Читаем без скачивания Прошлое не отпустит - Харлан Кобен

Это и был ключ, болтавшийся у нее в общей связке.

Разумеется, Боб об этом ничего не знал, но порой, когда Меган не хотелось оставаться ни в клубе, ни в квартире, которую делила с другими девушками, она брала с собой одеяло и проникала в «Люси». И здесь же они встречались с Рэем. Других мужчин она сюда не приводила никогда. Только Рэя. Они открывали дверь, поднимались по витой лестнице наверх и занимались любовью, сладостно и самозабвенно.

Меган припарковала машину и выбралась из нее. Она закрыла глаза и вдохнула соленый океанский воздух. Начало оживать былое. Открыв глаза, Меган по-смотрела на «Слониху» и задрожала под напором нахлынувшей волны воспоминаний.

Сзади раздался чей-то — слишком знакомый — голос:

— Кэсси?

Она не могла заставить себя пошевелиться.

— О Боже, — прошептал он с болью, отозвавшейся у нее в самом сердце, — это ты, Кэсси.

Ощущение у Дейва Пирса было такое, будто чья-то гигантская ладонь схватила его жизнь и принялась подбрасывать, как снежок.

Он сидел перед компьютером в гостевой комнате, которую Меган два года назад переделала под рабочий кабинет. У него подводило живот. Он ненавидел любой беспорядок. Просто не умел с ним справляться, и когда что-то шло не так и у него возникало вот такое, как сейчас, состояние, когда стены, казалось, надвигались на него со всех сторон, Меган всегда была рядом. Она терла ему виски, массировала спину, шептала какие-то добрые, успокаивающие слова.

Без нее ему было неуютно и страшно. Раньше такого никогда не бывало. Она никогда не исчезала больше, чем на час, максимум на два. Столь необычное поведение должно было в принципе удивить его, даже шокировать, но самое страшное заключалось в том, что он не был ни удивлен, ни шокирован. Да, наверное, это хуже всего — осознавать, что все надежное, все, что принимаешь как само собой разумеющееся, слетает с резьбы.

Дейв поводил пальцем по мышке и посмотрел на экран. Не хотелось наводить курсор в последний раз, но что ему, право, оставалось?

На пороге внезапно возник Джордан.

— Пап!

— Что ты кричишь? Постучать нельзя разве?

— Прости…

— Говорил же, тысячу раз говорил, — повысил против воли голос Дейв. — Сначала нужно постучать. Неужели так трудно запомнить?

— Честное слово, я не хотел…

Глаза Джордана наполнились слезами. Это был чувствительный мальчик, как и отец в те же годы. Дейв поспешно сбавил тон:

— Ладно, малыш, извини. Просто дел у меня невпроворот, вот и все.

Джордан кивнул, глотая слезы.

— Так что за беда, приятель?

— Где мама?

Хороший вопрос. Дейв посмотрел на компьютер. Стоит один раз щелкнуть мышкой, и он узнает ответ. Но сыну он сказал:

— Бабушке кое-что понадобилось, вот мама этим и занята. А тебе разве не пора спать?

— Мама сказала, что поможет мне с математикой.

— Чего же ты меня не попросил?

— Помочь с математикой?

Это была любимая семейная шутка — папа ничего не смыслил в цифрах.

— Твоя взяла. Но все равно тебе пора спать. Уже поздно.

— Я еще не сделал уроки.

— Хорошо, я напишу учителю записку. А ты иди в кровать, ладно?

Джордан подошел к отцу поближе. Он все еще любил, чтобы перед сном его целовали.

Сестра отказалась от этого ритуала еще несколько лет назад. Джордан прижался к Дейву, и он почувствовал, что у него першит в горле. Он не отпускал сына дольше обычного, а когда оторвался, увидел, что Джордан так и сверлит взглядом компьютер. Дейв поспешно свернул изображение, сведя к квадратику в нижней части экрана.

— Спокойной ночи, приятель.

— Спокойной ночи, папа.

— Прикрой за собой дверь, ладно?

Джордан кивнул и вышел из кабинета. Дейв вытер глаза, увеличил изображение до нормального размера и установил курсор на нужном месте. Сейчас он узнает, где находится его жена.

Когда у Дейва появились первые сотовые и он подписывал контракт, агент развернул перед ним целый набор умопомрачительных опций, большинство которых ему были совершенно не интересны. Но предложение активировать в телефоне дорожный навигатор всего за пять долларов в месяц показалось Дейву соблазнительным. Тогда он убедил себя в том, что делает это для собственного спокойствия — мало ли что могло случиться? Допустим, Джордан куда-нибудь денется. Или Кейли вовремя не позвонит. Или у Меган угонят машину.

Но правда, правда, в которой Дейв даже себе самому не хотел признаваться, заключается в том, что он никогда до конца не доверял женщине, которую любил. Да, это казалось абсурдом. Меган — женщина с прошлым. Это он знал. Так и у него имелось прош-лое. Как, надо полагать, у всех остальных. Но, заводя новые отношения, словно сбрасываешь кожу. Это правильно.

Но с Меган все было не так просто. В том, что она рассказывала ему о своем прошлом, многое не вязалось. Не то чтобы Дейв этого не замечал, он просто мирился. В глубине души он не хотел подвергать угрозе их отношения. Даже сейчас, по прошествии многих лет, он не верил, что выбор Меган пал именно на него. Она была так красива, так умна, что, ловя ее взгляд и улыбку, он до сих пор ощущал себя счастливчиком. А если так, если так долго ощущаешь себя счастливчиком, зачем задаваться лишними вопросами.

Дейв пребывал в блаженном неведении, но то, что произошло сегодня, вывело его из этого состояния, нарушило покой. Огромная ладонь словно встряхивала и встряхивала его мир, и когда этот мир вернется на свою орбиту, прежним он уже не будет. Тебе твердят и твердят одно и то же, только ты этому верить отказываешься — как все вокруг хрупко.

Давно стемнело. В доме было тихо. Дейв спрашивал себя, был ли он когда-нибудь одинок, и отвечал: наверное, нет. И потому, не раздумывая далее, он нажал на клавишу мышки.

На экране появилась карта. Дейв снова нажал на клавишу, потом еще и еще, изображение становилось все больше и больше, и в конце концов стрелка точно указала на то место, где в данный момент находилась Меган.

Глава 19

Меган и Рэя разделяло ярдов десять.

Впервые с той страшной ночи, семнадцать лет назад, Меган смотрела на мужчину, которого любила и которого оставила. Рэй, не утративший за эти годы привлекательности, с выражением растерянным и полным боли, как будто застыв на месте, тоже не сводил с нее глаз.

Меган переполняли самые разные чувства. Она не двигалась, ни о чем не думала, даже не пыталась в них разобраться. Все это потом. А сейчас она просто отдавалась им, словно качаясь на волнах: вверх-вниз. Бывшие возлюбленные — это всегда и прежде всего вопрос: «А что, если бы?…» Это всегда путь, не пройденный до конца. Но Рэй — нечто большее. Большинство связей распадается по самым разным причинам. Один перерастает другого, кто-то утрачивает интерес, у кого-то иссякает чувство, появляются различные цели и желания, наконец, у одного из них находится другой или другая.

Но к Рэю все это не имеет никакого отношения. Их с Меган разметало в разные стороны вроде как некое стихийное бедствие, и когда это случилось, ее чувство к нему — а это была любовь — осталось преж-ним. И у него, Меган в этом не сомневалась, было то же самое. Ни мягкого отдаления, ни резких слов, ни очерствения сердец. Сегодня они вместе, соединенные любовью. А завтра все тонет в луже крови.

Рэй вдруг сорвался с места. Она тоже — будто распахнулись прежде закрытые ворота. Они столкнулись, и от этого столкновения голова кругом пошла. Они прижимались друг к другу, не говоря ни слова, — ее щека к его груди. Она чувствовала, как под рубахой напрягаются его мышцы. Возможно, пройдет миг, и все это исчезнет, исчезнет навсегда, но сейчас ей думалось только об одном: как легко разматывается лента времени, как быстро мы возвращаемся назад и находим себя прежних, себя истинных, тех себя, которые на самом деле всегда оставались.

Один знакомый как-то сказал Меган: «Нам всегда семнадцать лет, мы всегда ждем начала жизни». Сейчас, прижимаясь к этому мужчине, она, более чем когда-либо, соглашалась с этими словами.

Они все не отпускали друг друга. Чуть ли не минуту стояли они неподвижно под внимательным взглядом «Люси».

— Мне так много о чем надо тебя спросить, — проговорил наконец Рэй.

— Знаю.

— Где ты была все эти годы?

— Разве это имеет значение?

— Нет, пожалуй.

Меган откинулась назад и всмотрелась в Рэя. На щеках его была двух-, а то и трехдневная щетина. Волосы по-прежнему взъерошены, как у мальчишки, хотя на висках пробивалась едва заметная седина. Глядя в его темно-голубые глаза, Меган почувствовала, как у нее подгибаются колени.

— Одного понять не могу, — сказал Рэй. — Зачем ты вернулась?

Меган откашлялась.

— Еще один исчез.

Казалось, она ожидала от него какой-то реакции, но видела по-прежнему лишь боль и растерянность.

— Это случилось восемнадцатого февраля, — продолжала Меган. — В тот же день, что исчез Стюарт Грин.