-Что?! Оро- что случилось?! Говори!
-Беда, патриарх! Хоран захватили алмазные копи Маани. Брат мечется по столице- ищет куда спрятать семью- Хоран объявили его долговым рабом!
-Почему их не остановили?!
-Как?! И кто?! Кто остановит пять тысяч Рахим, разорвавших тысячу драконидов охраны, как махайрод раздирает молодую лакху?! Они просто вышли к копям, объявили Маани долговым рабом и потребовали свое имущество. Управляющий отправил наемников в бой. В общем, вырезали всех, кроме работников. Маани ищет еще и гильдия наемников, чтобы спросить за кровь… Спаси, патриарх! -нехорошая тишина повисла после этого стона о помощи.
-Я говорил вот об этом, патриарх! Вот об этом! – безмолвие разорвал трубный голос Кано Аль Хайм, смотревшего на остальных со злорадством и вызовом.
-Вы ославили меня бесхребетным трусом! Пусть! Благодаря моей трусости не на мою семью сейчас идет охота! И не на твою, Кайсо! Помнишь, как ты попрекал меня, что я уступил первым?! Ну, скажи теперь- что? Что ты – храбрец- смог бы выставить против пяти тысяч Рахим?! Потому, как у меня- ничтожного- отбиться от такой орды - нечем! Будь обласкана Первой матерью, мудрейшая и достойнейшая Аюми! Дай Мать благости роду, тебя породившему и роду тебя принявшему! Каждый из сидящих за этим столом- запомните день этот, как второй день обретения Жизни! Ибо трусость Кано Аль Хайм спасла всех вас от смерти или чего-то похуже, чем просто смерть!
-Довольно! Хватит уже! Довольно воспевать свою трусость, словно великую доблесть! –проорал в ярости патриарх Хайм.
-С великой охотой сменил бы сейчас Маани Тин Хайм доблесть свою на его трусость! –отповедь от Кайсо Тин Хайм была неожиданна и сурова. Впрочем- потеря алмазных копей для семьи Тин была действительно болезненна.
-Мы не смеем мешать тебе в тяжкий час патриарх- помочь же мы- ничтожные- тебе не сможем. Нечем. Мы просим позволения покинуть тебя- у тебя образовалось много неотложных дел.- издевкой и ядом сочился голос трусливого Кано Аль Хайм. Взгляды остальных трусов, сполна расплатившихся с полукровкой, или подтвердивших долг и смиренно просивших о рассрочке- горели искренней радостью и торжеством. Они испугались и заплатили золотом- и выиграли жизнь. А храбрецы, понадеявшиеся на защиту патриарха, сейчас ищут нору поглубже, где спрятаться от пяти тысяч неистовых Рахим и озверевшей от огромных потерь гильдии наемников. Гильдия- не тюремное отребье и за законность применения силы отвечает наниматель. Только сейчас закон волей-неволей на стороне Хоран. А Хайм, по пустой прихоти, подставили тысячу разумных под мечи. Выходившие старались быть неслышными и незаметными, словно тени- замок Хайм превратился в огромный муравейник, в котором на всю глубину пошуровали длинной палкой. Уже у ворот Кайсо Тин Хайм вдруг остановился.
-На мне долг, Кано Аль Хайм. Своим примером ты подтолкнул меня к верному решению- многие беды могли бы обрушиться на мою семью. На мне долг, Кано.
-И я признаю долг Кано.
-И на мне долг. Благодарю.
Каждый из нескольких десятков проходя благодарил и принимал на себя долг. Нежданно авторитет незаметного чиновника взлетел на недосягаемую высоту. Но того вся эта суета заботила мало- он отвел от своей семьи великую беду- и оттого лишь счастливо улыбался.
Глава 26. Кровь на камнях
-Но почему в бой должен идти именно ты, Хоран?! Тысячи воинов…
-Ты уже видел, что могут против моей сотни эти тысячи…
Рахим потерянно замолчал- он действительно видел- и это было страшно. Смешанный отряд Хоран разрастался- и это несмотря на то, что лишь один-два из сотни воинов могли идеально вливаться в Паутину. Остальные не оставались глухи -нет! Но двигались, словно куклы на веревочках. Избранные же вплетались в Паутину всем телом и действовали, обгоняя саму мысль. К великому удивлению в паутину идеально вплелись все полсотни оркхай. ГорДан , впрочем, воспринял это как само собой разумеющееся- да и самой Паутине удивился не слишком- большее изумление у него вызвала длительность единения и глубина контакта.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
-Ты сильный шаман, вождь! Очень сильный шаман! Урукхай пойдут за тобой охотно! –повторял старый сотник. И действительно- если вначале часть оркхай еще пыталась взбрыкнуть- не всерьез, но показать свое превосходство зрелого воина перед выскочкой-то потом это прекратилось начисто. А может и из-за того, что эльфар были для Ворона легковаты и за первых три декады он успел основательно намять бока каждому зубоскалу, да не по одному разу. Обид тут никаких не было-тренировка есть тренировка- прилетало и самому Ворону.
А еще Ворон активно искал Их – тех, в чьих жилах за долгие тысячелетия осела хоть капля крови Хоран. Именно они чувствовали Паутину и жили ей. Среди Рахим, среди Тахем, среди Альвари. Частенько выбор мог вызвать лишь хохот- настолько выбранные Вороном бойцы были «не бойцы».Но смеяться никто не спешил – слишком хорошо помнили «калечную полусотню» Маги, целители и тренировки, тренировки и еще раз тренировки в Паутине – и уже в первую декаду доходяги не так уж и выделяются, а на вторую- сложно отличить, если руки трех десятков лучников поднимаются, как одна и всаживают в точку три десятка стрел просто перерубая здоровенное бревно.
Часто ведущим становился ГорДан, Карн или кто-то из Тахем, проявивший лидерские качества. Несколько раз сотню вела Тай- И Ворон всерьез гордился ее мудрым и уверенным ведением боя. Через управление протащили чуть не каждого второго- да это было и понятно. Сотворенная Паутина могла поддерживаться многими из Альвари- Тай, например, легко цепляла активную паутину на себя. И, по желанию, могла просто поддерживать ее, чтобы не тратить силы Ворона, а могла и подхватить управление боем. Иногда Ворон и Тай вели бой одновременно, мгновенно разделяя сектора и подхватывая бойцов в особо опасной ситуации. Сотня совершенствовалась.
И вот пришло время обнажить выкованный и закаленный клинок в настоящем бою.
Дипломаты Тахем многих Хайм склонили решить вопрос долга полюбовно. Но не всех- конечно, не всех. Осталось три основных должника, два из которых спешно набирали отряды и укрепляли родовые гнезда, а третий- третий был братом порученца истинного правителя империи. Маани Тин Хайм был уверен в своей неприкосновенности. Впрочем, поддавшись всеобщей истерии, он не пожалев денег, нанял тысячу драконидов для охраны главной своей ценности- алмазных копей. Камней было откровенно мало- но рабы стоили дешево,а даже самый маленький и дрянной алмаз- это алмаз. Даже один плохонький камушек позволял содержать всю необходимую обслугу минимум год. А добывали в год совсем не один камушек. Защищать стоило. Но сейчас против черного озера драконидов стояло море Рахим- а на острие- непонятный Хоран с полусотней оркхай.
-Ты помнишь, господин?
-Я помню, ГорДан.
Доспех Ворона работы старых мастеров более всего походил на кирасу- оставлял свободными руки и шею прикрывал лишь невысоким воротником. Хиссов на поясе не было –за спиной висела орхская секира. ГорДан утверждал, что это настоящее родовое оружие оркх- и его надо напоить кровью врагов. А потому…
-Меня зовут Арей Ард Хоран! Согласно решению Большого Совета Маани Тин Хайм обязан был вернуть мне имущество моего рода, что было передано ему на сохранение. За установленные Уложением три декады Маани Тин Хайм не выплатил долга, не признал долга, не попросил рассрочки. На основании Уложения я, Арей Ард Хоран, объявляю Маани Тин Хайм и его семью долговыми рабами, а его имущество- своим имуществом. Если вы не оставите мое имущество добровольно- я поступлю с вами так, как поступают с разбойниками. Пошли прочь с моей земли, кархи помойные!
-Меня зовут Аати Тин Хайм, полукровка! Ты и потерявшие стыд Рахим, идущие за смеском могут проваливать на все четыре стороны!
-Да падет твоя дурная кровь – от пылающего лица патриарха Рахим можно было разжигать костер, но Ворон остановил его одним жестом.
-Если ты так же смел, как и болтлив, Хайм- вызываю на поединок!
