показать, что приходила), и осыпал парней комплиментами. А те, ещё не очень взрослые, принимали всё за чистую монету, развесив уши и чуть ли не надуваясь от важности! Ну как таких не облапошить?!
На одной раздаче я сделал вид, что меня качнула от движения поезда, и прижался к сидящему рядом Кириллу, обхватив его руку своими. Потом отстранился, улыбнувшись, и с видом, будто удивлён и восхищён, пощупал его хилый бицепс.
-Ого! Кирилл, ты много занимаешься спортом?!
-Ну… — он немного смутился от такого вопроса. — Иногда хожу в зал… на теннис…
-Очень заметно! — я схвати его руку двумя руками и посмотрел ему в глаза снизу вверх, так сильно распахнув глаза, что их аж защипало. Захотелось поморщится, но я сдержался.
-Правда?! Да, я… эээ… — он не знал, что сказать, а я улыбнулся, превратив глаза в щёлочки, и незаметно покосился на его карты, выяснив все из них.
-Спортивные парни классные! — высказал я мысль, отстраняясь от него.
Две девушки, что ехали на боковых сидениях, фыркнули на такое моё поведение и на реакцию парня, но я только усмехнулся им и скорчил лицо, мол, сидите там, курицы, и не кудахтайте!
Таким образом я усыпил бдительность всех парнишек, а сам тщательно следил за картами в отбое, а так же запоминал «рубашки» довольно потрёпанных карт, выделяя запоминающиеся потёртости. Когда наступило время ужина, то все парни проиграли его вчистую, а я олень, которого звали Пашей, ещё и завтрак продул, пытаясь отыграться! Конечно, и я пару раз проигрывал, когда карта совсем не шла, но в итоге оказался в солидном плюсе.
Когда Алиса с Максимом привезли на тележки ужин, то парни сидели с мрачными лицами, молча следя за тарелками с едой, которая им не достанется.
-Мальчики, вы чего такие мрачные? По дому уже скучаете, что ли? — улыбнулась Алиса, расставляя тарелки и стаканы с чаем. — Вон, берите пример со Светы — она вся на позитиве!
Похоже, кураторша так и не поняла, почему парни стали ещё мрачнее, а я заулыбался шире. Даже девки на боковушках прыснули от смеха и сразу же уткнулись в еду под алисиным взглядом.
Когда кураторы ушли раздавать ужин дальше, парни молча сдвинули свои тарелки ко мне.
-Давайте сделаем так. — я взял вилку и нож и стал разрезать еду на половинки. На ужин дали горячие бутерброды — здоровенные плоские куски хлеба, на которых запекли яйцо с сыром, колбасой и ещё чем-то, а сверху присыпали зеленью. Резалось это всё довольно легко, так что я быстро порезал порции мальцов. — Не могу я вас без еды оставить.
-Спасибо! — плохие игроки явно повеселели, накидываясь на свои полпорции.
-Что значит — спасибо? — удивился я. — Это я просто половину выигрыша забрала! А вторую заберу, когда в лагере будем — вдруг что-то вкусное дадут, вот половина этого моя!
-Ээээ мы так не договаривались! — запротестовал олень Паша.
-А как мы договаривались? — с улыбкой спросил я.
-Мы сговорились, что проигравший отдаст свой ужин победителю!
-Ну? Разве там что-то было, что исключительно сегодняшний ужин?
-Ну… — олень на несколько секунд ушел в себя, вспоминая дословно. — Нет…
-Вот и всё! А с тебя ещё и целый завтрак стребую, ха-ха-ха!
Быстро заглотив всю свою еду, я залез на верхнюю полку и забрался под одеяло. Хоть и июнь, но я люблю тепло в этом теле, очень и очень. А пацаны внизу стали снова играть в карты, громко шепча, видимо, чтоб я не услышал, что вот они сейчас натренируются — и в следующий раз точно меня обыграют! Громче всех об этом шептал олень Паша.
Утром я проснулся от того, что меня кто-то дёргает за хвост. Ну высунулся он ночью из-под одеяла, ну свисает в проход — ну чего его трогать-то? Извращенцы! Но это оказалась одна из девушек с боковушек, коза со светло-серыми волосами и чем-то азиатским в чертах лица.
-Света… Ты же Света, правильно? Уже завтрак скоро! Смотри не проспи!
Какая милая девушка! Проспать завтрак и правда было бы нехорошо!
-Спасибо. А ты?..
-Я Катя! А она. — коза указала на человечку. — Алина!
-Приятно познакомиться. И спасибо, что разбудила — я после того, как хорош опоем, могу сутками дрыхнуть. — я широко зевнул, щедро выставляя на обозрение свои острые зубы, потянулся и стал слезать вниз.
-Бывает. А ты вчера этих дуриков красиво обула. Они ещё на сборах себя великими картёжниками мнили, а тут такой облом! Ха-ха-ха!
-А нас научишь так же играть? — подала голос Алина.
-Даже не знаю, мне просто вчера карта шла, а так я и сама та ещё картёжница. — я развёл руками в сторону. — Но потом мы обязательно сыграем!
Позавтракав, все уткнулись в смартфоны — в поезде был здешний аналог вайфая. Ну а я что? Я забрался к себе и стал смотреть в окно. Увы, я тут один детдомовский, остальные дети еду по путёвкам, купленным их родителями. Понятно, что у них были свои телефоны, в которых они и зависли. Мне было немного обидно. Не на них, конечно, а на всю ситуацию. Грустно чувствовать себя нищебродом. Можно бодриться, внушать себе и даже окружающим, что ты выше этого, когда у тебя какой-то возможности нет, а у других она есть, это угнетает. Так что я до обеда просто пялился в окно на пейзажи, завернувшись в одеяло.
Перед обедом поезд остановился на крупном вокзале, где наш вагон простоял целый час, пока его открепляли от этого и прикрепляли к другому, а нам разрешили прогуляться. Алиса, заботливая душа, даже отсыпала мне немного денег, чтоб я сползал и купил себе чего-нибудь. Я, наверное, насколько минут рассматривал местную валюту, которая оказалась не рублями и копейками, а форинтами и крейцерами. Банкноты разного номинала, с одной стороны какие-то здания (там было подписано мелким шрифтом, но мне было лень читать), а с другой — великие цари, которые что-то совершили. Монеты были такими же, на одной стороне герб в виде обнимающего копьё медведя, а на другой морда нынешнего царя, который правил страной уже восемьдесят лет.
Ну, я и сползал. Рынок был как рынок, палатки, магазины, просто бабки, торгующие чем-то на табуретках, покрытых газетой. Всё было как и у нас, разве что было довольно забавно видеть старых крольчих или седых белок, торгующих семечками. А вот семечек я и купил!
