— Что это?
— Материалы дел о пропаже людей, в основном, в районе Хигасияма… до теракта. А главное — результаты вскрытия тел, найденных в разных концах Киото в последствии. Эти тела были опознаны, как принадлежавшие тем самым пропавшим людям.
— Вот как? — нахмурился Тома, уже внимательно проглядывая предложенные фотографии и отчеты. Не то, что бы, его так они заинтересовали, просто хотелось отвлечься. Всё равно на что. Лишь бы только перестать рвать себе душу мыслями и чувством вины. — И что в них?
— Похищали пациентов больниц. Бездомных. Пациентов психиатрических лечебниц. Преимущественно Хигасиямских. В том районе, как ты, наверное, знаешь, находился Второй Киотский Госпиталь… В том числе и пациентов с повреждениями мозга.
— Мозга? — ещё сильнее нахмурился Тома.
— Да, — кивнул Сато. — А у найденных тел, исходных патологий уже не было, что во многих случаях затрудняло опознание. В то время, в СМИ хватало шума из-за постоянных убийств и войны Кланов, иначе журналисты непременно подняли бы вой. Слишком уж невероятные вещи, достойные страниц самой желтейшей из желтой прессы… там ведь не только с мозгом были случаи, там у некоторых трупов руки и ноги «отрастали», повреждения позвоночника исчезали…
Взгляд Томы становился острее с каждым словом полицейского. Нагору, словно пёс, становящийся на след, взбадривался и «вытягивался», буквально просыпался, сбрасывая с себя прежнюю аппатично-отчаянную одурь.
— Каким числом датируется крайний случай? — уточнил Тома.
— За день до теракта, — ответил Сато, так как был заранее готов к этому вопросу. — И тело пропавшего так и не было найдено. Затрудняет дело то, что почти ни на кого из пропавших, заявления о пропаже не было. Просто находили трупы, и начинали выяснять их происхождение, выходили на Хигасияму…
— А официальная версия взрыва? Кого назначили виноватым?
— Версии, как таковой, нет. Свалить же решили на неисправность оборудования, висящего на планетарной орбите крейсера. Капитан, после произошедшего, застрелился в своей каюте. Главный техник, отвечавший за исправность систем и орудий, последовал примеру капитана через пару часов после того. Проверка всех журналов, логов и документирующих систем, как и самого орудия, ничего не дали. Крейсер отогнан подальше от населённых планет, к астероидному поясу…
— Неисправность? — совсем уж сошлись на переносице брови хмурого Томы. — Не взлом?
— Следов взлома найти не удалось. Как и самой неисправности. Орудие просто выстрелило… а перед этим крейсер просто изменил курс, сместившись на пять градусов относительно прежнего. Без каких-либо команд со стороны экипажа. Несчастный случай.
— Демон! — ругнулся Тома, отбрасывая коммуникатор на подоконник. Высота и сила броска были не большие, и коммуникатор не пострадал, да и не мог пострадать, ведь это была усиленная, укреплённая модель. Но всё равно, полицейский неодобрительно качнул головой и поспешил забрать свой гаджет.
— Я тоже считаю это происшествие чудовищным, Нагору-кун, но к чему вещи-то ломать?
— Вы не поняли, Сато-сан, — поморщился Тома, слегка и сам стыдясь своей вспышки. — Это не ругательство. Демон, Киотский Жнец, Киотский Они — это его рук дело! Это он взломал крейсер и навёл его, не оставив следов. У него есть такая возможность, я же вам говорил в ангаре.
— Ну уж, совсем-то демонизировать его не надо, — поморщился полицейский. — Одно дело — взлом гражданских, да даже и полицейских систем на планете, и совсем другое дело: военных систем крейсера в космосе. Там же такая защита стоит, что…
— Демонизировать Демона? Вам самому-то не смешно? Плевать ему на эту защиту, — ответно поморщился Тома. — На орбите Киото висит сеть специальных военных спутников, к которой у Демона есть полный доступ. Он через неё взламывает планетарные системы. Военных ему нет необходимости взламывать — доступ ко всем их системам у него итак уже есть. Вспомните «блокировку Сектора» и угон правительственного бота с Премьером на борту! Он же напрямую отдавал приказы флоту всего Сектора!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ксо… — выдохнул Сато, до которого, наконец, начал доходить истинный масштаб того, о чем ему говорил подросток ещё на месте убийства «Кирихито». — Но ведь это…
— Чудовищно? — ухмыльнулся Тома. — По-демонски? Ему плевать на жизни людей и жертвы.
— Нерационально, я хотел сказать, — поправил начавшего расходиться подростка полицейский. — Зачем взрывать целый район? Тем более, маскировать это под несчастный случай? Все предыдущие его акции носили демонстративный характер.
— Все известные нам акции, — нажал на слово «известные» Тома. — Акции, которые он проводил в своей белой маске. Но, что мешало ему действовать, снимая её? Или надевая другую? Он заставил всех, приучил думать, что черное косоде и белая маска — чуть ли не истинный его облик. Достаточно одеться по-другому, использовать другое оружие, и всё — он невидим.
— Это пугает, Нагору-кун, — без тени улыбки ответил Сато. — Но как, в таком случае, вообще можно что-то понять?
— Кацура, — пришла подростку в голову мысль. — Демон работает на Кацуру. Или Кацура на Демона, не важно. На Кацуру можно надавить! Он должен знать об этом, хоть что-то.
— Кацура? Ты в своём уме, Нагору-кун? — округлил глаза полицейский. — Как ты вообще себе представляешь «надавить» на почти Премьер-Министра Сектора Ниппон?
— Ну уж точно не вашим значком Старшего Инспектора, Сато-сан, — хищно усмехнулся ученик старшей школы. — Уж точно не значком…
***
***
Кортеж из четырёх черных флаеров с гербами клана Ишин на дверях и тонированными до полной зеркальности стеклами приземлился возле ворот Киотского поместья Кацуры. Тут же из головной и замыкающей машины выскочили люди в черных костюмах, стилизованных под «западный деловой стиль», в темных до черноты очках, с автоматическим лазерным оружием в руках и катанами на специальных перевязях возле поясов. Они оперативно и грамотно распределились, организовывая охранение и надёжно перекрывая, каждый свой сектор.
Старший, получив доклады по средствам связи от своих подчиненных о готовности, вышел из флаера сам и открыл дверь флаера, из которого вылез степенный Кацура Кин в своём стилизованном под традиционный японский костюме. Он вылез, выпрямился и засунул за пояс свой меч в ножнах, который до того держал в руках, после чего преодолел участок улицы, что отделял кортеж от ворот поместья.
За воротами не меньшее количество охранников продолжило обеспечивать безопасность его движения по двору поместья до дверей особняка, за которыми он вскоре и скрылся. Внутри его встретил управляющий поместья, который дал короткий отчёт о текущих делах, пока сопровождал Кацуру до его личных комнат. Возле дверей, он с поклоном оставил Главу Клана и удалился.
Только войдя, Кин позволил себе расслабить плечи и свободно выдохнуть. А ещё громко и с наслаждением пернуть — время, что он вынужден был терпеть и сдерживаться, казалось ему вечностью.
После этого он вытащил меч из-за пояса и прислонил его к креслу, пока сам двинулся к платяному шкафу, на ходу начиная снимать верхнюю часть своего костюма. Краем глаза он заметил движение за спиной и резко обернулся. Даже слишком резко. Так, что даже испуганно.
За его спиной, возле зашторенного окна, обнаружился человек в черных кроссовках, черных косоде и хакама, в белой «безликой» маске, с черным мечом за поясом.
— Ффууух, Химура, ты напугал меня, — облегченно выдохнул Кацура, после чего спокойно вернулся к прерванному занятию, совершенно безбоязненно повернувшись спиной к неожиданному гостю. — Что-то случилось? Что-то срочное?
Человек в черном не ответил. Он молча, плавно, практически бесшумно переместился от окна к Кацуре, по пути обнажая свой меч, который опустил лезвием на плечо политика, остриём прижав к его шее. Тот вздрогнул от прикосновения металла к коже и замер, мгновенно задеревенев.
— Химура… -сан… — выдавил из себя он, задрожавшим голосом. Лицо его побледнело, а на лбу выступили капельки холодного пота. В первый момент. Однако, уже секунд через пять, успокоился. Плечи его расслабились, он выдохнул. — Ты всё-таки решил забрать, наконец, мою жизнь?.. Я готов. Не медли…
