- Все это хорошо, да ведь наша вера трудная...
- Чем трудная? - возразил пришедший. - Русские меньше молятся, чем мусульмане.
Однако о. Андрей отослал его с напутствием: сначала выучить славянский язык, чтобы понимать церковные службы, а уж потом приходить креститься. Этот мусульманин больше к нему не обращался.
Преосвященный Димитрий (Абашидзе) заявлял прямо: "Мусульманские подданные всегда были и остаются друзьями Православной России; а в своей собственной среде мы видим отступников, безбожников, предателей". Миссионерская деятельность этого выдающегося архипастыря Туркестана была направлена отнюдь не на противодействие Исламу, - а на борьбу с сектантством и губительным революционным поветрием.
Ислам, благожелательно относящийся к "людям Книги" - христианам, в то же время болезненно реагирует на попытки миссионерства в его собственной среде. Православные таких попыток не делали - и отношения между ними и мусульманами сложились наилучшие.
Встретив русских переселенцев милосердием и гостеприимством, мусульмане сочувственно отнеслись и к их религиозным нуждам. Храмы они называли "русскими мечетями", священника - "русский мулла в черном халате". Один крестьянин из села Троицкое (ныне город Чирчик), занимавшийся сборами средств на строительство храма, рассказывал, как в его избу вдруг явился "человек в большой чалме и в очень блестящем тулупе (очевидно, в парчовом чапане)". Крестьянин сначала страшно перепугался. Но пришедший, оказавшийся муллой из соседнего кишлака, положил перед ним мешочек с несколькими золотыми монетами, - пожертвование на "русскую мечеть".
Божественные службы совершались первоначально на "походных" алтарях, в "походных" храмах. Эти картины заставляют вспомнить о том, как в древности совершались Богослужения для "ходящих людей" - кочевников. Так же и переселенцы "не имели для себя спокойного места". На привалах обычно устраивалось что-то вроде часовни: навес из подручных материалов, под которым размещался переносной алтарь. На нем священник совершал Литургию, а молящиеся стояли вокруг, под открытым небом. При продолжительных стоянках сооружались "походные храмы": ими были небольшие строения из бревен или палатки из непромокаемой ткани (в качестве материала для таких храмов-палаток православные начали использовать местную ткань: "кокандскую мату"). Первым домом Божиим в Красноводске явилась "походная церковь кавказского отряда" - удлиненный дощатый шалаш, внутри которого размещались складной иконостас и переносной алтарь. "Временным храмом" для первого православного прихода края, созданного в 1850 году в городе Копале, стала большая юрта; таков же был первоначально дом молитвы в городе Каракол. (Это заставляет вспомнить "золотые" церковные юрты, воздвигавшиеся ханскими женами и монгольскими вельможами во времена Чингисидов, хотя, конечно, храмы-юрты русских переселенцев были обставлены не так роскошно.)
Священников для всех открывающихся приходов взять было неоткуда. Духовенство ехало из России в Туркестан крайне неохотно, из-за боязни перед дальним краем и населявшими его незнакомыми народами, известий о землетрясениях, эпидемиях чумы и холеры, слухов о трудностях священнического служения в этом краю. Попыткой хоть как-то удовлетворить нужду верующих в Богослужениях и Таинствах было учреждение штата разъездных священников. Такой пастырь с "походной церковью" (то есть с переносным алтарем и складным иконостасом) посещал селения, не имевшие своих священников. Это поприще требовало мужества и крепких телесных сил. Тогдашние дороги были плохи; далеко не везде могла проехать телега или арба. Священнику приходилось переплывать бурные горные реки, ездить верхом или идти пешком, неся с собою "походную церковь" и дорожные припасы. После создания на озере Иссык-Куль Свято-Троицкого мужского монастыря послушание служения в качестве разъездных пастырей стало возлагаться на его иеромонахов.
Когда в Туркестане построили железные дороги, по каждой их ветке были пущены "вагоны-церкви". Они останавливались на станциях и полустанках, и окрестные жители, заранее оповещенные о времени их прибытия, собирались к "вагону-церкви" для участия в Богослужении. Священники этих "храмов на колесах" совершали и требы: крещение младенцев, венчание, отпевание. Перед Пасхой снаряжались экстренные поезда, состоявшие из паровоза и "вагона-церкви": для освящения куличей. Особым благолепием отличался "вагон-церковь" во имя святых равноапостольных царя Константина и царицы Елены: украшенный позолотой снаружи и внутри, с иконостасом и иконами работы санкт-петербургских мастеров. Для организации деятельности привокзальных храмов и "вагонов-церквей" учреждались особые "железнодорожные благочиния".
Первоначально приходы Туркестана находились в ведении частью Оренбургских, частью - Томских архиереев; Закаспий (Туркестан) был в церковном отношении произвольно причислен к Грузинскому Экзархату. Наконец, когда стало очевидно, что для окормления этого необъятного края требуется отдельная архиерейская кафедра, в 1871 году была учреждена Ташкентская и Туркестанская епархия Русской Православной Церкви.
Появление в Туркестане православных приходов и храмов в большинстве случаев не было бы возможно, не будь горячей любви к Матери-Церкви у русских крестьян, купечества и казачества. Очевидец создания епархии священник Евстафий Малаховский свидетельствует: "Переселенец-хлебороб был счастлив, когда после долгих прошений и скитаний ему, наконец, удавалось получить надел земли. Первой заботой его после этого было построить хотя бы маленький храм, и своими жертвами и трудами он вскоре воздвигал его". Когда у христианской общины не хватало средств, они избирали из своей среды благочестивых сборщиков и посылали их по городам Туркестана. Русские предприниматели и купцы, развивавшие торговлю и промышленность края, не только созидали храмы в городах, но и охотно откликались на просьбы сельчан о помощи в святом деле храмоздательства.
В 80-х годах ХIХ века начали создаваться первые постоянные - из камня или дерева - православные храмы на территории Туркменистана: в Теджене (1883), Асхабаде (Ашхабаде), станице Николаевской, Кызыл-Арвате, Чикишляре, Серахсе, Каракале (1885), Красноводске (ныне город Туркменбаши), Мерве (ныне город Мары), Ак-Тепе, поселках Ванновский (ныне город Безмейин), Алексиевский и Казанджик (1886), Тахтабазаре и поселке Фирюза под Асхабадом (1888), Кушке (1889).
Хотя приходы Закаспия были произвольно включены в состав Грузинского Экзархата, однако церковная ситуация в самой Грузии была сложна и требовала постоянного присутствия архиереев, так что ни экзархи Грузии, ни их викарии за двадцать лет ни разу не сумели посетить свою закаспийскую паству, ограничиваясь перепиской и присылкой по почте антиминсов для новосозданных храмов. В 1900 году Закаспийские благочиния были включены в состав Ташкентской и Туркестанской епархии.
Когда Закаспий ещё не входил в Туркестанскую епархию, оттуда была оказана здешней пастве братская помощь: был пущен "вагон-церковь" по маршруту "Асхабад - Самарканд". Впоследствии в Асхабаде появился свой "вагон-церковь", курсировавший по Мургабской железнодорожной ветке.
Нужно сказать, что закаспийские православные проявили особую ревностность. Перед катастрофой 1917 года Асхабад являлся "самым церковным городом" во всей епархии: здесь имелось 22 храма, среди которых красотой и величественностью выделялись Воскресенский и Александро-Невский соборы, храм во имя святителя Алексия при техническом училище. Михаил-Архангельский, Свято-Никольский и Свято-Георгиевский (гимназический) храмы. Из них при большевиках уцелело только одно здание Александро-Невского храма (отреставрированного и вновь открытого в 1993 году).
В Красноводске имелось три храма. Один из них, во имя святого Архистратига Михаила, в 1995 году при разливе Каспия оказался под угрозой затопления. Русские моряки перенесли его с затопляемого места полуострова и поставили вновь на безопасном месте. (Это - единственный сохранившийся храм Красноводска, ныне действующий.) В Кушке были созданы казачий собор и приходской храм. В Мерве был построен прекрасный храм в стиле русского "барокко". Один из первых храмов Закаспия, в станице Николаевской Мангышлакского уезда, был построен в 1884 году, когда там жило всего 25 казачьих семей. Строил этот храм во имя святой равноапостольной Нины (деревянный на каменном фундаменте) казак Захария Дубский с помощью других станичников. В 1895 году жители села Михайловское Асхабадского уезда воздвигли храм из горного камня в честь Преображения Господня. На острове Малом Долгом, где размещался поселок русских рыбаков, в 1895 году был построен красивый храм во имя святителя Николая Мирликийского, из сосновых брусьев на фундаменте из тесаного камня. Рыбаки острова Долгого происходили из Астрахани, за помощью в храмоздательстве обратились к своим землякам астраханским купцам, и те прислали доброхотные пожертвования. В этом же году был построен большой "каменный" храм с колокольней во имя святителя Алексия Московского, в селе Ванновском (ныне Безмейин).
