылки, битое стекло... долго перечислять. Мы предлагаем построить завод, который переработает все стекло, включая битое. Стекло должно приниматься на вес, а не поштучно...

Какие-то бутылки, битое стекло... Отец заинтересовался этой ерундой?

– Документы у вас с собой? – спросил Герман.

– Конечно, вот. – Викулов раскрыл кейс, подал бумаги. – Это сам проект, его стоимость. Вот авторы дают раскладку. Это обязательства западных инвесторов...

– Инвесторы дали согласие? – осторожно спросил Герман. Инвестиции означали, что проектом заинтересовались, заинтересовать западников можно только одним – прибылью. – А где расчеты прибыли?

– Пожалуйста.

Викулов положил перед Германом листы, при виде которых у того непроизвольно округлились глаза. От паршивого заводика прибыль офигенная, в это трудно поверить. Впрочем, бумага все стерпит, что на ней ни нарисуй. А Викулов продолжил:

– Мы подсчитали прибыль за каждый год с учетом максимальной инфляции, хотя в нашей стране предугадать размер инфляции невозможно, однако не каждый год и рубль обваливается. Смотрите, завод окупается за год, в дальнейшем приносит доход...

– А что за продукцию должен выпускать завод?

– Ходовые бутылки, банки... наименований много, они перечислены в самом начале проекта. Ваш отец ухватился за проект, пробил инвестиции, вложил деньги, арендовал участок под строительство. Понимаете, у нас же дуболомы сидят в кабинетах, им пока разъяснишь выгоды... Обратите внимание, это проба почвы, в смысле – анализ, геодезические работы сделаны. А визы главного архитектора нет. Без его визы завода не будет. Почему-то здесь возник тормоз. Ну и самое главное – до сих пор не открыт счет. Инвесторы посмотрят на нашу нерасторопность и пошлют нас подальше. Не слать же им деньги на деревню дедушке? Мы не в курсе, что с акциями. Скажу честно, мне показалось, что в акциях и есть проблема. Кто-то недоволен дележом. Как же быть? Дело стоящее. Я звоню-звоню Петру Ильичу...

– Как? Кому вы звонили? – насторожился Герман.

– Петру Ильичу. Ему поручил заниматься документацией Феликс Георгиевич. А его нет. Вот я и приехал, благо – недалеко.

– Давайте так: я отксерю документы, копии оставлю себе. Они есть в бумагах отца, но сейчас искать в неразберихе сложно. С понедельника я лично займусь этим вопросом, созвонюсь с Петром Ильичом и позвоню вам. Оставьте свои координаты.

Когда Викулов ушел, Герман, перелистывая копии, произнес:

– Так вот ты какой, дядя Петя!