— А как же император?
Толпа засмеялась, вполне искренне.
— Император — это одна малина. А другая, это наше общество. Понимай — как хочешь, но я бы тебе рекомендовал особо не распространяться об этом. Здесь, среди нас — это будет держаться в секрете. Но… видишь ли, Наташа у нас природный сканер. Юное дарование, которое пережила всех своих родственников, получила переизбыток силы и стала главой рода. Четверка из семи, причем, в таком юном возрасте. Наташа?
Это был «знак», чтобы продолжила она:
— Если ты научишься скрывать нутро, а это тебе, очевидно, нужно, то никакой сканер не прознает про твою особенность. Я же, могу помочь тебе в этом.
В ответ я лишь кивнул.
— А теперь, вернемся к повестке дня. На данный момент Виктор Вольфович находится под заключением в подвластном суде, полицейском участке центрального микрорайона нашего города. За него уже попытались внести залог, однако, судья, не без моей помощи, смогла найти причину для отказа.
Я не удержался и присвистнул. Правда, это было как-то по ребячески. Но аркадий Семенович оценил этот жест, как восхищение над его способностями.
— Поспокойнее, седьмой, — улыбнулся он, — Я и не такое могу.
Все молчали, я извинился, и старик продолжил:
— До меня дошли слухи, что к выходным на нашу территорию приедет три представителя этого рода. Скорее всего, конечно, два, потому что третьего на данный момент, должны были утопить в Москва-реке, но с учетом того, что маги среди них есть действительно сильные, то…
Все понимали, к чему он вел.
— В общем, нужно решить, как от них избавиться. Увы, давление с их стороны может оказаться весомым. И судья примет решение ненужное никому.
Тут, до меня, кажется, дошло… что меня смущало во всем этом…
«А, с чего бы, вдруг, им убивать других криминальных авторитетов? Ну, хрен с ним, они приехали на „нашу“ землю, но…»
— Могу задать вопрос, — я поднял руку, решив, что я должен знать больше.
— Задавай.
— А чем вам всем не угодил этот род? Ну… в моем случае — они пытались меня подставить, в случае Николая, — кивнул в сторону Воробьева, — Я тоже — понимаю. Но насчет остальных?
Если бы галдящая толпа говорила по одному, я бы сразу все понял. Но нет же, они перебивали другу друга, при этом — умудряясь между собой чуть ли ни драться. Бабы, кстати, вели себя активнее всех, то и дело подначивая Бориса на конфликт с остальными, причем…
«Да они даже не по делу говорят…»
—… как ты так можешь про Бориса? — крикнула Наталья, улыбаясь белоснежной улыбкой.
Причем она это говорила тому самому грузину, который в этот момент спорил даже не с Борисом, а с Олегом…
«Детский сад…»
— Ша! — взревел старик.
«Дети», потупив взгляды, вмиг умолкли.
— Объясняю, специально для седьмого. Вольфовичи — достаточно крупный род. Сколько их на самом деле в семье — одному богу известно. Они — бывшие официальные смотрители города Москвы и Великого Новгорода. То бишь, были наемно-боевой силой местных обществ. Таких, как мы. У нас тоже есть такой род за пазухой, правда, не такой масштабный, как они.
— Ничего не понимаю, — ответил я, — И что им здесь нужно?
— Их выперли из родных стен за череду странных убийств. Точнее, они пытались подвинуться не в ту степь и перешли дорогу своему обществу. В Новгороде их истребили, из Москвы — выперли. Дали им год на завершение своих контрактов, а поверь, у семьи наемников они масштабные, и эти выродки позарились проломить под себя Петербург. Увы, я этого не могу допустить.
Гробовая тишина затянулась. Старик позвал Марию, потребовал стакан воды и только после того, как смочил глотку, продолжил:
— Это привлечет ненужное внимание к нам. Хрен с ним, если мы устроим свои разборки, но они делают иначе… знаешь, на что способен гнев императора?
— Нет.
— Лучше и не знать. Если они, смогут, здесь обосноваться и поймут, что наше подполье им не искоренить, уж поверь, они сделают все, чтобы этим заинтересовался император.
— Тогда, почему Иван с ним работал?
— А Ивана осталось жить недолго, — улыбнулся Борис, — Он думал, что мы не узнаем о его связях и о том, что это именно Ванечка и Витя — дали приют троим из семьи нашего, на сей раз, общего врага.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Третьего? — я удивленно нахмурил брови.
— Не стоит думать о нем. — усмехнулся грузин, — Он уже рыб кормит.
История оказалась занятной. По факту — я только вступил в общество мясных бандитов, как уже был ввязан в настоящую войну преступных кланов. Благо конечно, что не в открытую… а теневую, но еще не вечер.
Но общее решение вынесенное на голосование — мне не понравилось. Со всех точек зрения. И молчать я не стал.
Опять же, поднял руку.
— Ну? — старик, казалось, был раздражен.
— Принимать их на вокзале, даже не лично, а с помощью наемников — будет плевком в сторону закона. После событий с разломом, думаю, за вокзалами будет больше присмотра, чем группа обычной охраны.
Послышались поддакивания. Старик глубоко вздохнул и потребовал от меня новое предложение. Кажется, он и сам понимал, насколько я был прав.
— Предлагаю следующее, — я на пару секунд замолк, прикусываю губу, хрустнул пальцами, сбрасывая «псевдо-стресс», — Нужно уничтожить их еще в поезде.
— Бред! — Борису не понравилась идея. — Ты не понимаешь, что просто так — их не возьмешь? Они маги, и, повторюсь, сильные. Обычной пулей их не убьешь, а гранатой…
— Я понимаю, что даже мощную гранату, допустим, начиненную осколками и подобию фитиля-макра, — я сказал наугад, догадываясь, что и такое вооружение должно, было здесь быть, — Взрывать нельзя, хотя — это верный способ избавиться сразу от троих. Или сколько их там будет. Все же, в вагоне будут и другие пассажиры.
— И что ты предлагаешь?
— Убить поодиночке. Выманить по одному и убить.
— Как?
— А вот это, пожалуй, решать уже вам. Просто такой вариант более… безопасен, что ли…
Дальше, было множественное перечисление способов устранить противника. В конечном итоге на размышления Аркадий Семенович дал лишь один день.
* * *
Возвращался домой уже ближе к десяти часам. Вымотанный и выжатый как лимон.
Не все то, что я рассказал дома, пришлось по душе обитателем дома. А говорил я в присутствии Лены и Жанны. Перед этим предупредив обеих, что с ними может стать, если из-за них, кто-либо узнает о том, кем теперь я являюсь.
Но дед сразу пошел на защиту, причем обеих.
— Зря ты так, Дим. Несмотря на твое прошлое, они обе — всегда поддержат тебя, какими бы глупыми твои решения не были.
— Я это и так понимаю. Просто посчитал нужным на всякий случай напомнить.
Не сказать, что девушек это как-то оскорбило, но старик все равно продолжил выставлять их передо мной. Не знаю, правда, для чего. И закончилось эта «защита», откровенными подколками.
Началось все с дочери Вертихвостиковых, после слов о которой, Альбина явно задергалась, и закончилось Наталией. Вот здесь, был самый смак.
— Даже не думай, — старик явно был настроен агрессивно, — Ты не представляешь, что это за семья! Не представляешь! Даже не думай ходить к ней на занятия или работать вместе с ней! Она — сканер, причем, работает на два фронта. И общество ваше, прекрасно это знает. Ее — прикроют, в случае чего, а тебя — бросят как балласт.
— Ну и пускай себе работает, мне то, что?
— Она почувствует чужую душу, Дима! — мое имя старик было, начал по слогам произносить, но вовремя остановился, увидев мой осуждающий взгляд, — А когда найдёт, считай, ты в ее власти. Понимаешь, чем это может закончиться? Ты сделаешь все ради того, чтобы она молчала. И, поверь мне, ты не отделаешься просто угрозами или попыткой ее убрать. Поверь, она хоть и молодая… сколько ей там?
Он обернулся к Елене, и та ответила:
— Двадцать четыре.
— Вот, хоть и молодая, но до безумия умная. До безумия. Понимаешь⁈
— Понимаю, — я театрально вздохнул, показывая, как устал от этой темы.
