Не исключено, что таким разномастным стилем собравшееся отребье подчеркивало свои ранги, какими бы они не были, но чуть подумав, Сэт все же остался верен мысли, о наличии здесь нескольких разны банд — тем удивительней было данное обстоятельство. Что заставило их собраться вместе?
Кроме банды, с условным названием "Плащи", здесь присутствовали как минимум еще две: те, в кожаной и кольчужной броне, и оборванцы, скрывающие лица за самодельными масками из коры, или просто платками. Еще Сэт заметил, что ни у кого из них не было "нормального" оружия: ножи, кинжалы, деревянные дубины, короткие мечи, и даже грубые имитации копья — но ни что не походило на стальной меч, или хотя бы что-то, что блестело в свете огня.
Все это он осмотрел походя: его внимание по-настоящему было приковано к группе людей склонившихся вокруг одной из бочек на отшибе лагеря. Они рассматривали что-то, возможно карту, тыкали в неё пальцами и негромко переговаривались. Но если разгорался короткий спор и тон их голосов повышался, весь лагерь притихал, чтобы спустя некоторое время вновь взрываться нечленораздельными криками и смехом.
Среди этой кучи, по всему выходит командиров, выделялась единственная женщина, и выделялась даже не своим полом и кажущейся хрупкостью, а неким высокомерием и превосходством с которым она разговаривала со своими коллегами. А те, словно страшась, время от времени учащено ей кивали и поддакивали.
Но все же выглядела она инородным телом в этом грязном сборище отъявленных головорезов. В свете костра был хорошо виден синий плащ, без единого пятнышка, аккуратно перекинутый через узкие плечи. Когда она повернулась в сторону Сэта, он в деталях разглядел её лицо, которое нисколько не скрывал короткий капюшон.
Женщина оказалась даже не девушкой — а девочкой-подростком. Ей было лет пятнадцать-шестнадцать. Для того чтобы выглядеть более грозно, измазала себе лицо и в особенности линии глаз черной тушью. На одежду Сэт не обратил особого внимания: какие-то грубого покроя штаны и атласная рубаха, виднеющаяся под плащом. Девичью талию опоясывал ремешок, без каких бы то ни было ножен, кинжалов и мечей. Складывалось ощущение, что она и вовсе не вооружена. Но тогда почему её так боятся головорезы?
Вскоре она повернулась другим боком, и Сэт увидел небольшую книгу в черной обложке, лежащую в сумочке специально скроенной для неё. От металлического корешка к ремню тянулась тонкая цепь — вероятно книга была столь цена, что у девушки развилась фобия перед её потерей. И выходит, что пользовалась книгой так часто, что сумочка, как кобура кольта ковбоя, не имела никаких застежек.
Сэт припомнил нечто похожее в игровых вселенных. Такие книги были священны, а людей их носивших почитали, пророками, волхвами, священниками или жрецами.
"Интересно, что она проповедует?"
— Думаю, ответ тебе не понравится.
— Может, ты перестанешь меня пугать? И вообще, не соблаговолишь ли воздержаться от чтения мыслей?
— Тише. Мне тоже интересно, о чем она болтает.
Он вновь вперился в девчонку, и увидел, что под черными прядями, бесцеремонно падающими на лицо, злобой пылают черные глаза.
Лагерь притих в очередной раз. Девчонка, не особо повышая голос, взяла в оборот одного из командиров шайки.
— Если ты имеешь что сказать — говори в открытую, — приказал она, еще не устоявшимся, звонким подростковым голосом.
Говорила она, как и все, необычно, будто на другом языке — хотя и очень похожим, на родной язык Сэта. Впрочем, за это время он уже свыкся, и почти не замечал разницу.
— Нет, повелительница… — залепетал двухметровый головорез в разодранной кольчуге, — я просто предположил… О Потрошителях нет известий всего-то три дня, возможно они еще не добрались до темницы того демона… Не преждевременно ли нам отказываться от блокады Измора и отправляться туда всей ватагой?
Девчонка, к которой обратились как "повелительница", поджала губы:
— Среди всех вас, только Потрошители были верны нашим идеалам. Если у них не получилось освободить Асмодея, это сделаю я — и возьму вас всех с собой, иначе ваша мерзкая братия разбежится по округе и моим теням прибавится работы.
Повисла гробовая тишина, удовлетворенная оказанным влиянием девчонка уже повернулась к карте, как набравшись смелости, двухметровый громила покраснел и выпалил, словно мальчишка признающийся в любви:
— Госпожа, этот демон просидел в темнице целый век, его голод и злоба обрушится на нас, как только мы его освободим.
— Еще одно слово и ты умрешь страшной смертью, — холодно уведомила она. — Я повторяю в последний раз: предоставь усмирить демона мне. С утра я заберу твою банду, Серых плащей и Кровавых дровосеков на север, а Святые отправятся назад к зубу Дракона.
При этих словах, один из стоящих рядом с ней бандитов, полунагой, в рваных штанах
и в берестяной маске, молча кивнул.
— Цель Святых, — продолжила она, — помочь Сантане удержать эту крепость. Ибо мои тени доложили, что для того чтобы её отбить, имперцы выслали целую армию во главе с одним из принцев. Конечно, Сантана справится без труда — но лишний риск ни к чему. Возможно придется удерживать ворота, пока Древний сводит имперцев с ума…
Сэта пробрал мороз. Она говорила это смотря не мигающим взглядом на пляшущие языки костра. И заглянув в эти черные и бездонные как колодца глаза, Сэт переменил свое мнение — он больше не считал ее девчонкой.
Наваждение прошло, как только она захлопала ресницами. Будто опомнившись произнесла, обращаясь к верзиле:
— Может быть, ты со своей бандой хочешь поменяться местами со Святыми? Предпочтешь Асмодею общество Сантаны?
Верзила активно замотал головой:
— Вот и отлично, — похвалила она. — Жаль, конечно, что придется оставить окрестности Измора, но это лишь на время. Когда к нашей шайке, которую вы по скудоумию называете армией воров, присоединится Асмодей, мы заключим договор с жителями Города мертвых. И тогда Измор, а за ним и все города империи падут к ногам Сумеречного Князя. Весь мир будет принадлежать нам!
На ее лице возникла улыбка, в других обстоятельствах Сэт назвал бы ее приятной, и счастливой — но сейчас он внутренне содрогнулся от ее вида.
Оглядев своих командиров, и не увидев в их глазах фанатического огня, она вновь презрительно поджала губы.
— Ладно, — сказала она, — я вас прощаю. В конце концов, сегодня хороший день, планы Князя выполняются с успехом. А завтра империя лишится своего принца… Вы точно разослали гонцов с приказом всем отрядам вернуться к рассвету?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
