хозяйством в его американском поместье Пойнт-Бриз. В 1811 году Жозеф отправился в Париж для присутствия на крестинах сына Наполеона и заодно попытки (безуспешной) защитить интересы своих новых подданных. Его сопровождал маркиз де Монтермозо, который внезапно скончался в Париже, и прекрасная Мария стала вдовой.
Командование Жозефа вооруженными силами в Испании было чисто номинальным, ибо посланные туда маршалы занимались собственным обогащением и предпочитали подчиняться напрямую Наполеону, ни в грош не ставя мнение недееспособного короля. 21 июня 1813 года сражение с англичанами под Виторией, затеянное по настоянию Жозефа, было проиграно. Ему пришлось улепетывать столь стремительно, что он бросил на месте столовое серебро, коллекцию испанской живописи и казну для расчетов с военными – 27 тысяч франков. Но, к чести его будь сказано, Жозеф успел прихватить с собой маркизу де Монтермозо. Та поселилась во Франции, причем сумела собрать вокруг себя небольшой двор из лиц, поддерживавших короля-француза во время его правления, так называемых «жозефинос». Она попробовала было обосноваться в Париже, но против этого выступили Наполеон и Жюли, так что ей пришлось поселиться в Беарне, в замке Каресс. Жила маркиза за счет доходов от испанских имений и со временем скопила одно из самых больших состояний во Франции. В 1816 году она вышла замуж за французского офицера Амедео де Карабен, с которым прожила до конца своих дней, посвятив себя благотворительности.
Жозефу же оставалось только возвратиться во Францию в свое любимое поместье Мортфонтен, превратившееся в центр собрания семьи Бонапартов. Как это ни странно, там проживала и Дезире, которая, невзирая на приказ Наполеона покинуть Францию, осталась в Париже. Ее муж, избранный кронпринцем Швеции, теперь командовал одной из четырех армий, готовившихся вступить во Францию.
Наполеон затеял новую комбинацию – посадить на трон Испании изгнанного народом принца Фердинанда Бурбона, предварительно женив его на тринадцатилетней дочери Жозефа Зенаиде. Отец кандидатки выступил против этого плана, но согласился отречься от престола только при условии, что сохранит за собой титул короля. Ему присвоили звание генерал-лейтенанта и назначили губернатором Парижа. В процессе агонии империи Наполеон засыпал брата письмами, исполненными самых оптимистических заверений:
«Сегодня я в такой же степени хозяин положения, как и при Аустерлице!»
Но Жозеф, похоже, не собирался геройски защищать Париж. Сначала он отправил на запад Жюли с детьми, а затем сбежал и сам. После отречения Наполеона разжалованный губернатор вместе с женой уехал в Швейцарию, где купил поместье близ Лозанны. Считается, что он был самым богатым из Бонапартов, ему приписывали состояние в 25 миллионов франков. Во время пребывания Наполеона на Эльбе, Жозеф активно переписывался с ним, сообщая о положении дел на материке, а также о заговорах, которые возникали против бывшего императора – очень многие предпочли бы видеть его мертвым. Получив известие о побеге брата с Эльбы, он уже через два дня после него прибыл в Париж, где занял свое место в палате пэров. Когда Наполеон выехал из столицы, чтобы произвести пробу сил к югу от Брюсселя, Жозеф и Люсьен остались в Париже, пытаясь сохранить единство в обществе его политических сторонников.
После разгрома при Ватерлоо Наполеон был вынужден вторично отречься от престола и выехал в Рошфор. Жозеф последовал за ним. С годами сходство между братьями во внешности стало разительным, и Жозеф предложил поменяться местами. В таком случае Наполеон в его одежде мог бы отбыть в Америку на бриге, зарезервированном для Жозефа, а брат в его личине мог бы предпринять попытку прорваться через заслон британских судов в Атлантике. Наполеон отказался, положившись на благородство англичан, и сдался капитану Мейтленду с корабля «Бельрофон». Когда Жозефу сообщили об этом, он отплыл в Чарльстон в одиночестве – Жюли по слабости здоровья отказалась пересекать Атлантику.
Жизнь в Новом Свете
Прибыв в Америку, отставной король купил себе огромное поместье Пойнт-Бриз в Нью-Джерси на берегу реки Делавэр. Некоторое время особняк графа Сюрвилье (так именовал себя теперь Жозеф) считался самым красивым в Америке после Белого дома. Огромную площадь (7,2 км2) облагородили садоводы-пейзажисты, засадив ее диковинными растениями, заселив ручными оленями и редкими птицами в вольерах. Убранство дома вызывало самый неподдельный восторг. Мраморные камины, мебель из акации и красного дерева, украшенная вставками из позолоченной бронзы, мраморные статуи, ковры и гобелены, вазы из порфира, хрусталь, библиотека в 8 тысяч томов и огромное количество картин – общим счетом 12 000. Разумеется, среди них было немало произведений второго и даже третьего разряда, но среди лучших трудно было назвать какого-либо отсутствующего признанного мастера кисти. Рафаэль, Корреджо, Веронезе, Тициан, Веласкес, Мурильо, Ван Дейк, Леонардо да Винчи, Рубенс, Пуссен – какие из них были куплены, а какие украдены? Естественно, присутствовал современный Давид с его монументальным полотном «Переход Наполеона через Альпы». Жозеф охотно давал произведения искусства для выставок в Академии изящных искусств Филадельфии[26], единственным исключением было полотно Тициана «Тарквиний, замышляющий обесчестить Лукрецию», которую чопорные блюстители нравственности упорно отказывались выставлять на всеобщее обозрение.
К Жозефу на некоторое время приезжали дочери, которые вышли замуж за своих двоюродных братьев: Зенаида-Летиция – за сына Люсьена[27], Шарлотта-Наполеона – за сына Луи. Но Жозеф совершенно не скучал в американской глубинке. Следует напомнить читателю, что он был вторым в линии престолонаследия молодой династии Бонапартов после сына Наполеона, малолетнего Франсуа-Жозефа-Шарля, томившегося практически в заключении под опекой своего деда, австрийского императора Франца I в Вене. Жозеф привечал всех навещавших его бонапартистов, оказывая им посильную помощь и поддерживая, насколько это было возможно из далекого далека, соответствующие настроения в Европе. Ему будто бы предлагали короноваться императором Мексики, но он отказался, заявив:
– Берегите демократию Мексики, этот дар небес!
Его часто навещали видные американские деловые и политические особы, он также активно приумножал свое состояние, но самым сладостным занятием было пребывание в обществе прекрасной Аннетт Сэвидж. Она родилась в Филадельфии в семье скромных квакеров, которые умудрились породниться с индейцами из рода принцессы Покахонтас. Доказательством тому служила роскошная грива черных волос девушки. Дела у семейства шли далеко не блестяще, и ей пришлось наняться продавщицей в галантерейный магазин, где ее и обнаружил Жозеф, зашедший туда купить пару подтяжек. Бывший король поселил ее в одном из домов поместья (для расширения земель он прикупил с десяток прилегавших к участку ферм, жилые помещения которых использовал для хранения своего грандиозного имущества).
В 1821 году Аннет родила ему дочь, которая вскоре умерла, в 1822-м – вторую девочку, окрещенную Каролиной. Жозеф любил разнообразие, американка со своим квакерским
