В тот день дети окружили меня, пытаясь вернуть меня себе и стирая мои слезинки. И я вернулась к ним. Через три недели маг Вит Урайа ушел из мира живых.
Мне пришлось присутствовать в поместье на проводах, организованных бывшим мужем. Встретиться и пережить встречу с бывшими друзьями. Говорить и отвечать на вопросы и при этом держаться. Делать любезную мину при плохой игре. Ни проблемы оборотней, ни имения, ни бывшего мужа меня больше не занимали. Распрощавшись, я сопровождаемая любопытными взглядами, удалилась в свой Дартон.
По возвращении, я официально усыновила и удочерила всех тридцать семь детей, дав им свою фамилию Град. И написала завещание, выделив каждому определенную долю наследства. Опекуном же на случай моей смерти назначила официальное лицо - королевского дознавателя Рольфа Краббета.
Еще через две недели я получила письмо с уведомлением, что кремированное тело мага Вита согласно завещанию было развеяно над морем, с парусного судна. О чем и был составлен акт, подписанный капитаном данного судна и дознавателем. Еще меня известили о том, что согласно завещанию, мне были переданы некоторые артефакты мага, которые после проверки будут мне переданы в столице.
Королевский дознаватель, князь Рольф Краббет.
Я лежал спеленатым на полу, в малой дворцовой гостиной Императора. Меня с охраной легко скрутили на подходе к дому Ура Темного. Признаться магов с подобной силой я не знал. Вошедший Император снял с меня путы, одновременно прихлопнув меня магией к полу, почти раздавив на жестких плитах. Висящие на шее артефакты вспыхнули, и сгорели в мгновение ока, не выдержав силы его гнева. Лишь мгновение отделяло меня от смерти. Но Император сдержался. Помятого, с выпученными глазами меня вышвырнуло в коридор из гостиной. Объяснений не требовалось. Я действительно заигрался. Впервые я ощутил на себе его силу и гнев. И понял, что время его доверия ко мне прошло, и вернуться на прежние позиции мне вряд ли когда-нибудь удастся.
Граф Макс Град.
Я не знаю, о чем тогда думал, когда шел к ней со всем этим. Могу сказать - это точно были не мозги. Прожив с ней почти полвека, я знал, что она точно не простит. И понимал, что уйдет. Если бы я мог тогда думать.
Конечно, я все знал про нее. Знал, где она живет, и что делает. Не выдержав, и прячась ото всех приезжал в этот грязный городишко. С помощью мага, менял свою внешность. Купил напротив ее дома домишко, и поселился в нем. Подглядывал, как маньяк, через бинокль в ее окна. Подкупил служанку, убирающую у нее. Видел, как она под мороком ходит по городу, встречаясь и разговаривая с его жителями. Смотрел, как она в своей тесной конторке обихаживает напыщенных высокомерных снобов, и прыщавых девиц с их мамашами. Видел и не видел свою Елену. Высидев в приемной несколько часов, Элен возвращалась в свой дом и запиралась в нем. Я уже знал, что у нее в запертой комнате есть телепорт и Ленка наверняка, сейчас уже в другом месте. С помощью магов, отследили место, где жена работала по ночам, уходя через телепорт из своего дома. Когда с ее счета стали уходить большие суммы я встревожился. Елена не из тех, кто будет тратиться на всякое барахло. Потом я узнал и про дом, и про детей. Высланных мною охранников, она пристроила охранять дом с детьми. Вот туда мне ходу не было, как и охранникам. В открывающиеся двери, они видели смеющихся и играющих в парке маленьких детишек, сопровождаемых женщинами. Спустя где-то три года, Кролюс показал мне копию документа из городской управы Дартона, из которого следовало, что моя бывшая приобрела себе тридцать семь прямых малолетних наследников.
Ни детских домов, ни приютов для малолетних в Империи не было.
В этом была вся моя Лена.
* * *
А Иви родила мальчика. Назвали Иваном. Сын был оборотнем, это выяснилось сразу и обрадовало всех оборотней. В имении появился наследник. Это единственное, что мирило их с Иви. Матерью она оказалась никудышной, кормить не стала, сразу после родов возобновив свои репетиции. Сына сбросила на кормилицу и няньку. Мне не жалко, я люблю ее фигуру, но как-то резануло в памяти, кормящую грудью, умиротворенное и улыбающееся лицо Леночки. Нет, мне грех жаловаться, от одного взгляда на Иви у меня начинали дрожать руки, и заходилось сердце. А что она вытворяла в постели.... Даже от простого воспоминания об этом у меня начинало пересыхать в горле, и садился голос. Однако двери в бывшие Ленкины покои я запер и ключ потерял, потому, что застав там однажды Иви, примеряющей ее немногочисленные драгоценности, чуть не прибил ту от злости. Иви долго потом дулась, пришлось купить ей новые цацки, чтобы успокоить. Вообще Иви влетала мне в копеечку. Постоянные новые наряды, драгоценности, кареты с гербом. От позолоты в новом городском доме меня тошнило. Она было принялась за перестройки в имении, но тут я стоял насмерть. Как малому ребенку Иви хотелось все, всего и сразу. Она хотела приемов, балов и веселья. Но после посещения подобных мероприятий несколько раз, нас перестали туда приглашать. Мне было наплевать на этих высокомерных и надутых снобов, но Иви бесилась. Поиграв с годик в графиню, Иви вернулась к танцам. Тут ей равных не было, тем более скандальная тема развода преследовала ее, и придавала новых поклонников. Поклонники, поклонники - сколько их выброшенных моими охранниками из ее будуаров, осаждающих двери. Тут бесился я. Все это заканчивалось бурными ночами примирения.
Поначалу я мотался за ней, как привязанный, но потом остыл. И стал ждать ее в имении. Сынишка рос и постоянно ждал свою мать. В редкие дни, когда она приезжала, такая яркая, красивая, звенящая - он таскался за ее юбкой по всему дому, и постоянно просился ей на руки. Я перехватывал его, но он продолжал тянуться к ней и плакал в голос. Ночью он вылезал из кроватки и настойчиво находил ее по запаху в любой из комнат, укладываясь рядом. От сына, как и от жизни в поместье она уставала быстро. И мы, двое мужчин, оставались ее ждать.
В имении дела шли неважно. Нет, все вокруг продолжало крутиться. Лес стоял стеной, по степи бегали антилопы с джейранами, рудник работал без перебоев, в казармах натаскивались новобранцы, дома строились, школа работала. Даже в медпункте сидел нанятый маг - целитель. Но что-то ушло. Я полностью иссяк. Идеи больше не фонтанировали из меня, да и полно, моими ли они были. Теперь я начинал в этом сомневаться. Военные отдавали мне честь, вожаки - старейшины уважительно раскланивались со мной. Все было также, кроме одного. Не было Лены. Новую хозяйку не принял никто. А во мне уснул зверь. Это было странно, никто из оборотней не помнил такого, но больше я не мог перекидываться, и не слышал в себе даже его рычания. Степь для меня погасла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
