Читаем без скачивания Около шеста - Екатерина Федорова

Мы с ней познакомились в солярии. Я пришел, а там сидит такая с большими глазами, с улыбкой, а я тогда встречался с девочкой уже 8 лет, но ее увидел и все! У нас прям в солярии все и началось, а через две недели мы уже жили вместе. Сначала, понятно, я клюнул на внешность — я, когда влюбился, видел только ее глаза. О женитьбе в такие моменты не думаешь. А потом приходит понимание, что с этим человеком тебе комфортно. У нас, например, вообще нет никакой бытовухи, нет этого ковыряния в мозгах. Носки я себе сам стираю и готовлю сам — я ж повар. Мне для быта вообще женщина не нужна, поэтому ее хозяйственные качества мне неинтересны, секс тоже не на первом месте. Мне только любовь нужна. Я бы не хотел жить один. Семья, дети — это очень круто, я вообще троих хочу».

Игорь: «Личная жизнь стриптизера — это продолжение его работы, а так, чтобы нормальная семья была, дети, — это очень редко. Большинство если и женится, то через год-два уже развод. Потому что женятся на таких же, как сами, — на стрипках, проститутках, на богатых тетеньках. Я и сам женился в клубе, но у меня все хорошо. Потому что у меня жена управляющая клубом, она там проработала 10 лет — это во-первых, а во-вторых, это она же меня и взяла на работу. Я когда пришел в клуб, еще в институте учился, и совмещать учебу и ночную работу было тяжело — мы репетировали до 6–7 вечера, а потом еще всю ночь до 6–7 утра выступали. За месяц я уже зомби стал, то опаздывал, то тупил, мозг перегружен. Через полгода втянулся, нормально все стало, и мы с ней стали общаться, дружить. А она такая боевая, если косяки какие-то, она реагирует моментально, причем она сделает так, что ты все сдела-ешь, как она хочет. Так мы общались, тусовались еще в течение двух лет, я что-то там ей моргал, она мне подмигивала, а потом ома как-то заболела. Ну, я же друг, приехал, помог, торт, цветы привез, а потом по каким-то причинам домой не смог поехать, у нее остался, и как-то так постепенно сблизились, и срослось все. Мы даже сами не можем сказать, в какой момент все стало серьезно. Я-то ее приглядел примерно через год работы в клубе, мне понравилось, что такая боевая, хозяйственная, нормальная девушка. После года работы в стриптизе мне уже на всякую внешнюю бутафорию смотреть вообще неинтересно было, если содержания нет, так его и потом не будет. Там через некоторое время уже делать вместе нечего — что, сидеть смотреть друг на друга, какие мы оба красивые? Мне это вообще не надо, я уже понабивал себе на этом шишек. Я себе смотрел по смыслу, по внутреннему содержанию. Красивая, но тупая или страшная, но умная — ведь так чаще бывает. Редко, когда и человек яркий, и внутренне богатый. Но бывает, человек — вроде ничего выдающегося, а присмотришься, кто он, как, какие движения, к чему стремится — это же главное, потому что в трудную минуту тебе могут и чашку чая не принести, скажет: «Извини, у меня ногти, дорогой». А здесь был реально нормальный человек, и я понял, что в ней есть все, что я хотел в качестве семейного плана. У нас же такая достаточно легендарная пара, все, кто в этом бизнесе, прекрасно знают, кто я, кто она. У нас сын растет, настоящая семья. Но мы — это исключение, очень мало у кого получается так. Потому что, чтобы жить с нормальным человеком, надо выкинуть из головы все, что ты узнал, работая в стрип-клубе. Я все свои «тайные знания» в обычной жизни никогда не применяю, да и на работе стараюсь поаккуратнее быть, потому что первый закон жизни — это закон бумеранга. Так-то очень легко, если женщина несчастна, пожалел, подпел ей, все, она уже хочет с тобой общаться, «только ты меня понимаешь» и прочее — она уже на крючке. Но если ты там сейчас отожмешь денег, изобразив любовь, сыграв на чьих-то чувствах, да, ты сегодня соберешь денег столько, сколько унести сможешь, а завтра у тебя или мама заболеет, или разобьется кто-то из близких, или просто все эти деньги в трубу вылетят. Поэтому я никогда не изображаю влюбленность. Как можно любить, когда тебя, как обед, заказали? Общаться — да, а любовь — для меня это другая история. А с чужими чувствами, мечтами шутить не стоит. Даже когда сами посетительницы клуба начинают: «А что ты к нам не подходишь?», «А что ты без настроения?», я отшучусь и не ведусь. Они же сами не понимают, куда их несет, а мне это вообще не надо, я женат, и это для меня в любом случае важнее. Я никогда не жалел, что попал в стриптиз. Здесь я приобрел самое дорогое, что у меня есть — свою семью: жену, сына. Второй момент-я повзрослел, заматерел, я начал масштабнее смотреть на жизнь, более глубоко. По сути, моя работа заставила меня стать психологом. Никакой университет не сделает 20-летнего парня психологом, а стриптиз сделает, причем очень быстро. Потому что здесь не только раздеваются, здесь раскрываются так, как в обычной жизни люди никогда себе не позволяют. Мне сейчас не надо 2 часа разговаривать с человеком, чтобы его понять, мне достаточно пары минут и все ясно, я просто чувствую человека. Это отличная школа практической психологии».

Кирилл: «Я когда дома жил, я был более мягкий, я относился к девушкам четко. Ну, я и сейчас стараюсь так к ним относиться, но не очень получается. Я стал более жесткий, потому что девушек здесь куча, каждый день новые, и каждая тебе вешает или «ты классный», или чувства свои, и ты все это пропускаешь, и ты чувствуешь, что ты серый, что нет того, как это было дома, и даже начинаешь жалеть, что так поменялся. Издержки профессии. Женщины очень сильно теряют ценность. Влюбиться очень трудно. Там, дома, самые первые чувства они были такие, что вау! А сейчас такого уже нет. О том, чтобы семью завести, я даже и не думаю из-за того, что те, которые к нам в клуб ходят, это не те девушки, с которыми надо семью создавать. Да и какая семья? С этой работой это нереально, человеческие отношения еще можно сохранить, но физическую верность — нет, в стриптизе все секс, там без секса денег нет. Я после месяца работы в Москве вообще не мог видеть девушек, мне хотелось выпить где-то, где их нет, включить телек, взять кучу чипсов и тупо зырить. Секс, телки, телки, секс — это уже просто жутко. Секса на самом деле вообще не хочется. Вот мы, бывает, дома тусим с девчонками, валяемся, телек смотрим, девушки уже и так и сяк лезут, а я понимаю, что она хочет, но мне вообще не надо, я лежу и телек щелкаю. Уйду из клуба, думаю, все быстро восстановится. А пока… Я ничего хорошего и полезного, работая в стриптизе, не узнал. Все, что я узнал, это жутко знать, это угнетает. Я в женский стриптиз люблю ходить, да мы практически все туда ходим. Просто, когда ты сам танчишь, стараешься понравиться, чтобы тебя взяли, ты как бы как мясо, ну я, по крайней мере, так себя чувствую, ну и это, естественно, не очень комфортно, как-то не так все. А когда я после этого прихожу в женский стриптиз, то сижу уже как парень, я уже там рулю: «Так, ты иди сюда, ты туда». Это как реабилитация, баланс восстанавливается и уже все нормально. Я и со стрипками многими дружу, но именно дружу. Отношения с ними — точно нет, потому что мы оба шарим, кого разводить? Не интересно вообще».

Заслуженный отдых

Как-то раз к поручику подошел корнет и спросил:

— Поручик! Полковник сказал мне, что вы в юности хотели быть не то членом государственной думы, не то членом суда присяжных… Это правда?

— Да… Молодость, молодость… Членом суда, членом туда…

Большинство стриптизеров «не доживает» до пенсионного возраста. Потому что у большинства заработки весьма скромные, и если по молодости недостаток денег с лихвой компенсируется изобилием секса, то через год-два работы секс уже не кажется достойной заменой денег. Долго на сцене держатся только звезды, те, кто зарабатывает столько, сколько ни в одном другом месте им платить не будут. Они работают до 35, а то и до 40 лет, пока позволяют внешние данные. Тарзану уже 44, и он прекрасно смотрится в стрингах, так что такой жесткой привязки к возрасту, как у девушек, у парней нет. Но рано или поздно уходить все равно приходится. Тарзан, удачно женившись, открыл себе дорогу в шоу-бизнес, кто-то становится индивидуальным фитнес-тренером для располневших дам, кто-то создает свой бизнес. К сожалению, мне не удалось найти ни одного бывшего стриптизера, в клубах быстро забывают своих вчерашних героев, а респектабельные бизнесмены не всегда готовы рассказывать, как заработали первичный капитал.

Никита: «Девочкам сложнее, у мужиков стандарт сеть, им молодые нравятся, а женщин в этом плане не поймешь, у них все наоборот, они предпочитают не молодых дурачков, а более-менее взрослых мужчин. У меня другу 42, он работает, правда ему больше 32 не дашь. Все зависит от тела, пока ты в форме, можешь работать.

Большинство старается заработать на бизнес, отстроить его и потом уже уходить. Я вот повар, я при желании мог бы накопить на ресторан, это не проблема, просто мне неинтересно. Многие шмотками начинают заниматься, спортивным питанием. Кто-то в клубном бизнесе остается, становится управляющим или к девочке какой-нибудь молодой, которая зарабатывает хорошо, уходит. Некоторые уходят на содержание к женщинам, ну скажем так, за 35, за 40. А что? Ей приятно, мальчик рядом ходит красивый. Обычно она квартиру снимает, и при этом продолжает жить с мужем, просто приезжает, когда ей надо. Если она одна и сама зарабатывает, может и к себе взять. Бывает, что долго содержит, и если ты не дурак, то ты не тратишь деньги, откладываешь. Большинство параллельно и с другими женщинами встречаются, бывает, что та, которая снимает квартиру, в курсе, тут все от отношений зависит. Пока ты женщину устраиваешь, все будет нормально, а то, что она не очень, так для этого виагра и придумана. Мне это все столько раз предлагали! Но мне это не надо. Я знаю, к чему такая ситуация приведет. Со временем по-любому начнутся проблемы. Люди все равно друг другу надоедают, тебе надоедает все это слушать, поддакивать, делать все, что попросит, а когда ты ведешь себя не так, как ей нужно, она не будет платить. Ну и все, гуд бай май лав. Хотя некоторые живут на содержании, а потом женятся, все возможно, все как у обычных людей.