Дожидаясь появления Кэрол, Дэвид мысленно перебирал все возможные варианты ее ответов, но ни один не казался ему соответствующим характеру молодой женщины. Одно время ему казалось, что он знает, что нужно Кэрол, но это было до того, как она начала подыскивать себе домик в Северной Дакоте.
Что ни говори, а тысяча миль – достаточно серьезное препятствие для долговременных и прочных отношений.
Он мог бы попросить ее остаться. Она, конечно, захочет узнать, почему должна делать это. Тогда он мог бы рассказать, что собирается серьезно поговорить с отцом о будущем «Мэттьюс куинз»...
Дэвид не успел продумать до конца план предполагаемой беседы, потому что в гостиной появилась Кэрол с двумя бокалами вина в руках.
Вот так. Даже не бутылка, предполагающая долгий и приятный вечер, а два наполовину наполненных бокала. Или наполовину пустых – в зависимости от точки зрения.
Кэрол опустилась на диван, отпила глоток из своего бокала и сразу же взяла быка за рога.
– Я возвращаюсь в Дакоту! – Она не сочла нужным поинтересоваться его мнением на сей счет. Просто ставила его перед фактом. – Сейчас практически невозможно найти работу во Флориде, и я не могу позволить себе рисковать. А в Дакоте меня ждут. Прости.
В этих словах звучало нечто большее, чем просто извинение. Кэрол заранее полностью оправдывала его, снимая с него всякую ответственность за дальнейшее и целиком перекладывая ее на себя.
Теперь по идее Дэвид должен был попросить ее остаться.
– Мне жаль, что ты считаешь, что должна уехать.
Фраза получилась немного корявая, но она одновременно выражала и его сожаление по поводу ее отъезда, и уважение права Кэрол самой принимать касающиеся ее решения. В свое время Дэвид был мастером на такие фразы.
– Я рада, что ты меня понимаешь, – ответила она без какой-либо бравады в голосе, просто констатируя это.
– Ты всегда умела просчитывать шансы заранее, – признал Дэвид. – Из тебя бы вышел неплохой игрок в покер.
– Я часто играла в покер с папой, – улыбнулась Кэрол. – В детстве это была наша любимая игра.
– И тебе везло?
– Пару раз мне удалось побить его, – мечтательно произнесла она. – Последний раз я выиграла накануне собственного выпускного вечера.
– Неужели с тех пор ты ни разу не играла?
Кэрол поморщилась.
– Ламберт иногда предлагал мне поиграть. Но он довольно скверный игрок, к тому же совсем не умеет проигрывать. Сразу становится злым и раздражительным. Так что мне приходилось поддаваться, чтобы доставить ему удовольствие.
– Неужели он ни разу не поймал тебя на этом? – удивился Дэвид.
В глазах Кэрол мелькнула лукавая искорка.
– Ни разу. Он был уверен, что я совершенно не умею играть.
Похоже, этот Ламберт на редкость самовлюбленный осел, подумал Дэвид.
Кэрол допила вино, откинулась на спинку дивана, вытянула ноги и закрыла глаза. Она явно не стремилась допускать его в свою личную жизнь, и это обстоятельство больно задело Дэвида.
– Ты так и не успела разобрать свои вещи? – спросил он, бросив взгляд в направлении второй, пустой комнаты, куда еще недавно помогал перетаскивать коробки и ящики из гостиной. – Теперь, наверное, уже и не разберешь.
Кэрол, не открывая глаз, пожала плечами.
– Как-то не задумывалась об этом. Слишком много работы было.
Но Дэвиду было неприятно думать, что все эти ящики так и стоят за стеной, напоминая о краткости пребывания Кэрол во Флориде и об ее скором отъезде.
– Тебе лучше распаковать их, – озабоченно заметил он. – Ты ведь не уедешь до открытия «Виктории»? А это ведь целых полтора месяца.
Кэрол кивнула.
– Наверное, ты прав. Да и в любом случае у меня не получится уехать так быстро. Я разговаривала с маклером, и он сказал, что только продажа дома займет около трех месяцев.
– Это хорошо.
– А ты? – Кэрол открыла глаза и пристально посмотрела на Дэвида. – Ты по-прежнему собираешься в Эверглейд?
– У меня может не оказаться другого выхода. Если отец продаст компанию...
Кэрол деликатно кашлянула. Дэвид поднял голову.
– Я буду рада, если ты навестишь меня, – просто сказала она. – Ты не против?
Еще несколько недель назад он пришел бы в восторг от подобного предложения. Встречи с девушкой без всяких взаимных обязательств – чего еще может желать мужчина? Но теперь ему хотелось, чтобы между ним и Кэрол существовали крепкие узы. Узы, которые могли бы удержать ее в Тампе.
Дэвиду удалось изобразить улыбку, искренность которой делала честь его актерским способностям.
– Буду рад. И постараюсь сделать для тебя эти месяцы незабываемыми.
– Спасибо... – Кэрол потерла ладонями виски, и на ее лице проступила усталость.
Дэвид поднялся.
– Тебе нужно отдохнуть, – мягко, но решительно сказал он. – Увидимся завтра в офисе.
Он наклонился и поцеловал ее. Простое прикосновение губ к щеке, не несущее никакого скрытого смысла. И ушел.
12
Степенный седой метрдотель провел его в маленький, отгороженный от общего зала ширмами кабинет, где в глубоком кресле восседала сухощавая пожилая дама с немного легкомысленными серебристыми кудряшками и со старинной камеей у ворота глухого коричневого платья.
– Вы заставляете себя ждать, мистер Мэттьюс, – неодобрительно заметила она, пристально разглядывая Дэвида, который тем временем беспокойно вертел головой по сторонам.
– Где мисс Картер? – довольно резко спросил он, убедившись, что, кроме старой дамы и его самого, в кабинете никого нет.
Миссис Шарпантье поджала губы, так что они превратились в узкую полоску.
– Диди сказала, что не хочет встречаться с вами. И я хорошо понимаю ее. Она очень чувствительная натура, а вы производите впечатление чересчур импульсивного молодого человека. Поэтому будет лучше, если вы изложите ваше дело мне.
Поняв, что его заманили в ловушку, Дэвид в ярости сжал кулаки, но вовремя опомнился.
– Весьма разумное решение, – заметила старая дама, от которой не ускользнула эта. смена настроений.
Дэвид рухнул в свободное кресло, собираясь с мыслями.
– Я хотел бы знать, – глухим голосом произнес он, – что связывает вашу племянницу и моего отца.
– По-моему, это очевидно, – пожала плечами миссис Шарпантье. – Они любят друг друга и собираются пожениться.
– Но отец на сорок лет старше ее!
– С каких это пор возраст стал служить препятствием для любви?
– Послушайте, миссис Шарпантье, – заговорил Дэвид, с трудом сдерживая ярость, – мы с вами прекрасно понимаем, что ни о какой любви речь не идет. История о бедной молодой красотке и богатом старике известна с таких давних пор, что уже навязла у всех в зубах. Если вам нужны его деньги...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
